"Фантастика 2024-6". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

— Это хорошо, это означает, что у нас начинается эмпатия. Следующий шаг — любовь.
— Разве вампиры способны любить?
— Чем мы хуже людей?
— Мы убиваем, чтобы жить.
— Все убивают, чтобы жить, только некоторые убивают себя. Не грузись, Алексей, ты уже сделал выбор, теперь поздно менять стиль жизни, лучше сосредоточься на том, чтобы взять от жизни лучшее.
— Я не Алексей, я Сергей.
— Ты отрекаешься от церкви?
— Мне наплевать на церковь! Твоя церковь — сборище мерзавцев, которые думают только о том, как получить себе еще чуть-чуть могущества. А знаешь, почему они думают только о могуществе? Потому что все остальное у них уже есть.
— Верхушка любой большой организации состоит из подобных людей. Это естественный отбор, те, кто не готов посвятить жизнь карьерному росту, не поднимаются высоко, а те, кто готов, обычно имеют своеобразные свойства личности.
— Все равно! Ты меня извини, но твоя церковь меня совершенно не привлекает.
— Меня тоже.
— Как? Ты же…
— Да, я иеромонахиня. Но, думаешь, моя главная мечта — стать настоятельницей? Если ты так думаешь, ты ошибаешься.
— А какая у тебя главная мечта?
Зина улыбнулась.
— Главную мечту не так-то просто сформулировать. Но я попробую. Я хотела бы спокойно жить где-нибудь в тихом месте, рядом с человеком, которого люблю, я бы хотела, чтобы у нас были дети, немного, три-четыре, чтобы был дом и в нем все, что нужно. Чтобы были друзья, с которыми можно было посидеть за чашечкой кофе или стаканчиком вина, и чтобы никто не боялся того, что я вампир.
— Последнее, скорее всего, недостижимо.
— Я и сама знаю. Но кто сказал, что мечта должна быть достижимой? Кстати, сколько у вас стоит купить дом?
— Дом или квартиру?
— Дом.
— Смотря где. В Москве вообще нереально ни за какие деньги, а если в деревне километрах в ста отсюда… это сильно зависит от местности, есть места, где дом вообще ничего не стоит, есть целые деревни из заколоченных домов, приходи, открывай любой и живи.
— Проклятые места?
— Нет, не проклятые. Просто слишком далеко от дорог, ближайший магазин километрах в тридцати, в распутицу не дойдешь…
— Мы умеем летать.
— Ты предлагаешь переселиться в заброшенный дом?
— Ты против?
— Но сейчас зима, нужны дрова…
— В этом доме ты не топишь дровами.
— Заброшенных домов с центральным отоплением не бывает.
— Почему?
— Потому что никто не будет отапливать дом, в котором некому платить за отопление.
— Логично. Значит, придется нарубить дров.
— На двадцатиградусном морозе?
— Почему бы и нет? Чтобы растопить печку, много не нужно, а потом, когда согреешься, можно рубить не спеша, помаленьку. Кроме того, сильные морозы не будут стоять вечно.
— Ну, не знаю. Эта зима какая-то сумасшедшая.
— Надеюсь, это не фимбул-зима.
— Чего?
— Есть такое пророчество у норвежцев… А у вас правда все грамотные?
— В России — все.
— Все-все? Все до единого?
— Если не считать маленьких детей, стариков в маразме, чукчей всяких…
— Потрясающе! А кого в вашем мире больше, христиан или язычников?
— Язычников у нас почти нет. Только в Африке, да еще…
— Я имею ввиду, христиан или нехристиан?
— Хрен его знает. Примерно поровну. Думаю, христиан чуть-чуть меньше.
— А что означает число зверя, ты знаешь? Ты, вроде, уже говорил про какой-то штрих-код…
Я огляделся по сторонам и взял со стола пачку сигарет.
— Видишь? Полоски, а рядом с ними цифры.
— Зачем это?
— Чтобы кассиру в супермаркете было проще сосчитать стоимость покупки. Он проводит штрих-кодом мимо специального устройства, оно его считывает, находит в базе данных стоимость этого товара…
— Эта машина на кассе, она что, думающая?
— Да какая она думающая? У нее мозгов не больше, чем у червяка, она только и умеет, что считать цифры.
— Червяк считать не умеет.
— Зато червяк умеет многое другое. Нет, Зина, это не думающая машина.
— А причем тут три шестерки?
— Видишь слева две тонкие полоски?
— Вижу. Ну и что?
— Еще две справа и две посередине. Они нужны для удобства считывания, чтобы аппарату было проще понять, где начало и где конец штрих-кода.
 
— Они символизируют цифру шесть?
— Да.
— Но вот здесь есть цифра шесть и напротив нее совсем другие полоски.
— Ну… я точно не знаю, в чем тут дело, наверное, код цифры зависит еще от чего-то… нет, это точно шестерки! Даже патриарх возбухал пару лет назад, типа, надо запретить безобразие, потому что иначе конец света будет.
— Его не послушали?
— Если слушать каждого, кто предсказывает конец света… знаешь, сколько таких пророчеств делается каждый год?
— Догадываюсь. Слушай, а ведь это и есть печать зверя! Без штрих-кода нельзя ни покупать, ни продавать, правильно?
— Можно, закон это не запрещает. Другое дело, что со штрих-кодом удобнее.
— Может, ты еще знаешь, что такое зверь из моря и звезда-полынь?
— Где-то я читал, что зверь из моря — это атомная подводная лодка, а звезда-полынь — атомная бомба.
— А в долине Армагеддон у вас что творится?
— Разве армагеддон — это долина?
— Да. А ты думал, что?
— Конец света по-гречески.
— У пророка Иоанна написано, что конец света начнется оттуда.
— А где это?
— В Палестине. Там никакой войны нет?
— Есть. Уже полвека арабы дерутся с евреями.
— Откуда там евреи?
— В середине XX века в Палестине образовалось государство Израиль.
— Еще и евреи вернулись на родину! И ты берешься утверждать, что конец света в ближайшее время не предвидится?
— Я ничего не берусь утверждать. Но я не вижу, как эти пророчества влияют на реальную жизнь.
— Это потому что ты все еще не веришь в бога.
— Да, я не верю! Я стараюсь, но я не могу поверить! Я всегда думал, что те, кто верит в него, обретают счастье, но я смотрю на тебя, на Татьяну, на Дмитрия, на других, и мне кажется, что вы все прокляты.
— Мы все прокляты, и ты тоже. Первородный грех…
— Я плевал на первородный грех! Даже Сталин говорил, что сын за отца не отвечает, почему я должен отвечать за то, что Ева сожрала запретный плод, который ей подсунул змей, которого бог сотворил неизвестно с какого похмелья?
Зина расхохоталась.
— Думаешь, от тебя что-то зависит? Если так, ты думаешь о себе слишком много. Или ты считаешь, что ты — второй христианский мессия? А какой, если не секрет, светлый или темный?
— Да иди ты! Что, черт возьми, вообще происходит? Знаешь, Зина, я лучше схожу куда-нибудь, прогуляюсь.
— Не стоит. Лучше схожу я. Мне не мешало бы развеяться после этой ночи.
— Я так и не прибрался в квартире.
— Ты так хорошо спал, я не решилась тебя разбудить.
— Извини.
— Ерунда. Так я пойду?
— Покормиться хочешь?
— Нет, у меня еще неделя до кормления. Просто пройдусь.
  
9
 
Зина вернулась только поздним вечером, уставшая, но довольная. Мы с мамой уже успели поужинать и теперь сидели перед телевизором, как овощи, и пялились в "Аншлаг". Ненавижу эту передачу, но маме она нравится, так же как и "Моя семья" и "Поле чудес". Может, Зина и права, наверное, нам с ней действительно стоит переехать отсюда куда-нибудь в другое место.
Мама стала чувствовать себя гораздо лучше. Уродливые прожилки на коже стали почти незаметны и вообще она теперь выглядит почти здоровой, и когда она ходит, она больше не боится сделать неосторожное движение, которое отзовется болью в пояснице. Да и вообще она теперь более бодрая и веселая. Пока мама не признается даже самой себе в том, как хорошо ей помогла Зина, но пройдет день-другой и, боюсь, Зине не избежать повторного сеанса.
В результате похода по магазинам мама накупила совсем немного, из дорогих покупок я заметил только гигантскую золотую гайку, появившуюся у нее на пальце. Интересно, когда она попросит следующую порцию денег? Говорят, аппетит приходит во время еды.