"Фантастика 2024-6". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

— Но потеря такого количества крови не опасна для жертвы.
— Жертвы вампиров умирают не от потери крови, а от потери жизненной энергии.
— Мда… значит, солнечного света ты не боишься.
— Не боюсь.
— Крестов, молитв, святой воды — тоже. А как насчет чеснока?
— Терпеть не могу. От простуды он помогает, а просто так есть — ненавижу.
— Разве вампиры простужаются?
— Простужаются.
— Но вы же мертвецы, только живые!
— Кто тебе сказал такую глупость?
— Значит, это не так? А вы бессмертны?
— Бессмертие невозможно. Любой святой потенциально бессмертен, но рано или поздно наступает момент, когда приходит пора положить конец земной жизни. Думаешь, почему Христос так быстро окончил земной путь?
— Ему надоело?
— Можно и так сказать. По-моему, он понял, что выбрал неверный путь, и что переигрывать уже поздно. И тогда он быстро свернул свою деятельность, устроив по ходу дела эффектное представление.
— Подожди. Бог с ним, с Христом…
Зина хихикнула, и я тоже хихикнул, поняв, какой получился каламбур.
— Значит, вы, вампиры, — продолжал я, — по сути, обычные священники. Только за обладание святым словом вы платите не годами молитв, а тем, что вы вынуждены раз в месяц пить кровь.
— В первое время кровь приходится пить чаще.
— Неважно. В остальном вампиры — это обычные люди. Кстати, ты можешь превращаться в летучую мышь?
— Только в крайних случаях, это очень болезненно.
— А командовать крысами?
— Это совсем простое заклинание, ему может обучиться любой священник. Ты совершенно прав, Алексей, вампиры — обычные священники, только мы по-другому платим за божье слово. В остальном мы обычные люди.
— А сексом вы занимаетесь?
— Да.
— А забеременеть ты можешь?
— В принципе, могу, хотя это не рекомендуется. Когда мама пьет кровь, нерожденный ребенок получает передозировку жизненной силы и это плохо сказывается на его развитии. Ничего смертельно опасного, но высока вероятность выкидыша, беременность должна протекать под наблюдением целителя, роды, скорее всего, будут преждевременными, у ребенка могут быть отклонения в развитии, ему тоже нужны священники-целители. Короче говоря, если вампирша будет ответственно подходить к беременности, она сможет родить здорового ребенка, а если пустить беременность на самотек, то, скорее всего, ребенок либо умрет, либо будет больным. Или мать умрет при родах. Но ты не волнуйся, это касается только женщин. Мужчины-вампиры половую функцию полностью сохраняют. У них появляются некоторые особенности, на второй день после кормления возрастает половое влечение, могут быть даже приступы приапизма, рекомендуется пить бром… но это все мелочи. Мужчина-вампир может удовлетворить женщину и зачать здорового ребенка.
— Ребенок вампира становится вампиром?
— Ребенок вампира рождается обычным человеком, он может стать вампиром только на общих основаниях.
— А как вообще становятся вампирами?
— Очень просто. Достаточно выпить кровь вампира.
— И все?
— И все.
Зина тяжело вздохнула и стянула с себя свитер, оставшись в простеньком хлопковом лифчике.
— Давай, кусай, — сказала она.
— Как?
— Ты что, сказок в детстве не слушал? Вот сюда, — она указала на яремную вену, — или в локоть, но это больнее.
— Но… с чего ты взяла, что я хочу стать вампиром?
— Эту мысль прочитал бы любой священник с двухлетним стажем. Давай, кусай, пока не передумала.
Я наклонился к Зине, она пахла чистым женским телом, в ее запахе не ощущалось ничего из того, что так любят описывать писатели, работающие в жанре ужасов. Ни сладковатого смердящего аромата, какой доносится с поля недавнего боя, устеленного свежими трупами, ни затхлого ощущения древности, какое создает пожелтевшая газета полувековой давности, с которой осыпается бумажная пыль, никакого чувства или предчувствия разложения, гниения, приближающейся или прошедшей смерти. Это нормальная живая женщина, не слишком привлекательная, но не из-за своей жутковатой природы, а просто потому, что при зачатии бог ей выдал не самое лучшее тело. Невозможно поверить, что она вампир! Неожиданно я почувствовал, как во мне просыпается желание.
 
— Сколько тебе лет? — спросил я неожиданно хриплым голосом.
— Сорок пять. Не отвлекайся.
Я прикоснулся губами к шее Зины в том месте, где под кожей еле заметно просматривалась голубоватая ниточка вены. Губы непроизвольно дрогнули и получилось, что я ее поцеловал.
— Успеешь еще, — хихикнула Зина, — кусай давай.
— Но… это же больно!
— Ничего страшного, мы, вампиры, терпеливые.
Я сжал шею зубами, вена напряглась и запульсировала. Я сдавил челюсти, Зина застонала, я сжал челюсти еще сильнее, но кожа не прокусывалась.
— Подвигай зубами туда-сюда, — простонала Зина. — Давай быстрее, больно же!
— Я не смогу, — сказал я, разжав челюсти. — Может, лучше как-нибудь ножом или, там, бритвой?
— Ты должен прокусить вену собственными зубами, это имеет ритуальное значение. Давай, действуй!
Я снова склонился над вампиршей и укусил ее в то же место. Сжав зубы настолько, насколько мог, я двигал нижней челюстью вперед и назад, но вена упорно не желала прокусываться. Хорошо вампирам, у них клыки есть. Зина начала судорожно подергиваться, ее руки скребли по подлокотникам кресла, ей было очень больно, я хотел прекратить это, я начал мотать головой, как это делает тигр, терзающий добычу, и мои попытки, наконец, увенчались успехом. Теплая соленая кровь полилась мне в рот тонкой струйкой, она не хлынула, она еле-еле сочилась, и прошло не менее десяти секунд, прежде чем я сделал первый глоток.
Это похоже на подогретый томатный сок, только на вкус еще более противно. Я глотнул еще раз, вторая порция крови заструилась по пищеводу, но я все еще не чувствовал ничего особенного.
— Еще один глоток и хватит, — сказала Зина.
Я сделал третий глоток и отстранился. Зина ласково взглянула мне в глаза и сочно поцеловала в окровавленные губы. Из маленькой ранки на ее шее сочилась кровь, она стекала тонкой струйкой на грудь и уже запачкала лифчик. Зина скосила взгляд вниз, всплеснула руками, сосредоточилась, что-то пошептала и кровотечение прекратилось. Она сняла лифчик, совершенно не стесняясь меня, и оказалось, что ее грудь хоть и маленькая, размер А, не больше, но очень аккуратная, и вообще, Зина совсем не выглядит плоской.
— Как себя чувствуешь? — спросила Зина.
— Нормально. Ничего особенного. Я должен был почувствовать что-то необычное?
— Перерождение занимает от шести часов до двух недель в зависимости от индивидуальных особенностей организма. Подожди, я умоюсь.
Зина удалилась в совмещенный санузел, там зашумела вода, а потом она вернулась и в ее взгляде горело желание.
— Это традиция, — сказала она.
Я не сопротивлялся.
  
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ. ВАМПИР НА СЛУЖБЕ ЦЕРКВИ
   
1
 
На утреннем совещании в кабинете владыки отец Константин официально заявил о своей неспособности разобраться в тайнах креста. Владыка немного повозмущался, но больше для проформы, похоже, что он и сам не верил, что у Константина что-то получится. В общем, в лабораторию на следующее утро я не пошел, а вернулся обратно в келью, но не один, а с Агафоном, который аж приплясывал от радости, что великий научный труд по описанию параллельного мира снова продолжается. Мы работали до позднего вечера, прервавшись только на обед, и составили довольно подробное описание того, как устроена православная церковь в моем родном мире. Дело сильно осложнилось тем, что я сам не знаю многих вещей, поскольку до перехода в этот мир церковными делами вообще не интересовался. Тем не менее, Агафон говорит, что это ценнейший материал даже в таком виде, в каком он есть.
Около восьми часов вечера Агафон собрал бумаги и ушел, Татьяна куда-то умотала еще раньше, и я наконец-то остался один.