"Фантастика 2024-6". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
На кресле рядом с кроватью я обнаружил роскошный махровый халат с богатой вышивкой, изображающей сатиров и нимф. Облачившись в него, я вышел в гостиную и увидел Татьяну. Она сидела на кушетке, совершенно обнаженная, и увлеченно читала книгу. Увидев меня, она подняла книгу и я прочитал название на обложке. Вечерняя стража. Картинка на обложке изображала полуобнаженную деву-воительницу с гигантскими окровавленными клыками, яростно отбивающуюся от целой стаи неясных существ в белых балахонах с прорезями для глаз. Мда, самое подходящее чтиво для монахини.
— Доброе утро! — поприветствовала меня Татьяна, лучезарно улыбнувшись. — Как спалось?
— Замечательно, — буркнул я. — Где крест?
— В лаборатории.
— В какой еще лаборатории? Что он там делает?
— В монастырской лаборатории. Там его изучают.
— Как они его забрали?
— Пришел послушник, предъявил записку от владыки, попросил выдать ему крест, я и дала.
— Меня ты спросить не могла?
— Ты спал, я не хотела тебя будить. И потом, владыке нельзя отказывать.
— Ни в чем?
— Ни в чем.
— А если отказать, то что будет?
Татьяна изобразила искреннее удивление.
— Не знаю… а зачем? Владыка дурного не попросит.
— Ты что, не понимаешь? Ему нужен был от меня только крест. Теперь он получил, что хотел, и от меня можно спокойно избавиться.
— Зря ты так говоришь, — обиженно проговорила Татьяна, — никто не хочет от тебя избавляться. С тех пор, как ты прошел через ворота монастыря, ты один из нас.
— Но я не прошел рукоположение!
— И не пройдешь, если будешь ерепениттся! Гнев не к лицу служителю господа.
— Я не служу господу.
— Господу служат все. Ты можешь думать иначе, но что бы ты ни думал, ты служишь господу.
— Да иди ты! Где мой крест?
— Я уже сказала, в лаборатории.
— Как туда пройти?
— Туда нельзя входить без особого разрешения. Тебе надо обратиться к владыке… только ты покушай вначале.
Я покушал и немного успокоился. Татьяна попыталась соблазнить меня на продолжение вчерашнего, но настроение было не то. А потом я переоделся в коричневую рясу послушника и направился на аудиенцию к владыке.
4
Сестра Анфиса, секретарша Дмитрия, сообщила, что владыка меня вызовет. Она сидела за столом, откинувшись на спинку кресла и сверкая голыми коленками из-под мини-юбки, и увлеченно занималась полировкой ногтей. Если не знать, что мы в монастыре, и не скажешь, что она — монахиня.
В приемной владыки я был единственным посетителем, а сама приемная не производила впечатление, что за дверью, ведущей в кабинет, обитает большой босс. Но все относились к Дмитрию с таким почтением, что у меня не возникало сомнений в том, что он все-таки является большим боссом. Наверное, все дело в специфике его деятельности. Вряд ли в моем родном мире перед кабинетом какого-нибудь полковника ФСБ сидит длинная очередь желающих настучать на ближнего своего.
Вместо журналов на столике рядом с креслами для посетителей лежал почти новый томик библии. Вряд ли его часто открывали. От скуки я открыл книгу и попытался погрузиться в чтение, но безуспешно. Во-первых, в этом мире не было реформы правописания, а текст, изобилующий ятями, фитами и твердыми знаками, читать не слишком удобно. А во-вторых, церковные тексты, даже написанные привычным русским языком легкочитаемостью не отличаются. Сюда бы какого-нибудь Пехова, или Донцову на худой конец…
Я проторчал в приемной почти час и только после этого владыка соизволил меня принять.
— Как дела, Сергей? — спросил Дмитрий, вылезая из-за заваленного бумагами стола, дабы радушно поприветствовать меня. — Как Татьяна? Понравилась?
— Где крест? — я решил сразу взять быка за рога.
— Разве она не сказала? — деланно удивился Дмитрий. — В лаборатории.
— Она сказала. Зачем ты приказал забрать его?
— Это очень сильный амулет, притом основанный на совершенно новых принципах. Его просто необходимо исследовать, это наверняка позволит получить потрясающие результаты…
— Все это замечательно, — перебил я Дмитрия, — но зачем было забирать его тайно, по-воровски?
Дмитрий ехидно ухмыльнулся.
— Ты ошибаешься, Сергей, — сказал он, — это не по-воровски. Нельзя украсть то, что тебе и так принадлежит.
— Он тебе не принадлежит!
— Ты не знаешь наших законов, Сергей. Все сущее принадлежит господу.
— А причем тут ты?
— Я вхожу в число приближенных слуг господа. Я имею право распоряжаться всем, находящимся в этих стенах, в тех пределах, в каких это не противоречит волеизъявлению других приближенных слуг.
— Мной ты тоже имеешь право распоряжаться?
— Ты понял.
— И какую же участь ты мне приготовил? Посадишь в тюрьму?
— В этом нет необходимости. Тебе понравилась келья? Татьяна? Чего молчишь?
Я состроил неопределенную гримасу.
— Будем считать, что понравилась, — констатировал Дмитрий. — Не волнуйся, Сергей, через некоторое время ты получишь свой крест обратно. Я подозреваю, что он прошел индивидуальную настройку, а это значит, что в твоих руках он будет эффективнее, чем в чьих-либо еще. Пока еще рано о чем-то говорить определенно, исследования только-только начались… в общем, пока отдыхай и наслаждайся жизнью. Да, совсем забыл! Ты крещен?
— Да.
— Замечательно. Тогда рукоположение проведем прямо сейчас. Становись на колени.
— Зачем?
— Такова форма обряда.
— Какого обряда?
— Рукоположения. Ты встаешь на колени, я возлагаю руки тебе на голову, произношу священную формулу и ты становишься одним из нас.
— Охранников веры?
— Нет, — Дмитрий улыбнулся, — всего лишь одним из священников. Вступление в ночной дозор не требует специальных обрядов.
— Какой еще ночной дозор?
— Ночной дозор суть оплот и защита светлых сил в вечной борьбе с врагом рода человечества, его приспешниками и пособниками, вольными и невольными, умышленными и неумышленными, смущенными и смущающими, соблазненными и соблазняющими. Таково официальное определение.
— А почему ночной дозор?
— Что почему?
— Почему так называется?
— Так принято. Традиция связывает Сатану с тьмой, принято считать, что силы зла активизируются ночью, соответственно, дозор как бы вглядывается в ночь, где прячутся враги веры и человечества.
— Это на самом деле так?
— Нет, конечно! Солнечного света боятся только вампиры, но этот эффект вызывается не физиологическими причинами, а психологическими. Мы ставили опыты…
— Вампиры на самом деле бывают?
— Бывают. А также оборотни, живые мертвецы, адские гончие, русалки и горгоны. Другие твари в диком виде практически не встречаются.
— А не в диком?
— Сильный колдун может сотворить или призвать и более мощную тварь, но такие сильные колдуны очень редки. Так, единичные случаи. Кроме того, дракон или повелитель демонов слишком заметны и быстро привлекают внимание дозора.
— Ночной дозор — это управление охраны веры?
— Не только. В дозор еще входят управление карающей молитвы, управление священного знания и управление познания благодати. Это… как бы сказать… такая большая силовая структура.
— Совет безопасности?
— Да, вот именно! Хорошие слова — совет безопасности, надо запомнить. Но мы отвлеклись, давай, вставай на колени, тебе надо стать священником.
— Зачем?
— Чтобы мои коллеги не отрубили тебе голову, уличив в запретных знаниях. Грамотой владеешь?
— Владею.
— Значит — преступник. Ладно, хватит маяться дурью!
Я встал на колени, владыка Дмитрий возложил руки на мою голову и примерно минуту говорил по-церковнославянски.
— Встань, брат! — провозгласил он, закончив говорить, я встал и мы троекратно поцеловались. Это напомнило мне Брежнева.
— Тебе надо выбрать церковное имя, — сказал Дмитрий. — Какое тебе больше нравится?
— Сергей.
— Нет, так нельзя, церковное имя не должно совпадать с мирским.