"Фантастика 2024-6". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
— А в чем разница? — все-таки не удержался я от вопроса.
— Да в том, что воля не свобода, никому впрок не идет, — охотно ответил тот. — Свобода строит, воля рушит, потому что воле размах нужен. В общем, подачка это да подкуп, от которой только самомнение растет и дурь в голове заводится.
— Этак мы до эльфов докатимся с таким размахом и такими освобождениями, — неожиданно поддержала Бьянка доселе враждебного ей старика.
Я благоразумно не стал уточнять, что уже докатились, пусть пока в одном моем лице. На пользу делу это однозначно не пойдет. И так едва получается удержать в узде эту разношерстную компанию. Хотя сейчас она и сошлась ненадолго на общей неприязни к стародавней гномской королеве…
На этом и надо сыграть!
Негромко хлопнув по столу ладонью, я пресек общее ворчание:
— Надеюсь, никто из вас не хочет повтора правления этой самой Шебет?
С таким очевидным заявлением нельзя было не согласиться. Вся компания слитно кивнула и в один голос произнесла: «Нет уж!»
— А то на очереди еще парочка таких подолами трясет… Одна другой отъявленнее, — захватив инициативу, я быстро перескочил от времен столетней давности к текущей ситуации во всем ее безобразии.
Все снова с готовностью закивали, соглашаясь с подобной оценкой младших сестер подгорной принцессы. Что ж, им лучше знать, насколько я промахнулся в описании возможных кандидатур на трон Безнебесных Стран… или насколько точно попал. Мне-то местные расклады известны только со слов кронфройляйн, а она, при всей ее искренности, сторона заинтересованная.
К моему немалому облегчению, каждый из заговорщиков в свой черед высказал свои симпатии моей нечаянной протеже в этой политической игре.
— Тнирг девочка обстоятельная, в любое дело вникает с понятием… — по-стариковски рассудил Кропфарб.
— Лучше уж заумница, чем злобные вертихвостки! — ухмыльнулся Торвальдсен во все зубы, включая недостающие.
— Трону необходима молодая кровь!!! — подвела итог Бьянка рубленым лозунгом.
Жак-Простак ничего не сказал, просто кивнул еще разок, всем своим видом показывая, что он человек сторонний и в местные разногласия без нужды не лезет. Будь ты хоть демонову дюжину раз тесайрский политжрец, из-за Анар-реки не видать, кто там кого освободил с излишним размахом и чем это отлилось ему и всем прочим. Завидная позиция, запросто позволяющая в упор не видеть многие вещи. К примеру, ту же разницу между горными и степными цизальтинцами…
К столу как раз, легка на помине, подошла заправляющая заведением представительница этих самых… нидер-эрдеров, с вполне закономерным вопросом:
— Что будем брать, мейстерс… унд мейстерин?
Бьянку она по старой вражде приальтийских степняков до последнего старательно не замечала. А когда заметила, даже запнулась от удивления и распахнула узенькие щелочки глаз шире всякой возможности, вроде того, как рисуют на эротических лубках. Похоже, такие вот посетительницы из Союза Племен, да еще в полной боевой раскраске, были в новинку для хозяйки-трансальтинки.
Под изумленным взглядом трактирщицы молодая скво нахмурилась и явно приготовилась к отпору. Но нидер-эрдерша уже отвела от нее взгляд, как от дурного полуденного морока, в тщетной надежде обрести традиционную поддержку среди мужчин.
Тут трансальтинку ждало еще большее разочарование. Компания из потасканного куренного кукольника, каким я выглядел, зажиточного тайрисского плотогона и высокопоставленного гнома, все инкогнито которого осыпалось, как пыльца с пуховки демонополоха, потрясла хозяйку «Пьяной эльфи» еще больше, чем визит кровницы. В отчаянной попытке обрести душевное равновесие женщина обратила взгляд на последнего из присутствующих за столом…
По несчастливому стечению обстоятельств им оказался Торвальдсен. Если здесь его и знали так хорошо, как он утверждал при первой встрече, то явно не в парадном облике.
Ментик и лампасы горного лиса привели трактирщицу в окончательное замешательство. Полностью осознавая производимый эффект, хох-эрдер еще и залихватски чиркнул двумя пальцами по лакированному козырьку своей меховой шапки. В сочетании с его гнусной ухмылочкой этот солдатский шик выглядел самым издевательским образом. Сдается мне, что возможность подшутить друг над другом у представителей близких ветвей трансальтинского народа считается высшей доблестью!
Хозяйку заведения после нашего парад-алле можно было сметать на поднос ее же собственным полотенцем. Забыв обо всем, она только открывала и закрывала рот, словно рыба с жабрами, пересохшими от долгого сидения на дереве. Я даже испугался, как бы от переполнения чувств эту местную красотку не хватил обморок или того пуще, удар.
Из ступора ее вывел пожилой гном, который по праву старшинства и знанию кухни первым с затаенной надеждой в голосе осведомился:
— А холодец «Эльфячьи ушки» у вас найдется, хозяюшка? И пирожки с потрошками…
Услышав нечто знакомое и осмысленное, трактирщица на глазах стала оживать и приобретать вменяемый вид. Зато я чуть не поперхнулся пивом, которого непредусмотрительно отхлебнул в момент наступившего затишья. Причем поразило меня не столько наименование холодца — после заявления Тнирг насчет смолистого привкуса Инорожденных суть кулинарной мифологии Подгорья стала мне вполне ясна, — сколько сам выбор насквозь сановитого Кропфарба. По всему выходило, что богач и без пяти минут царедворец так жаждал отвести душу на простецкой народной кухне, что отнюдь не из соображений конспирации согласился на захолустное заведение в качестве штаб-квартиры заговора.
Меж тем трансальтинка окончательно пришла в себя и деловито отчиталась по меню:
— Холодец есть, юбер-мейстер, а пироги только с почками. Возьмете?
Гном в ответ довольно кивнул и, полуобернувшись к остальным, почти проворковал откровенно предвкушающим тоном:
— Пироги всем советую! Их тут, на Ярой Горке, пекут как нигде, с подмастерьев помню!
С его авторитетным предложением трудно было не согласиться. Вдогон общему заказу на пироги для всей компании полетели собственные предпочтения остальных заговорщиков, и даже Бьянка, осмелев, заказала какое-то овощное рагу с рублеными шпикачками. Я тоже взял горячего, а вдобавок, уже чисто из любопытства, того же холодца. Интересно, как местная кухня интерпретирует соотнесение кушанья с эльфами?
При ближайшем рассмотрении ушки оказались самыми что ни на есть свиными, что лишний раз подчеркивало грубоватый юмор подгорных жителей по отношению к их исконным врагам. Вопреки ожиданиям, ни смолы, ни даже хвои ради заявленного вкуса туда не добавили, зато выше всякой возможности сдобрили ядреными хисахскими пряностями. Пива после такой закуски хотелось с удвоенной силой, да и от чего покрепче я уже не отказался бы.
Выбор крепких напитков под горой был невелик — трансальтинский шнапс да цизальтинская граппа с сосновыми веточками. По своей любви к чистоте сознания гномы так и оставили продукты перегонки в разряде лекарственных средств и продавали их в аптеках по рецепту, о чем рассказал мне тот же Сантуцци. Переглянувшись с Тревельяном и Торвальдсеном, я щелкнул себя по горлу общепринятым жестом призыва к поднятию градуса. Оба в ответ понимающе закивали, так что хозяйке пришлось сделать еще один рейд к нашему столу, а от него к стойке за бутылью со стопками и блюдом егерских колбасок с красным перцем.
Вот теперь у нас был настоящий, целиком по трансальтинской традиции, гоф-кригс-вурст-шнапс-рат, то есть важное военное заседание с выпивкой и закуской. Или применительно к тайному и противозаконному характеру совещания — ауфстанд-комплотт-вурст-шнапс-рат.
С разлитием по стопкам первой порции содержимого бутыли из бирюзового стекла с рельефом в виде драконьей чешуи заговор вступил в новую стадию. Придя к соглашению относительно неотменяемости своего участия в процессе смены власти, стороны принялись продумывать конкретные действия, наподобие хисахских игроков в шахматы расставляя силы по доске и прикидывая первые ходы.