"Фантастика 2024-6". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
– ОН это…– внезапно охрипшим голосом подтвердил мою догадку Свен.
Значит, точно ледяной демон в гости пожаловал. Собственной персоной. Как знал, что мы явились по его душу, скованную ритуалом обречения. Неплохо работает у стервеца заднее чутье – еще бы, при его-то склонности к однополой любви'
Алир тихонько пискнула и прижалась к Хир-ре, по уже образовавшейся привычке ища защиты именно у нее. Келла, напротив, любопытно приникла к окну, пытаясь высмотреть в снежной круговерти наперсника Побежденных Богов, пятую сотню лет скрывающегося среди ледников Огрогорья. Яндекссон наблюдал за ее попытками с опасливым трепетом, а я – с куда более прозаической тревогой: так и нос застудить недолго, либо приморозить к стеклу кончик языка, как всегда в важные моменты чуть высунутый изо рта младшей жены. Этой особенностью древнейшая кровь не уступала пятой расе разумных, вторым детям Отца. Вот ведь драконья порода…
– Может ли демон забраться внутрь? – обес-покоенно поинтересовалась моя высокородная у хозяина заведения, не переставая успокаиваюше поглаживать подопечную по золотым локонам.
– Никак, хай-леди, если сам не впустишь, – заверил мою старшую жену обстоятельный трактирщик. – Огонь от печных труб Ледяного далеко держит, а двери-окна, пока на запоре, для него вроде как не видны.
Особенность эта у нежити и впрямь приметная – восприятие у возведенных в демонское достоинство меняется изрядно. За новые виды зрения, слуха и чутья, за магическую и телесную мощь с бессмертием зачастую приходится платить некоторыми простыми способностями, вроде восприятия различий между цельными и составными предметами, движения не по самой простой траектории или возможности пересекать текучую воду, горящий огонь и прочие завесы стихий, противолежащих той, что образует демона.
Остается надеяться, что окна-двери в гостинице накрепко затворены, а стекла и филенки в них целы. Впрочем, судя по осведомленности хозяина заведения, нечего опасаться, что нежити оставлена какая-то лазейка.
Так же внезапно, как налетел, буран улегся, явив взорам пронзительно-синее горное небо, дальние пики и гладкую снежную равнину, подступившую к самому подоконнику. В самом буквальном смысле слова– искрящийся снег расстилался прямо от середины нижнего ряда стекол, подползая языками к переплету, отделяющему следующий ряд. Это на втором-то этаже здания, рассчитанного на одиннадцатифутовый огрский рост!!!
Одно утешало – при всей замечательной видимости никакого демона вокруг не обнаруживалось. Даже наоборот – если б не снег, можно было бы забыть о всяком присутствии ледяной нежити на много миль окрест. Ни следа облаков, клубящихся над самой головой, и прочих признаков непогоды, возвещающей постепенный подход зимы. Солнышко так жжет, что глазам больно, хоть надевай в помещении предусмотрительно захваченные темные очки…
Свен потянулся задернуть занавески, но вдруг замер не дыша. Мы перевели взгляды с него на нестерпимо сверкающие морозные узоры на стеклах и остолбенели так же основательно.
Напротив, вплотную к окну, стояли голые ноги, отчетливо видимые сквозь незамерзшие островки стекла. Из-за огромного размера – больше даже самого большого огрского – они были видны лишь чуть ниже колена Узкая изящная ступня в пару с лишним футов, тонкие лодыжки и стройные икры соответствующего размера. Чуть тяжеловаты для женщины, но слишком легки для парня, даже эльфа…
Еще ноги были светло-синие. И вроде как полупрозрачные!
Ну вот, накликали – пожаловал-таки демон, самым недвусмысленным образом. То есть как раз на редкость двусмысленным, даже если не брать в расчет двойственность его натуры и удвоение магических возможностей прижизненным обречением сразу двум сильнейшим из Побежденных Богов…
Ноги развернулись и отошли прочь от окна, потихоньку открывая все, что расположено выше колен. Совершенно обычное тело без всяких шипов и панциря – вроде человеческого или скорее эльфийского, только футов пятнадцати ростом и яркого, насыщенного светло-синего цвета. Вдобавок на истинно по-эльфийски бесстыжем демоне не было ни единой нитки одежды. Так он и шествовал голышом по сахарно-хрусткому даже на вид снегу, не оставляя следа и не производя ни звука. Выглядело это на редкость дико – однако вполне логично.
А чего я ждал? Что ледяная нежить будет от собственного холода в тулупе хорониться? Да еще бороду отрастит, навроде Приснодеда, чтоб рожу не морозить– это при известных-то склонностях…
Отойдя на пару дюжин ярдов, далеко за почтовый сундук – единственное, что нарушало целостность снежного поля, – демон счел, что настала пора показаться во всей красе. Остановился, потягиваясь, и картинно развернулся, небрежно откинув за плечо волосы, стелющиеся по воздуху без всякого ветра.
При виде сюрприза, преподнесенного нежитью, лично мне захотелось протереть глаза: наш демон оказался демоницей!
А, нет, все-таки демоном…
Телосложение пятнадцатифутовой фигуры и черты лица не позволили бы отнести их владельца ни к одному из полов, если бы не четко различимые признаки обоих. Первичный – все-таки мужской, но уж вторичные – однозначно женские, причем такие, словно сила тяготения по отношению к ним не действует и не действовала никогда. И не так уж они велики, вполне пропорциональны росту. В отличие от признаков расовых. Похоже, ставший демоном смертный хотел доказать всему миру, что был и остается эльфом. В связи с чем в это утверждение как-то не верилось.
Зато все остальное выглядело весьма убедительно, включая синее сияние в провалах глаз, ноздрях и хищной прорези узкогубого рта. К тому же, в отличие от одежды, украшениями обоеполый не пренебрегал. Ртутное сверкание металла и дрожащие блики незнакомых самоцветов оттеняли налитую полупрозрачную синеву кожи и нежную голубизну по-эльфийски длинных волос. Стильно смотрится, сволочь…
Как ни воротило с души, но пришлось рассматривать демона во всех подробностях, чтобы не пропустить Длань Справедливости, способную с легкостью затеряться среди прочих цацек, которые тот на себя навесил. Хотя вроде бы та должна сама собой принимать размер, соответствующий владельцу, и никак не может сойти за особо замысловатую подвеску. Перчатка все-таки, пусть и магическая, меньше руки оказаться не способна.
Даже за пару минут самый придирчивый взгляд так и не обнаружил на обнаженном теле нежити минимум "полуторафутовой (в данном случае) Реликвии. Никакой Длани Справедливости при демоне не оказалось. Так что хотя бы в этой части храмовая вводная верна.
И все равно, с Реликвией или без, обоеполый оставался самой опасной тварью из всех, с кем мне приходилось сталкиваться. Тесайрский Воин-Жрец и то послабее будет, хотя намного разнообразнее в своих возможностях. Мощь нежити ограничена ее природой, но в пределах таковой попросту непредставима. Никому из живых не посоветую испытывать ее без сообразной защиты или надежного пути к бегству.
Хорошо, что все мы здесь невидимы и неслышимы для демона, по крайней мере, если сами не пожелаем обозначить свое присутствие. А на такое сумасбродство никто из присутствующих не способен – ни привычный к соседству с нежитью Яндекссон, ни напуганная ею на всю жизнь Алир, ни магически грамотные Хирра с Келлой, ни тем более я. Разве что…
Шпиннэ. Что-то давненько не видно приставучего фоксквиррела. С самого возвращения в холл на глаза не показывался. А при его любопытстве и тяге ко всему новому, не сдерживаемым полным разумом, можно ожидать любой дурости. Еще спалит глупый зверек нашу ухоронку, не дай Судьба!!!
Не успел я повернуться к Свену с вопросом, надежно ли упрятан его любимец, как тот сам показался на глаза. Вполне безопасно для нас всех, но крайне неудачно для себя самого. Мелькнув серо-рыжей молнией, фоксквиррел выскочил на снег из полузанесенного почтового сундука! Уж не знаю, как ему это удалось – загодя там спрятался или пролез через гипершкаф. От ушлого тезки ухаря-купца из трансальтийской сказки можно ждать и не того…
Похоже, трактирщик дал имя своему любимцу не по одной склонности к прекрасному во всех проявлениях. Увы, на этот раз любопытство и тяга к красоте подвели зверька, притянув к существу не в пример опасней, чем эльфийские дивы. Утратив всякое соображение, фоксквиррел завороженно побрел к демону, увязая в глубоком снегу. Не справился с заносом, провалился и дальше передвигался смешными прыжками, словно мышкуя.