"Фантастика 2024-6". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
За спиной беззвучно сверкнуло, отблесками превратив коридор в сплетенный из бликов колодец. Если бы вспышка пришлась в лицо, с моим и так неважным зрением пришлось бы распрощаться навсегда. И так проморгался только спустя пару минут. От мячика, по идее, должна была остаться только горстка пепла.
Однако он висел в воздухе, медленно вращаясь, чуть выше моей головы, без видимых повреждений, только с полностью сброшенной программой, перезагруженный в ноль. Последняя ловушка тоже оказалась настроена против магии, а не простого воровства. Похоже, и в самом деле никого, кроме эльфов, в этой сокровищнице просто не ждали. Причем именно Ночных. Примечательный факт. Впрочем, простовата защита оказалась. За три тысячи лет с момента постройки храма прогресс шагнул вперед, невзирая даже на исконный эльфийский консерватизм.
Ладно, главное — ничто больше не отделяет меня от цели. Дверь не в счет. На этот случай в запасе есть простейшая воровская примочка — переносная дыра. Даже целая стопка восьмидюймовых дыр, для надежности обернутых вощеной бумагой. Пока они не активированы, это безопасно.
Осторожно обстучав вновь перезапущенным мячиком дверь, я развернул первую дыру, растянул ее слегка и шлепком налепил на замок. По глянцевой черной поверхности пробежала рябь, и дыра сработала, став сквозным провалом в филенке толщиной в добрый фут. Хорошо, что я не поторопился и не обработал вначале петли, а то эту громадину вовек бы не провернуть. И так пришлось навалиться всем телом и изрядно попыхтеть. Чтобы понять — а дверь-то открывается на себя.
С некоторой опаской засунув руку в свежепроделанную дыру, потянул за край. Теперь дело пошло куда легче. Даже петли не заскрипели.
Вот она, сокровищница храма Победивших Богов.
Памятные мне носилки стояли, прислоненные к стене направо от входа. Ну да мне они ни к чему, как-нибудь вытащу нужную Реликвию. Это же меч, а не осадная баллиста...
Наособицу стоящих ларцов оказалось шесть, а не семь. Но значения этому я не придал. Может быть, какие-то реликвии обитают в ларцах попарно. Тех же Фиалов Света в самый маленький ларь три дюжины насыпать можно. А вот тот, подлиннее, наверное, и содержит Меч Повторной Жизни.
Ошибка. В открытом ларце оказался какой-то жезл — вроде эльфийского, только намного больше. Свет, идущий от заклятой подушки, на которой он лежал, не давал рассмотреть подробнее. Я потянулся поднести Реликвию поближе к лицу, но жезл словно оттолкнул мою руку. Не враждебно, а со спокойным достоинством: мол, не время фамильярничать.
И правильно. Не за тем пришел. Надеюсь, правда, что Меч окажется не столь разборчив в знакомствах. Фиалу же я вроде понравился...
Искомая Реликвия оказалась во втором из длинных ларцов. Зря беспокоился: под Мечом подушка не светилась и рук он не отталкивал. Вполне классический полуторник, даже не особо украшенный, просто строгий и изящный, как любая эльфийская работа.
Лишь несколько самоцветов украшали эфес, слегка мерцая. Было даже неясно, собственное это сияние или отраженное: если свет от фиала был плотным и теплым, как солнечный, то камни на рукояти Меча отбрасывали холодные мертвенные блики. Скорее всего, синие.
Недолго им сверкать во тьме коридора. Плотно замотав Реликвию в холстину, я пристроил его в гнезда для тяжелого инструмента на спине строительной сбруи. Получилось вполне похоже на связку кирки с ломиком. Вот и хорошо. Форсить, как почетный меченосец на шествии в Приснодень, мне совершенно незачем.
Две дюжины шагов назад по коридору, даже со всеми ухищрениями против ловушек, показались мгновенными по сравнению с дорогой туда. Фонарника я предусмотрительно сунул в карман. Липкая лента отходила от кладки с легким треском, который изолирующая клеенка уже не скрывала. Но стражников в коридор позвал отнюдь не этот тихий звук, а вполне естественная потребность. После такого количества выпитого — чему удивляться!
Первый стражник, не отвлекаясь, затрусил вверх по лестнице. А вот второй, зараза, решил потянуться и размять шейные позвонки. Мотая головой, он меня и увидел. Хрюкнул от ужаса, сложился как-то и на четвереньках рванул обратно в кордегардию.
На его месте я бы тоже испугался, когда на тебя из тьмы, защищенной ловушками и магией, вызверяется этакое лихо одноглазое.
Впрочем, своим бегством храмовый предоставил мне шанс. Со всех ног — мимо арки сторожевого поста. Там как раз началось активное шевеление. Еще секунда, и весь караул двинет следом. Не задумываясь, я выхватил из стопки в кармане одну из оставшихся дыр и блином метнул ее над головами поднимающейся стражи.
Черный восьмидюймовый круг плашмя впечатался в днище бочонка. Знакомая мне рябь возвестила, что дыра сработала. Вырвавшаяся струя рома смыла стражника перед бочкой и, расплескавшись, окатила остальных. Возмущенные вопли перешли в бульканье.
На лестнице завозился, пытаясь развернуться, тот стражник, что направился по нужде. Исключительной толщины мужик, ему это немалого труда стоило. Остановись храмовый на сем, шансов скрыться у меня не осталось бы — своей тушей он начисто перекрывал проход. Но, на мое счастье, стражник двинулся вниз как раз тогда, когда я добрался до лестницы. Я бросился ему под ноги где-то посередине пролета, и толстяк кубарем полетел вниз — аккурат на остальных, преодолевших к тому времени ромовый потоп. Как шар в кегли пришел. Весьма увесистый шар в пошатывающиеся и благоухающие ромом кегли.
Впрочем, это задержало их ненадолго. Я еще петлял между козлами с подготовленными к реставрации фрагментами витража, когда охрана вырвалась из-за алтаря, словно пробка из бутылки. Точнее, из бочки. С ромом.
Плюнув на условности, я сусликом запрыгал прямо по козлам. Витражи с жалобным звоном разлетались под моими ногами. Следом по осколкам с хрустом перли стражники.
Из боковой арки высунулся какой-то служка с фонарем-гнилушкой, глянул на меня и, вспискнув, втянулся обратно. Потрошитель Пойнтер из рассказанных давеча страшилок, семитысячелетний древнейший умрун, встреченный лицом к лицу, оказался слишком тяжким испытанием для его нервов.
Уже на бегу я принялся метать оставшиеся у меня дыры, целясь в замок и петли калитки в решетчатых вратах храма. Последний черный блин я влепил в нее с пары шагов, чувствуя затылком дыхание нагоняющего стражника — едва ли не того, толстенного. И, не рассуждая, всем телом бросился на решетку.
Результат превзошел все ожидания. Калитка вылетела, плашмя рухнув на паперть, и заскользила вниз по лестнице, как огрские сани с горы. Вцепившись в нее, я доехал до самого низа, кувырком слетел на мостовую и бочком, по-крабьи, рванул к полуразобранной еще ограде.
А там мой и без того уже потрепанный рассудок ожидало главное потрясение. В проеме внешней решетки полотнищем ожившей тьмы воздвигся Ночной Властитель, протянул ко мне огромную руку в хромовой перчатке и оглушительным, как показалось, голосом потребовал:
— Меч! Дай мне Меч!!!
Жуткий шестиствольник во второй его руке был недвусмысленно наставлен мне в лоб.
Окончательно утратив соображение, я тихонько взвыл и рванул обратно. Навстречу поспевающей следом страже. Уже во второй раз за эту ночь им пришлось сыграть роль кеглей. Несмотря на значительно меньшую массу, с ролью шара я справился прекрасно, за счет набранной с перепугу скорости. Ну да ничего. Охране еще предстояла встреча с темным эльфом, который, призвав на мою голову гнев всех демонов мира, волей-неволей кинулся за мной. И все предрассудки насчет Победивших Богов ему не помешали.
Желанием продолжить наш с ним разговор я не горел. Оттого, наверное, и полез на стену храма, цепляясь за лепнину и перебираясь с уступа на уступ. Под ноги все время подворачивались брошенные крикуньи гнезда и закаменевший помет. Источники всего этого мусора, храмовые крикуны, просыпаясь, закурлыкали где-то чуть выше.
Залезть удалось уже довольно высоко, когда стало ясно, что безопасности эта акробатика мне не принесла. Из арки слухового окна чуть выше опять выступил устрашающий черный силуэт. Он что, всей тьмы повелитель, каждой тени хозяин?