"Фантастика 2024-6". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
Еще от Холландии некоторые легендоградские мужики восприняли обычай ходить ряженными в баб. Некоторым нравилось, другие их поколачивали.
Шли века, и Легендоград стал подлинным мостом между закатным миром и рассейскими княжествами. Кто-то находил в существовании этого города исключительную пользу, дескать, сие есть окно в Закатию. Другие полагали, что больно много плохого через это окно сквозит. За рубежом Легендоград тоже воспринимали неоднозначно.
Менялись времена и князья, и в суровый час упадка пришли темные силы во главе с самим Кощеем. В хладные осенние воды Раздолбалтики вошел наводящий ужас Летучий Холландец. С его борта грянул пушечный выстрел, возвещавший начало великого бунта. Город был захвачен за ночь. «Землю – крестьянам, вольеры – обезьянам! – кричали глашатаи. – Даешь княжества без княжеств, государства без государей, хозяйства без хозяев!»
Новую диковинную страну возглавил Кощей. Правда, он процарствовал недолго – неведомые колдуны с ним справились. Его не живое и не мертвое тело заключили в гробницу и поместили в столице Мозговского княжества.
С тех пор прошло немало лет, и нынешний князь был вполне себе самодержец, без всяких странных идей. Конечно, темное прошлое не отпускало славный город, зато жителям было чем гордиться. Например, небывалой по масштабам преступностью. А еще невероятной культурой. Хотя это вовсе не означало, что легендоградские преступники были очень культурны.
Остальное братьям Емельяновым предстояло узнать самим.
Глава вторая
В коей героям не очень везет, зато кое-кому не везет еще больше
Очень могло это быть, потому что чего тогда не было?
День путешествия по заброшенной, но ныне освобожденной дороге был скучен и не заслуживает подробного описания. Главное, что вечером Иван да Егор топали по улицам Легендограда в поисках постоялого двора. Следом катился, ударяясь о булыжники, колобок.
Были, были гостиные дворы, но слишком уж дорогие. У дембелей денег почти не осталось: заработанные Шарапкой грошики подходили к концу.
Вечерело стремительно. Высокие каменные дома да дворы-колодцы сгущали темноту. Длинные тени ложились на черные мостовые, крысы шарились в мусорных кучах, изредка раздавались кошачьи вопли. Наверное, пасюки ловили зазевавшихся мурок.
– Куда-то мы не туда забрели, братан, – сказал Старшой.
– Вон старушка какая-то, давай у нее спросим дорогу, – предложил Егор.
Впереди действительно ковыляла скрюченная в три погибели бабка. Одежда ее смотрелась сущими лохмотьями, на ногах вместо обуви было намотано тряпье. Старушка еле двигалась, но складывалось впечатление, что она торопится. Шаркали подошвы, звонко стучала клюшка, по пустому проулку разносились сиплые судорожные вдохи-выдохи.
Иван ускорил шаг и легко нагнал бабульку.
– Скажите, пожалуйста… – начал он, но старушка резко обернулась и без предупреждения нанесла парню молниеносный удар клюшкой между ног.
Громко охнув, Старшой согнулся и получил в лоб.
– Держи убивцу!!! – завопила бабка, занося клюку для нового удара.
Егор подскочил к боевой старушке, оттеснил от брата:
– Ты чего, охренела?
– Это убивец! Убивец! – запричитала она.
На крик мгновенно собралась толпа. Люди выскакивали из подворотен, дверей, высовывались из окон. Почти у каждого в руках был кол или нож.
Емельянов-старший валялся на земле и пытался восстановить дыхание, а младший стал оправдываться:
– Ты что несешь? Это мой брат. Никакой он не убийца! Мы вообще не местные.
Толпа обступила их со всех сторон. Принесли огонь. Старуха ткнула в близнецов дрожащим перстом:
– Оба убивцы! В сговоре лиходействуют, окаянные. Какой ты ему брат, вы ж разные, как бык и жеребец!
Люди тревожно бормотали, кто-то был явно возбужден и жаждал крови.
– Казним убийц, братия! – предлагали одни.
– Сначала помучаем, – не соглашались другие.
– Погодите! – рявкнул здоровенный мужик с молотом в руке, очевидно, кузнец. – С чего вы взяли, что они зло умыслили?
Бабка гневно зашамкала губами:
– Как же это понимать? Догнал, пристал и всякое там это… Да вы его обыщите, у него топор должен быть!
Слегка очухавшийся Иван показал пустые руки.
– Нету у нас топоров, – промолвил Егор. – Вот, меч только у меня, а Ваня вовсе без оружия ходит.
В толпе раздались разочарованные возгласы:
– Не он… Пустое… Зря орала, старая… Вспомнила бабка, как девкой была…
Народ засмеялся, стал расходиться. Ефрейтор помог брату встать.
– Люди добрые! – не унялась старуха. – Что же вы это, преступников отпускаете?
Кузнец пожал плечами:
– А кто вы будете, парняги?
– Я Иван, а он Егор, – выдавил Старшой. – Путешествуем. Сегодня вот к вам пришли, и сразу такой горячий прием…
– Ну, вы на нас не серчайте, – улыбнулся мужик. – А ты, мать, иди, куда шла. Ложная тревога.
– Небось выкинули топор под шумок, – пробурчала бабка, но уже и сама поняла, что обозналась. Повернулась, побрела прочь.
– А чего это она, сбрендила? – тихо спросил Егор.
– Сбрендишь тут, – невесело усмехнулся кузнец. – У нас несколько месяцев уже рыщет по ночам страшный убийца. Выслеживает старушек и рубит их топором. Раскалывает голову, как орех. За это его Раскольником прозвали.
– Ни фига себе, маньячок, – подивился Иван. – Бандитский у вас город. Не подскажете, где тут можно переночевать дешево, но неплохо?
– Прямо пройдете, там будет широкая улица. Свернете направо и вскоре окажетесь возле постоялого двора «Большая вилка». Вполне хорошее заведение.
– Спасибо.
– Не за что. Вы вроде парняги хорошие. Только наверняка вами сыск заинтересуется. Этот убивец старушек весь Легендоград на уши поднял. Ну, удачи.
Кузнец закинул молот на плечо и пошел в узкий проулок.
– А где колобок? – подал голос Егор.
– Туточки! – Хитрый каравай выкатился из-под кучи какой-то ветоши.
– Смотри, круглый, как бы тебя крысы не сожрали, – сказал Старшой.
– Я несъедобный, – гордо заявил колобок.
Ефрейтор хмыкнул:
– Крысы жрут все. Вон, у нас на складе армейском даже сапоги грызли…
– Возьмите меня на руки, а? – жалобно попросил умный хлебец.
– Егор, бери ты, – проговорил Иван. – А то мне еще не очень здорово.
– Бабушка боевая. Вмазала круто, даже я позавидовал, – сказал младший.
– Давай, я тебе так же врежу, чтобы не завидно было, – предложил Емельянов-старший. Брат не согласился.
Близнецы четко последовали совету кузнеца и спустя пять минут увидели вывеску: огромную вилку в руке маленького мужичка с рыбьим хвостом.
Под вывеской располагался вход в харчевню. Внутри было уютно и почти чисто. Братья приценились и порадовались тому, что денег хватило на постой и пищу. Причем дня на три минимум.
Еда не отличалась изысканностью, но с устатку показалась вкуснейшей. Ржаные лепешки и молоко.
– Ничего, что мы хлеб едим? – спросил Егор колобка.
– Ешьте, вандалы.
Иван оценил хмурый вид Хлеборобота и поинтересовался:
– Слушай, а ты чем питаешься? Может, тебе купить чего-нибудь?
– Пожалуйста, мозги обезьяны, – выдал колобок.
– Чиво?! – протянул Егор, а Старшой поперхнулся лепешкой.
– Шучу. Мне еды не нужно, я беру живительную силу от батюшки-солнца, от деревьев и зверей… Вот ты меня пока нес, я у тебя тоже чуть-чуть отъел.
– Ах ты, вампир энергетический! – начал заводиться Емельянов-младший. – Я тебя сейчас мечом нашинкую в капусту, блин.
– Брось, братан. Он же не все сожрал. Ты у нас детина здоровенный, на сто таких Хлебороботов хватит, – примирительно сказал Иван.
– Не хочу я, чтобы без спросу… – Егор не договорил, вернулся к трапезе.
Отужинав, близнецы завалились спать в снятой комнатушке. Ефрейтор Емеля взял с колобка клятву, что тот не будет высасывать энергию, пока дембеля почивают. Иван перед сном думал: «Надо же, колобок-то не прост. И скорее всего, круглый паразит рассказал нам далеко не все. Может, его болтовня о магах Сусекских-Скреби – полная чушь. Короче, не ешь меня, колобок, я тебе песенку спою…»