"Фантастика 2024-6". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
— Ты сама уродина, — сказала Рэни, угрожающе приподнимая меч. — Заткнись навсегда или я тебя убью...
Она сделала шаг вперед, и девица с каким-то придурочным визгом отшарахнулась, сорвалась с края и упала в лаву. Рэни с удовольствием смотрела, как она тонет. Не так уж Рэни была необразованна, чтобы не понять, что это — аллегория. Ее первый страх: я непривлекательна. Ее первая ошибка: нужно раскрасить себя поярче.
Следующее явление не заставило себя долго ждать. На этот раз таких размеров существо не имело, и Рэни испугалась меньше. Но в грязном, вонючем, оборванном создании с синяками на лице она тоже узнала себя. По ногам женщины текла кровь, она размахивала руками, где на месте ногтей багровели кровавые раны. Рот у нее был разорван, зубы выбиты, и она шамкая, бормотала что-то.
— Пожжжалей меня, я шшштолько вытерпела, — разобрала Рэни. — Я голодала, я шкиталашь по трушшшобам, меня били... я шшшвятая... я вше штерпела... поклонишь мне...
— Ага, вот сейчас все брошу и начну кланяться, — зло сказала Рэни, хотя жалость была где-то очень, очень близко. Несчастная женщина выглядела уж очень печально, и пусть у Рэни не было ничего, ни лекарств, ни хлеба, но она смогла бы преодолеть брезгливость и коснуться жертвы несправедливости. Если бы не одна фраза — «поклонись мне». Вот это было уже слишком.
— Если хочешь, я прекращу твои «штрадания».
— Да... отдай мне свою силу... отдай мне себя... ты красивая... здоровая... поделись со мной! — жертва террора говорила уже гораздо внятнее. — Отдай мне себя всю, всю!
— Уже бегу! — рассмеялась Рэни, взмахивая мечом и рассекая тело монстра, который тянул к ней жадные руки с ужасающим алым «маникюром». И эта аллегория была ей ясна. Ее желание давить на жалость, выставляя себя жертвой обстоятельств или людей.
Следующую гостью стоило бы назвать Мисс Совершенство. Роскошная девица в прекрасном деловом костюме, со строго уложенными волосами — такого пучка у Рэни никогда быть не могло, волос у ее зеркального отражения было вдвое больше. Безупречная кожа — нежно-розовая и гладкая, словно внутренняя поверхность какой-то особой невероятной раковины. Точеные движения. Мисс Совершенство держала в руках указку.
— Так-так, неплохо, — сказала она, постукивая указкой по бедру идеальной формы. — Два испытания ты прошла. Но это еще ерунда. Нужно пройти все, а их много. Только тогда ты можешь стать такой, как я. Лет через тридцать, может быть...
Каждое слово, каждое движение загоняло в сердце Рэни по булавке. И смысл явления был ей неясен — ведь она же стремилась к совершенству, для этого и шла по тропе, для этого и боролась с гротескными своими подобиями. Но эта напротив — она не была монстром. Она была идеалом. Мечтой. Той Рэни, какой она всегда хотела быть. Той, к которой она шла. Или это только казалось? Или в этом тоже было что-то неправильное — стремиться к такому идеалу?
Рэни выронила меч, он зазвенел тонко и жалобно.
— Вот-вот, правильно. Чтобы пользоваться этой штучкой, нужно долго учиться. А пока не умеешь — не надо и в руки брать. Вообще, иди-ка ты обратно, поучись чему-нибудь стоящему, приведи себя в порядок. Сбавь пару килограмм, приведи в порядок волосы, научись одеваться. Тогда, может быть, у тебя что-нибудь и выйдет. А туда, — указка устремилась куда-то за плечо Мисс Совершенство, — пойду я. Таким неумехам, как ты, там делать нечего... Да что ты куксишься, я же тебе добра желаю, как подруга. Приведешь себя в порядок, выйдешь. Рановато пока, поверь мне!
Рэни автоматически посмотрела вслед за указкой. Там в неожиданно близкой скале открылся светящийся проем, и она увидела двор с фонтаном, у фонтана стоял спиной к ней Хайо и оглядывался через плечо. Но Мисс Совершенство надежно заслоняла Рэни от его взгляда.
— Знаешь, что, подруга дорогая, это ты постой и поучись. Авось чему выучишься. А мне и так нравится. Мне, конечно, есть чему учиться. Но я уж как-нибудь без твоих советов сама решу.
— Ты? Решишь? — с милым светским удивлением приподняла брови собеседница. Чтобы решать, нужно хоть что-то знать.
— А ну отошла нахрен с дороги, кукла! — заорала Рэни. Меч сам прыгнул ей в руку. Мисс Совершенство попятилась в сторону. — Я, может, и не мастер фехтования. Но рожу-то попорчу!
И, не обращая уже внимания на изумленную и растерянную противницу, бросилась вперед, через неширокую пропасть. Она едва не сорвалась на самом краю обрыва, но вовремя сумела рвануться вперед, упала на колени, проползла пару шагов, упала, чувствуя себя обессиленной, но счастливой. Забытье настигло ее, ударило мягкой кошачьей лапой по затылку, и Рэни почувствовала, что не засыпает — просыпается, вновь чувствует под собой кровать, свет на коже, теплое шелковистое прикосновение покрывала.
Сон не был только сном.
Обещанное Городом ощущение тепла и радости было с ней, в ней. И — память о том, что его нужно сохранить навсегда, о том, что ей еще учиться и учиться жить так, как хочется. И о том, что учеба будет нелегкой. Все это она знала, и не могла сказать, что вовсе не боялась. Но страха стало меньше, гораздо меньше.
Натянув сарафан, Рэни толкнула дверь и вышла наружу, во двор с фонтаном. Хайо действительно ждал ее. Она радостно шагнула ему навстречу, подошла почти вплотную, посмотрела снизу вверх в симпатичное смуглое лицо. Он был чем-то встревожен, очень сильно, не на шутку. Хайо обрадовался ей, конечно — положил руки на плечи, улыбнулся, кивнул... но темная тень тревоги из глаз не пропала.
— Что-то случилось? — спросила Рэни.
— Да. К сожалению. Похитили весьма важного мне человека.
Глава 4
Сон разума
Вайль наконец выцарапал из волос котлету — остывая, она утрачивала хищные замашки, и в конце концов превратилась в комок непропеченного картофельного теста с остатками панировки. Две ее горячие товарки ухитрились растворить верхний слой кожи на куртке Лаана, а вот броня комбинезона Аэль оказалась им не под силу.
— Свет, — наконец, сказал что-то внятное Вайль. — Нужно включить свет...
Лаан посмотрел вверх, в путаницу балок, вентиляционных труб и проводов. Ни одной лампы на потолке он не увидел. Окно было метрах в двух, но удастся ли, вскочив на подоконник, сорвать жалюзи, Лаан не знал. К тому же под подоконником что-то шевелилось и клацало челюстями — судя по жестяному звуку, это была батарея.
— Где бы еще лампу найти, — пробурчал он. — Не оснащено лампами помещеньице-то...
— А то тебе нужна лампа, — удивилась Аэль. — Кто мне фокусы показывал?
— Не уверен, что такой свет сработает. Все-таки здесь есть определенные законы...
Объяснить мысль до конца Лаану не дали — он хотел объяснить, что если Черную-черную Руку полагается сжечь, то топить ее бесполезно и даже опасно. Но Адская Кухня сочла, что жертвы слишком уж расслабились и перешла к следующей фазе активных действий.
Одновременно лопнула труба над головой, и опрокинулся котел впереди — из него начала выползать вонючая и вязкая белая масса. А сверху полился кипяток, терпеть который было нереально — все трое рефлекторно шарахнулись вперед, хотя и комбинезоны Аэль и Вайля, и кожанка Лаана, под которой был надет все тот же комбинезон, защищали от горячей воды. Но брызги и отдельные струи попадали на голую кожу, а под ногами мгновенно образовалась лужа почти по щиколотку.
Стоя на узкой грани между кипятком и подозрительно бурлящей кашей, Лаан толкнул Вайля в бок.
— Как свет зажечь?
— Не знаю я!!! — завопил парень. — Нет тут ламп!
— Ламп нет, а выключатель — есть, — крикнула Аэль, стараясь перекричать льющуюся воду, и показала на небольшую и едва различимую коробочку у самой двери, которая стала заметна, когда плита, барражировавшая в углу, слегка отодвинулась. Каша меж тем прибывала, и намерения ее были самыми недобрыми — в белой массе оформлялись и пропадали оскаленные пасти, черепа и щупальца.
Вайль не стал раздумывать — он прыгнул с места, приземлился, едва не вляпавшись в край каши, и метнулся вперед и вбок, к выключателю. Он даже успел ударить по нему, но плита среагировала моментально, ударив всей тушей и пригвоздив его ладонь к пластиковой коробочке. Аэль не слышала звука, но видела, как пластик треснул. Что произошло с рукой парня, догадываться не хотелось.