"Фантастика 2024-6". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

«Итак, — подумал он. — Что мы имеем с данной гусиной фабрики? Двух, точнее, трех людей, завязанных сложными и нездоровыми взаимоотношениями. И Рэни, и Грегу они зачем-то нужны; вполне очевидно, что оба вовсе не настроены на полноценную счастливую жизнь и гармоничный семейный союз. Им нужна крутая смесь кнута и пряника — обоим. Каждый работает для другого и кнутом, и пряником — по ситуации. И пока они оба таковы, как сейчас — это единственный для них способ выжить. Ситуация отвратительна, но стабильна и даже полезна — по принципу «может быть и хуже». Действительно, может — перестав удерживать друг друга в определенных рамках, парочка может допрыгаться и до более серьезных неприятностей, каждый по отдельности. Сергей — явление временное; ему вся эта ситуация тоже зачем-то нужна, что-то он получает именно в такой раскладке, именно в положении платонически влюбленного верного рыцаря Рэни. Она же получает поддержку, внимание и сочувствие — чтобы и дальше оставаться с мужем, который ее, конечно, напрягает, но и помогает держаться на плаву...» 
Хайо дошел до фонтана, щелкнул пальцами, заставив его работать, подставил лицо под брызги ледяной воды. Разработанный им самим план вдруг начал казаться невыполнимым, нереальным и бессмысленным. Да, он сам сделал все, чтобы три фигурки на доске сошлись в единую комбинацию. Тщательно подобрал двоих напарников для Рэни — тех, с кем ему удобно будет работать, тех, кто достаточно предсказуем и не слишком опасен. Но конструкция выглядела монолитной и болезненно хрупкой одновременно. Еще двое суток назад Хайо представлял себе, как будет действовать. Сейчас он сомневался, что сумеет. 
«Я справлюсь...» — сказал он себе. И усмехнулся. Ровно то же могли бы сказать — и говорили, — и Рэни, и Грег, и Сергей. Они привыкли не побеждать, не добиваться, не решать — справляться. Не с какими-то стихийными обстоятельствами, не с природными явлениями и случайностями — с тем, что выбирали для себя сами. 
«Видимо, эта форма сумасшествия заразна», с еще одной усмешкой, уже освобождаясь сразу и от раздражения, и от злости со страхом, подумал Хайо. «Но я уже переболел. По крайней мере, надеюсь на это...» 
  
Глава 4 
 
Технотрон 
 
Проснувшись около полудня, Аэль отправилась в душ и обнаружила, что из-за угла кухни торчит чья-то босая нога, катающая пустую бутылку. Бутылка периодически натыкалась на стену и противно звякала, но развлекавшегося это не волновало. Она сделала пару шагов вперед, заглянула за полуприкрытую дверь и увидела редкое и неожиданное зрелище — сидя на табуретке, Вайль читал книгу. Бледно-голубая обложка была Аэль хорошо знакома, это был ее старый справочник по фармацевтическим препаратам. Читал же парень увлеченно, словно приключенческий роман. 
— Доброе утро. Интересуешься фармакологией? — улыбнулась Аэль. Вайль пожал плечами, потом кивнул, перевернул еще одну страницу. Девушку удивило сосредоточенное серьезное выражение его лица. Он внимательно смотрел в книгу — кажется, на страницу целиком, фотографировал взглядом текст и переходил к следующей странице. — Ва-айль, ау? Ты онемел? 
— Интересно, да. Не мешай, — проговорил гладиатор. 
— Ты там хоть что-нибудь понимаешь? 
— Мало. 
— Зачем тогда читаешь? 
— Пригодится. Может быть. Хочется читать, — Вайль даже махнул рукой в сторону Аэль, отгоняя ее, как назойливую муху. Девушка улыбнулась и ушла в ванную, почти сразу забыв о забавном инциденте. 
Потом проснулся Лаан, Аэль принялась готовить завтрак на троих — Зверь так и сидел в кухне с книгой в руках, под его стулом валялась целая стопка уже прочитанного, и девушка вычислила алгоритм. Он просто брал и проглатывал подряд все книги, которые в изобилии валялись на кухне там и сям, а прочитанное бросал на пол, как упаковку. Нарезая овощи, Аэль гадала, что случилось бы с ее головой, пропусти она за утро через себя и медицинский справочник, и пару романов, и сборник легенд тенников, и еще десяток томов весьма разного жанра. Вайлю же процесс явно нравился — когда девушка уронила нож почти рядом с ним, он даже не пошевелился. Оторвался от чтения он только после того, как Аэль похлопала его по плечу и показала на тарелку. 
 
— Кушать подано, сэр! 
Вайль с сожалением отложил книгу и принялся за еду. Посмотрев, как он есть, Аэль и Лаан изумленно переглянулись. Вилкой и ножом парень пользоваться умел, правда, ножом орудовал не слишком умело, но представлял, зачем он вообще нужен и даже применял его, чтобы подцепить очередной кусок мяса. Но при этом он клал предплечье левой руки перед тарелкой, словно ограждая ее, ссутулился и набивал полный рот. Как будто завтрак у него в любой момент могли отобрать. При этом по всему цветущему виду гладиатора никак не казалось, что он давно голодал. Дело было в чем-то другом. 
Аэль два раза положила ему добавки, потом плюнула и поставила сковороду с остатками жареного с овощами мяса. Отсутствием аппетита Вайль, мягко говоря, не страдал. Потом Лаан позвал ее в комнату, и она не успела засечь время, за которое парень слопал бы все содержимое сковородки. Это ее несколько огорчило. 
— Ну что, на Технотрон его вытащим? — спросил Лаан. 
— Думаешь, стоит? — Аэль поморщилась. 
Технотронном называли отдельную закрытую завесу, целиком отведенную под военные игры. Там играли в войну люди и тенники — отрядами и в одиночку, все против всех и делясь на армии. Играли всерьез, не размениваясь на мелочи. Торжество победы, усталость и азарт были настоящими. Боль и кровь — тоже. Виртуальной была только смерть, даже для таких, как Аэль, для тех, кто умирал в Городе лишь один раз, а не возвращался вниз, просыпаясь и с трудом припоминая очередной сон. Но грязи, вони выпушенных кишок и горелой плоти было в избытке. Аэль дважды оказывалась на Технотроне: приглашали друзья, и каждый раз через пару часов забывала, что там идет игра — все казалось удивительно реальным. А погибая, она возвращалась в свою квартиру и воспоминания размывались, но оставалось неприятное послевкусие бессмысленности и бесцельности. Обитатели Квартала Наемников редко ходили туда — им не нравилось почти взаправду воевать с городскими мальчиками и девочками, очень быстро проявлявшими не лучшие свои качества. Впрочем, некоторым Технотрон быстро ставил мозги на место — тем, о ком Аэль говорила «э, прелесть моя, это ты по морде мало получал». На Технотроне по морде раздавали щедро — а также штыком в живот или пулей в лоб, как кому везло. Может быть, Вайлю и стоило пройти это испытание хотя бы раз. 
— Ладно, посмотрим, что выйдет. Предупреждать его будешь? — подумав, спросила Аэль. 
— Нет. Посмотрим на реакцию. 
— А если он там уже был? 
— Не был, — качнул головой Лаан. — Я знаю. 
На кухне шумела вода и стучали тарелки. «Посуду моет», одновременно подумали Лаан и Аэль и вновь удивились, Лаан, впрочем, удивился меньше. Он кратко обрисовал для девушки манеру Вайля двигаться по синусоиде — от высшей точки агрессии и нездравой уверенности в собственных силах через парочку серьезных обломов к тихой покорности и изныванию от собственной беспомощности. Потом он отрывался на том, кто был заведомо слабее и вновь чувствовал себя всемогущим. Накануне гладиатор напоролся на Лаана, сравнил свои возможности и возможности Смотрителя, и притих, проникаясь собственной ничтожностью. 
— Скоро он дойдет до избиения пары малолеток — и возомнит себя богом. Со всеми вытекающими. А пока будет паинькой. 
— Я бы повесилась лучше, чем так жить, — фыркнула Аэль. 
Лаан улыбнулся в бороду. Вешаться Вайль не стал бы никогда. Его жизнь была вечной схваткой в джунглях, и противников хватало — он каждого встреченного делал противником, так что о причинении себе вреда своими же руками речи не шло. Этим занимались другие, которых Вайль либо умело провоцировал, нарушая все мыслимые законы, в которых, как бы он это ни отрицал, разбирался прекрасно, либо попросту нападал первым. 
— Собирайся, — сказал Лаан, заходя в кухню. — Пойдем прогуляться.