"Фантастика 2024-6". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

– Нет, с Владом он знаком не был, и фотографию я показал ему уже постфактум. Он утверждал, что говорил именно с Жаровым.
– Зрители рукоплещут и падают в обморок, – задумчиво прокомментировал Ворон. – Когда эта история произошла?
– Полгода назад. Мы, разумеется, известили полицию, но после того разговора Влад больше не появлялся.
– И вы поделились со мной этой странностью лишь теперь?
– Я склонен верить в мошенничество. Даже сейчас. – Шувалов развел руками. – Квартирка у Ивана неплохая: трехкомнатная в элитной новостройке в Ромашково. Жил он один, вот кто-то, очень похожий на Влада, и нашелся: довел беднягу до нервного срыва, а мы его спугнули.
– Не вяжется. – Ворон покачал головой и, не глядя, подмахнул выползшие из принтера бумаги. – Мошенник, который наверняка готовился не один месяц, сбегает после разговора неясно с кем, даже не родственником? Да еще и представился не племянником, незаконнорожденным сыном или еще кем-нибудь, а родственником знакомого по армии, будто намекая, что на квартиру никоим образом не претендует.
– Тебе виднее, – вздохнул Шувалов, – я в иных материях разбираюсь. Мне, если честно, только ночной звонок Хазарова глаза открыл.
– Иван покончил с собой?
– Нет, просто исчез. Из закрытой клиники. Причем еще за день до этого бежать он не хотел и не собирался. Но дальше – больше. В понедельник третьего числа в пять часов утра контрольно-пропускной пункт Можайский объявил тревогу и сигнализировал о попытке прорыва со стороны Периметра. Наблюдатель зафиксировал несколько фигур, уверенно двигавшихся в сторону стены. Вначале предположили нашествие «матриц», но двигались те больно слаженно, не так, как трупаки обычно. Потом посчитали группой сталкеров, подпустили поближе и подверглись обстрелу. Камеры зафиксировали нападавших. Одним из них оказался Иван Надомный. – Шувалов замолчал. Вряд ли он наслаждался произведенным эффектом, скорее всего просто не знал, что еще рассказать.
– Какая прелесть, – протянул Ворон. – Теперь я по крайней мере знаю, кого проклинать, если при подходе к КПП в меня всадят с десяток пуль.
– Народ поговаривает о необходимости введения паролей и опознавателей.
Ворон кивнул.
– Что означает прекращение всякого «спасения утопающих», – хмуро сказал он. – Теперь любая сталкерская группа при выходе в незапланированном месте рискует гробануться по вине какого-нибудь слишком бдительного, наложившего в штаны лейтенантишки.
– Не злись, – попросил Шувалов.
– Не буду. Злостью здесь не поможешь. Надо идти в Москву и зачищать ее от этой швали. Подчистую зачищать.
До нападения существовал непреложный закон: кем бы ты ни был, по какой причине ни забрался бы в Зону, законно или незаконно твое в ней пребывание, ты всегда можешь выйти к любому из официальных КПП, расположенных на основных транспортных развязках бывшего МКАД, и получить помощь. С твоей личностью и полномочиями будут разбираться, но потом – в спокойной обстановке и уже по другую сторону стены. Однако теперь, с возникновением угрозы прорыва, причем неизвестных, внешне от людей не отличимых, этой практике мог наступить конец.
– Силовики предлагают свернуть все научные проекты и прекратить работу в Периметре, – пожаловался Шувалов, – закрыть и замуровать все КПП и подогнать танки. Я лично слышал предложение устроить бомбардировку Зоны.
– Из которой потом неизвестно что вылезет, – заметил Ворон. – Ты видел сомов в Чернобыле? Эта зверюга спокойно может утащить взрослого человека и без какой-нибудь мутации – так на радиации вымахала. А если к Москве, в которой каждый месяц отыскивают новую ранее невиданную тварь, ее применить, неизвестно что получится, но оно точно будет страшным и кровожадным. Лично я не сомневаюсь в этом ни одной лишней секунды.
– К тому же, самоустранившись, мы не только не сможем влиять на ситуацию, – Шувалов вздохнул, – мы и раньше не особо могли это делать. Но будем лишены всякого рода осведомленности. Сейчас мы сидим рядом с пороховой бочкой, за которой наблюдаем, и можем хотя бы крикнуть «ложись».
 
– Меня не нужно агитировать, Василий Семенович, – произнес Ворон серьезно. – Мы, пожалуй, пойдем, а вам я настоятельно рекомендую придумать какую-нибудь метку. Пусть это будет хоть голограмма, хоть чип под кожу, но такой, чтобы работал только на одном человеке, чтобы его никак нельзя было пересадить другому. КПП будет ориентироваться на сигнал, – и поднялся из кресла.
Шувалов всплеснул руками и рассмеялся:
– Помнишь, у нас уже была такая разработка? Ты тогда сказал, что не намерен позволять себя дырявить. Передумал? Ты пройдешь процедуру чипирования?
– Пройду. – Ворон оглянулся на Дениса, и тот кивнул. – Мы оба пройдем.
  
Часть II
   
Глава 1
 
– Каждый год осень приветствует меня одинаково, – заметил Ворон, – вижу созвездие Ориона и по левую сторону от него – Сириус. Начинаю присматриваться заранее, но всегда это неожиданность. Вот и сегодня – утром вышел на балкон, а над горизонтом – они. Осень пришла.
Он стоял на балконе и вглядывался в рассветное небо. Ветер трепал черные волосы и ворот распахнутой рубашки, внизу шелестел сад, вдалеке застыли поля и медленная широкая река. Однако умиротворенный пейзаж, казалось, нисколько не успокаивал сталкера, наоборот, бередил душу и наполнял ее какой-то непривычной тоской.
– Игорь… – Денис встал рядом и тоже оперся на перила, глянул вниз на плитку, покрывавшую дорожку. Он уже был полностью экипирован. Собственно, они с Вороном давно выехали бы, но стоило дождаться группу сопровождения.
– Если бы ты видел мою смерть, то сказал бы, ведь так? – Ворон взглянул на него в упор и чуть прищурился.
Денис промолчал, стиснув зубы. Он сам не знал, как именно интерпретировать то, что видел во сне.
Они помолчали с минуту, и по истечении ее Денис все же спросил:
– Ты что-то чувствуешь? Что-то очень нехорошее?
– Я впервые иду в Периметр не как к себе домой. – Ворон усмехнулся. – Сколько раз бродил по Зоне, абсолютно уверенный в своем возвращении из нее. Знал, если нарвусь, то по собственной дури: чего-то не учтя или из-за невнимательности. А сейчас… может случиться так, что нам придется разделиться, и выходить будем по одному на разных КПП. Запомни главное: меня не искать. Будь я жив, я приду сюда рано или поздно. Если я не объявляюсь – значит так и надо. Если я погиб… то ты об этом узнаешь так или иначе.
Денис кивнул. Переубеждать или утешать не имело смысла. Он сам не ждал в будущем ничего хорошего.
– Свяжись с Романом, – продолжал тем временем Ворон, – он поможет тебе войти в курс всех дел. К Дмитриеву не суйся, а лучше всего уезжай куда-нибудь подальше. Денег хватит, чтобы обеспечить тебе безбедное существование, да еще наследникам останется.
Денис сжал перила так, что побелели костяшки пальцев.
– Я не боюсь смерти, – сказал Ворон, – и хоть по-прежнему не хочу ее, она все же более предпочтительна, чем возможность потерять себя. Я знал половину из тех сталкеров, кто сейчас находится в списке. Некоторые из них законченные негодяи вроде Стафа, другие прожженные циники, в их компанию даже бывший поп затесался, низложенный из-за идеи фикс, что Зона – царство дьявола на земле, и подобные сектантские идеи. Есть и вполне порядочные, интеллигентные люди, и те, кто просто по-быстрому хотел разбогатеть. Они разные, но поверь мне на слово, никогда не пошли бы добровольно на какие-либо эксперименты, слишком уж ценили себя и не доверяли другим. – Он немного помолчал, снова оборачиваясь к звездам.
– Игорь, ты единственный, кто может противостоять эмо-удару, ты особенный. Внутри тебя словно черная воронка, скрывающая твои чувства и мысли, – все же сказал Денис.
– Все когда-нибудь происходит впервые. – Он невесело усмехнулся. – Я очень постараюсь, чтобы не случилось ничего отвратительного или непоправимого, но если все же не справлюсь, не смей пытаться меня вытягивать, понял? Мы не должны погибнуть вдвоем, кто-то обязан выжить, и по всем законам природы эта роль отведена тебе, понятно? Я слишком эгоистичен, чтобы проходить через потерю, а для тебя это будет интересным опытом.