"Фантастика 2024-6". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Денис вздрогнул:
– Я ж не…
– Зато поступил соответствующе, – заметил сталкер. – Умудрился вляпаться в аномалию и почувствовать, что стало плохо, только через минуту, если не две. Синдром новичка налицо. Организм ведь непривычен к такого рода воздействиям, вот и притормаживает.
– Вы начали говорить, как ученый, – заметил Хазаров.
– Еще одна типичная реакция новичка… – Мимолетный взгляд в сторону Гришко и более пристальный на Хазарова. – Они начинают страдать словесным недержанием.
Психиатр вздохнул.
– И это тоже реакция организма, только, – Ворон постучал указательным пальцем по виску, – из разряда вашего предмета изучения. Защита психики от шока, реакция на непредвиденное… зовите как удобнее. – И снова обернулся к Тамаре: – Вот только у вас ничего подобного не наблюдается. Вы руководствуетесь не внешним, а внутренним. Последнее приключение с флаконом показало это в большей степени.
– Женщины с менструальным синдромом… – начал было Хазаров, но Ворон резко вскинул руку, приказывая тому замолчать.
– Заткнитесь, профессор, – прошипел он. – В этой истории меня больше всего интересуют вопросы: зачем и для кого? Какого черта вас навязали в мою группу? Зачем вам понадобилось скрывать свое пребывание в Зоне ранее? И главный вопрос – чьи интересы вы представляете? Заблоцкого? Сдается мне, что ответ этот неправильный.
При упоминании этого имени Денис вздрогнул. Ворон вопросительно посмотрел в его сторону, но вопросов задавать не стал.
– Да у тебя самого недержание! – выкрикнула девушка. – Слишком много говоришь, сталкер!
Короткий взгляд. Тамара мазнула им по автомату Гришко, тот находился к ней ближе всех.
– Не советую. – Ворон любовно погладил свой обрез.
– Да вы с ума сошли?! – Из уст психиатра подобное восклицание казалось дикостью и кощунством одновременно. – Перед вами девушка, в конце концов…
– А на этом и держался весь план, – бросил Ворон в его сторону и встал так, чтобы удобнее было стрелять. – Но я же просил вас помолчать? Так кто, Заблоцкий или…
– Может быть, и не он… – Денис произнес это очень тихо. Таким же голос был, когда он находился под «иллюзом».
Он прикрыл глаза и покачнулся, а потом резко крутнулся на пятках. Выплюнутое кем-то ругательство заставило его обернуться.
Девушка неестественно застыла, будто заводная кукла, у которой вдруг кончился заряд, или недоскаченное с интернета видео на мониторе. В позе виделось движение, но оно не было закончено, просто прервалось.
– Что происходит?.. – прошептал Глушко.
Хазаров нахмурился и тоже открыл рот. Сталкер цыкнул, и научники замолчали, а он подошел к девушке и помахал рукой возле ее лица. Тамара не отреагировала. Ворон сместился в бок – встал на периферии ее зрения. Секунды тянулись: одна, вторая, третья…
– Я чуть в этот ваш «мокрый асфальт» не упала! – выкрикнула Тамара.
Файл перекачался, и ролик продолжился с прерванного места. Вот только теперь девушка обращалась к пустоте на том месте, где раньше стоял Ворон.
– Перезагрузка прошла успешно?
Тамара резко обернулась:
– Да я… я…
– Именно это от вас и слышно на протяжении всего дня. Я… я… я… я, – передразнил сталкер. – Это действительно не только Заблоцкий. Это хуже…
– Да я же Тамару знаю… – начал Гришко, однако от коллеги он предпочел отступить на несколько шагов, а руку положил на автомат.
– Тоже мне кавалер, – зло проговорила Тамара.
Гришко в ответ чуть качнул дулом.
– Сколько ты ее знаешь? Месяц? Год? – спросил Ворон. Кажется, он тоже размышлял над возможностью и желанием пристрелить эту проблему или необходимостью разобраться в происходящем.
Гришко буркнул:
– Три недели.
– А вы, профессор?
– Нисколько. – Хазаров нахмурился. То ли поверил подозрениям сталкера, то ли раздумывал над тем, как эффективнее того разоружить. – Только досье видел.
– А из досье информация умеет исчезать не хуже, чем предметы в «мокром асфальте». – Ворон снова ухмыльнулся, но улыбка на этот раз получилась жутковатой. – Вот только я не намерен верить официальной версии.
 
– Да не знаю я! – По щекам Тамары потекли слезы. Крупные и маслянисто-блестящие.
– Дин? – резко выкрикнул Ворон. – Что ты видишь?
– Дымка. Марево, как то, сквозь которое мы эмионика видели. Но этого ведь быть не может? Она…
– Сумку! – приказал сталкер.
Тамара зашипела не хуже рассерженной кошки, но Хазаров схватил ее сзади. Девушка задергалась в его руках, словно марионетка, управляемая неумелым кукловодом. Возможно, она и вырвалась бы, но масса и размеры тел оказались больно неравны. Гришко успел вырвать у нее сумку. Раскрыл и высыпал содержимое прямо на асфальт.
Помада, тушь, множество шкатулочек, пакетиков, тюбиков с тенями и блеском и огромное множество того, чего мужчина не мог даже назвать. И… небольшой – с крупную бусину величиной – золотистый шарик. Он светился изнутри и создавал вокруг себя призрачное сияние.
– Моё-о-о, – взвыла Тамара, ее голос преобразился самым неприятнейшим образом, стал грубее и визгливее одновременно. Словно вместо девушки говорил кто-то другой. – Отдашшш…
– Дин?
– Я не уверен… Да. Это оно!
– Отлично.
– Сто!.. – только и успел выкрикнуть Гришко.
Ворон быстро шагнул в его сторону и со всей силы саданул мыском армейского ботинка по артефакту.
– …й! – окончил слово биокорректор. – Совсем опупел? Это какие же деньжищи!
Он, возможно, кинулся бы подбирать артефакт, да тот быстро запрыгал по асфальту, словно был не камнем, а каучуковым мячиком замысловатой расцветки, и канул в «мокром асфальте».
Тамара прорычала что-то непонятное и нечленораздельное и рухнула в обморок.
– Совсем ты охренел, сталкер! – взвыл Гришко.
– Уж лучше так, – прошептал Ворон. – Лучше так. – Он развернулся. – Привал. Тридцать минут. В таком состоянии нам не следует двигаться, – бросил через плечо, а сам пошел подальше от своей группы.
  
Глава 18
 
Дэн нашел Ворона сидящим на корточках и кидающим гайки в очередную лужу. Выглядел сталкер усталым и отрешенным от всего. И то, что прошло не полчаса, а час, его, казалось, не волновало нисколько.
– Успокоились или думают, как обезвредить свихнувшегося проводника? – поинтересовался он.
– Уже не думают. – Дэн проводил взглядом очередную гайку, то ли просто исчезнувшую, то ли переместившуюся неведомо куда.
Когда сталкер выволок его из Зоны и оставил на попечение Стафа, Денису нечем было заняться. Чужих людей он сторонился. Знакомых, друзей и даже собственных родителей не помнил. Так что он, сам не заметив как, пристрастился к чтению. Снова – как утверждал Ворон, раньше он тоже зачитывался, правда, в основном героической фэнтези. У лидера «Доверия» имелась прекрасная коллекция из дозонных бумажных изданий. Сплошь научная фантастика и исторические романы. Вряд ли он читал их когда-либо, скорее, просто собирал. И против присутствия Дэна не возражал, позволяя читать, сколько угодно.
Денис и читал – запоями – и, фантазируя, подгонял реальность под прочитанное. Дэн придумывал какие– то вещи или явления, наделял свойствами. Просыпаясь по ночам от беззвучного крика, старался досконально, до малейшей детали вспомнить, что именно так напугало его. А потом мучительно размышлял, как мог бы спастись или, быть может, даже использовать артефакт во благо.
Однажды, когда уже порядком освоился в клане, он рассказал Лоле об одном своем страхе – матрицах. Ужас, который вызывали в нем эти не то существа, не то явления неживой природы, душил Дэна на протяжении месяца. Каждую ночь, пока он не научился изгонять из снов любые намеки на присутствие зомби.
Лола тогда попыталась его успокоить и сказала, что, может, где в Зоне матрицы и встречаются – на ВДНХ, например, – а в южных районах их просто нет. Не ходят зомби на юг, будто гонят их отсюда, так что и бояться их нечего.
А потом Денис начал предсказывать. Произошло это случайно, и был он порядком взвинчен. Дэн в который раз поругался с Лешим. Лола кое-как промыла боевые царапины и ссадины, отчитала Лёху – все-таки тот был на два года старше – и отправила с глаз долой. Видеть никого не хотелось, и Денис забился в кабинет.