"Фантастика 2024-6". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

— Круто, — подытожил Якадзуно. — Но зачем ты ко мне пришел? Телефон сгорел, от меня теперь никакой пользы больше не будет.
— Ты себя недооцениваешь, — оскалился Евсро. Якадзуно отметил, что, прибыв в Осулех, Евсро перестал сдерживать свою мимику.
— Ты хороший боец, — продолжал Евсро. — Кроме того, ты первый человек, совершивший осолугх в шувоз Фэрв. Твое фувуху очень высоко.
— Ты ошибаешься, — возразил Якадзуно. — Если бы мое фувуху было высоко, меня бы не приняли за фохех.
— Настоящий сэшвуэ остается сэшвузо даже в свызо есоз. Только ехувл показывает шефуэ в любом месте, истинный сэшвуэ не дает влузу фейрэво. Ты зря стесняешься того случая, ведь когда Фэр явился вызуво, его тоже не приняли как всев.
— Намекаешь, что я — бог? Евсро фыркнул.
— Излишней скромностью ты не страдаешь, — заявил он. — Нет, Якадзуно, я не думаю, что тебе суждено стать для нас тем, чем для вас стал Иисус Хсисрос. В принципе, Фэр говорил, что он не последний, но надо быть ехувласо, чтобы надеяться на то, что следующий придет прямо сейчас. Сузаш помогает только тем, кто помогает себе сам. Хотя кто знает…
Евсро снова фыркнул.
— Что я должен сделать? — спросил Якадзуно.
— Ты ничего не должен. Ты не евуфго швув, у тебя нет долга перед ним. Ты свободен, ты сам решаешь, что ты должен сделать. Ни один вызу не обладает такой свободой, какой обладает ничтожнейший из мажел. Иногда я вам завидую.
— Что ты посоветуешь?
— Завтра ты будешь говорить с глазу на глаз с самим швузо. Он предложит тебе стать его усезурлалсо. Соглашайся.
— Что такое усезурлал?
— Тот, кто помогает файзузох принимать правильные решения.
— Советник, что ли?
— Да, точно, советник.
— Предлагаешь мне стать царским советником? Присягнуть на верность Ойлсова?
— Почему бы и нет? Сулувех можно произнести по-разному. Ты можешь ограничить свое гесосухэ определенным сроком, например до конца войны, или какими-то другими условиями. В том, чтобы временно поменять файзузов, нет ничего позорного.
— Для тебя — нет. А для человека служить ящеру…
— Ты говорил, что мечтаешь о том, что мы и вы станем единым народом. Ты лгал? Или ты мечтаешь о том, чтобы вызуэ были евуфговой мажел, но не наоборот? Если тебе стыдно служить вызух, ты зря приехал сюда.
— Ты не понимаешь. Если я присягну Ойлсова и об этом узнают бойцы Ибрагима, многие не захотят воевать под его началом. Многие люди боятся того, что вы станете хозяевами Деметры, а люди будут вашими рабами.
— Тогда ты станешь не усезурлалсо, а вухвыз.
— А это еще что такое?
— То же самое, только вухвыз не является евуфгосо того, кому служит. Если два дувчав сражаются против третьего, в вунлай каждого есть вухвыз другого дувчав. Вухвыз помогает скоординировать действия, дает ценные советы, ну и так далее…
— Это другое дело.
— Значит, договорились?
— Договариваться я буду с Ойлсовен.
— Не будь наивным, — фыркнул Евсро. — Швуэ не принимает таких решений.
— А кто тогда их принимает? Ты?
— Получается так, — Евсро скромно потупил взгляд. — Этот мятеж случился очень кстати.
— Уж не ты ли его устроил?
Евсро вздрогнул и посмотрел на Якадзуно странным долгим взглядом.
— Никогда так не говори, — сказал он после напряженной паузы. — Если твой собеседник плохо знает обычаи мажел, после таких слов тебе не избежать ехамл. А я не уверен, что в рукопашном бою ты так же хорош, как в перестрелке.
— Хочешь проверить? — усмехнулся Якадзуно.
Евсро посмотрел на Якадзуно еще более странным взглядом.
— Ты говоришь сейчас как настоящий сэшвуэ, — сообщил он. — Из тех сэшвузл, которые получили фувуху не умом, а силой. Я начинаю сомневаться в том, что сделал правильный выбор.
— Это твое право. Но если ты действительно устроил этот мятеж, могу тебя заверить, ты сделал неправильный выбор.
— Ты совсем не знаешь наших обычаев. У нас никогда не было такого, чтобы срас стремился к личной власти. Ты можешь мне верить, можешь не верить, но я не имею никакого отношения к подготовке этого мятежа. Да, я знал, что он готовится, и я не сказал шву в, чтобы он вовремя принял меры. Но я поступил так не потому, что хотел, чтобы новым швузо стал Фесезл, а потому, что хотел, чтобы это срахшасою было отсечено раз и навсегда. Я мог бы принести клятву, что говорю правду, но у твоего народа нет клятвы, которой можно верить.
 
— Я верю и так, — сказал Якадзуно, глядя в глаза Евсро. Но в его голосе не было особой уверенности.
7
Анатолий сидел в кресле, прикрыв глаза, и, казалось, полностью отрешился от действительности. Находившиеся рядом представители полиции Нью-Майами нервничали, они не понимали, почему столичный супермен минуту за минутой сидит без движения в пассажирском салоне тяжелого вертолета, на котором сюда прилетел. Они привыкли к тому, что расследование — это когда все бегают туда-сюда, рассматривают разные предметы, громко ругаются, высказывают разные мысли, главным образом бредовые, ну и так далее.
Анатолий не собирался следовать традициям, в этом не было необходимости. Едва вертолет приземлился на развалинах недавней стройки, грузовой люк приоткрылся и из него прыснули в разные стороны небольшие паукообразные роботы. Для стороннего наблюдателя это зрелище было жутким полицейские роботы очень похожи на пауков-мутантов из фильмов ужасов и движутся они довольно зловеще.
На первый взгляд, роботы двигались хаотично, но на самом деле их маршруты были четко запрограммированы. Провести первоначальный осмотр территории, выделить районы, требующие более внимательного изучения, распределиться и приступить к работе. На первом этапе Анатолий почти не вмешивался в действия роботов, он терпеливо ждал, когда пойдет первая информация.
— Чего мы ждем? — нетерпеливо спросил Да Джао, бывший полицейский инспектор, свиноголовый прислужник продажных корпораций, а ныне тоже полицейский инспектор, уважаемый член братства, выполняющий важную и ответственную работу.
Анатолий приоткрыл один глаз и сказал:
— Мы ждем, когда роботы закончат осмотр территории. До этого момента дергаться бесполезно. А если кому-то неймется, можете пойти наружу и помаяться дурью. Я никого не держу.
Да Джао скорчил злобную гримасу и заткнулся.
Роботы обнаружили первую интересную вещь, и Анатолий тоже скорчил злобную гримасу. Картинка, полученная через нейрошунт, была такой же четкой, как если бы Анатолий видел это своими глазами. Временный щитовой домик, практически неповрежденный снаружи, изнутри был выжжен дотла, даже стенные панели сплавились. Когда он загорелся, внутри было не менее пятидесяти человек, они набились в тесные комнаты, как жители Гефеста набиваются в электричку в час пик. Зачем они это сделали? Искали убежища? Или те, кто напал на стройку, загнали их внутрь, а потом плеснули в окно из огнемета?
Роботы посовещались и решили, что второй сценарий более вероятен. Особенно если учесть, что такая же картина наблюдалась еще в десятке других домиков. Неизвестные бандиты ворвались на стройку, как-то расправились с охраной, а затем загнали людей в дома и хладнокровно сожгли. Странно, что ни один из домиков не взорвался от огня, там ведь должны были быть какие-никакие аккумуляторы…
Анатолий поставил перед роботами задачу и уже через минуту получил ответ. Ни в одном из сгоревших домов нет и не было никаких аккумуляторов. Вся техника, вплоть до телевизоров, телефонов и электробритв, бесследно исчезла. Кажется, становится понятным, кто здесь порезвился…
На влажной земле было множество следов, человеческих и ящерских. Роботы немного побегали туда-сюда, после чего сообщили Анатолию, что, по их мнению, среди нападавших были только ящеры. Все человеческие следы заканчивались на пороге сгоревших домов.
С охраной ящеры разобрались просто. Чтобы понять, как это случилось, Анатолию не потребовалась помощь роботов, достаточно было взглянуть в окно. Жаркий и липкий туман, который окутывает экваториальную зону Деметры между одиннадцатью утра и часом дня, практически непроницаем для стандартных инфракрасных очков. Чтобы видеть в этом тумане, надо иметь либо специальные детекторы, либо глаза ящера. Глаза у нападающих были, а детекторов у защитников не было.