"Фантастика 2024-6". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
Время перемещения в подпространстве подчиняется закону гамма-распределения, и с девяностопроцентной вероятностью поездка длится от трех до четырнадцати дней. Теоретически она может закончиться за доли секунды, а может занять и тысячу лет, но такое не случалось еще ни разу. Насколько помнил Анатолий, наихудший результат составлял менее восьмидесяти дней. Интересно, что время, проведенное в пути, совершенно не зависит от проходимого расстояния. В лабораторных экспериментах, где капсула перемещалась с Земли на Луну и обратно, время путешествия подчинялось точно такому же закону.
Динамик под потолком тихо зашипел, а затем произнес человеческим голосом:
– Дамы и господа, с вами говорит капитан корабля.
Анатолий улыбнулся, он всегда улыбался, слушая стандартное приветствие. Да, “капитан корабля” звучит гораздо лучше, чем “машинист паровоза”.
– Хочу сообщить вам радостное известие, – продолжал голос, – наша транспортная капсула успешно завершила перемещение и прибыла в точку назначения – терминал Новый Кузбасс – через двадцать два часа после отправления, установив мировой рекорд скорости межзвездного сообщения. Те из вас, кто ранее проходил иммунизацию для условий Гефеста, могут незамедлительно покинуть капсулу. Остальным пассажирам будут выданы костюмы биологической защиты и проведен курс ускоренной иммунизации. Пожалуйста, оставайтесь на местах и сохраняйте спокойствие. В течение ближайшего часа к вам подойдут сотрудники терминала, выполняйте все их распоряжения четко и собранно. Счастливого пути!
Анатолий вытащил из-под купейного столика компактную дорожную сумку, закинул ее на плечо и раскланялся с попутчицей по восточноазиатскому обычаю. Ху Цзяо нервничала, это пробивалось даже сквозь обычную внешнюю невозмутимость, присущую людям ее расы. Анатолий не стал ее разубеждать, она не зря волнуется.
Конечно, ребят из “Дженерал Варп” тоже можно понять. Каждый из двух терминалов, обеспечивающих маршрут, стоит почти миллиард земных евро, сам поезд стоит гораздо дешевле, но это несущественно, потому что поезд – по сути, приложение к двум терминалам, два поезда в одном канале запускают только самоубийцы. Чтобы канал окупился, он должен работать, поезда должны ходить настолько часто, насколько это возможно. Вполне логично, что компания рассматривает необычно короткий рейс в первую очередь как источник незапланированной прибыли и только во вторую очередь как источник неприятностей для пассажиров. Ничего противозаконного здесь нет, в лицензионном соглашении, прилагаемом к билету, пассажир обязуется покинуть поезд в течение часа после прибытия, и никого не волнует, что защитная вакцина еще не успела подействовать. Конечно, “Дженерал Варп” никому не даст умереть, но этим милосердие компании исчерпывается. Бедная Ху Цзяо…
Дверь купе мягко скользнула в сторону, Анатолий вышел в коридор и чуть не столкнулся с миловидной босоногой стюардессой в сиреневом сари. Стюардесса наморщила лобик, и Анатолий начал говорить, не дожидаясь, пока она задаст вопрос:
– Я уже бывал в Преисподней. Я могу выйти прямо сейчас?
– Да-да, конечно! – проворковала девушка с обворожительной улыбкой. – Ваш багаж…
– Только эта сумка.
– Вы ознакомлены с законами Гефеста?
– Полагаю, они не сильно изменились за два года. – Девушка нахмурилась, и красное круглое пятнышко, нарисованное между бровями и чуть выше, на мгновение стало овальным.
– Налоговый кодекс подвергся существенным изменениям, – начала она, – например…
– Я не занимаюсь бизнесом, – оборвал ее Анатолий.
– Тогда можете считать, что законы не изменились, – улыбнулась стюардесса. – Я могу узнать цель вашей поездки?
– Краткосрочная командировка. Запрещенных предметов, наркотиков и декларируемых ценностей со мной нет.
– Оружие?
– Оружие и боевые имплантаты по классу С. Максимальный допуск по классу Е.
– Вы полицейский? – брови девушки удивленно взлетели.
– Курьер.
Она рассеянно кивнула.
– Давайте вашу карту, – сказала стюардесса, приняв решение.
Идентификационная карта переместилась в детскую ладошку стюардессы, она приложила к сканеру карты свой перстень, камень в кольце на мгновение вспыхнул зеленым.
– Все в порядке, – сообщила девушка, возвращая карту Анатолию. – Выход найдете?
– Конечно.
– Счастливого пути!
– Спасибо.
Анатолий направился к выходу, а милая девочка в сари двинулась в противоположную сторону. Анатолий услышал, как она тяжело вздохнула. Да уж, ей сейчас не позавидуешь. Сколько грязи на нее выльют в ближайший час…
Гефест – единственная планета, где граница варп-поля определяется очень четко – по запаху. Еще за двадцать метров до выхода Анатолий сморщил нос в раздраженной гримасе, сернистые испарения уже начали просачиваться внутрь поезда. А ведь кондиционеры поезда только-только перешли на сухой режим, влажность воздуха сейчас процентов шестьдесят – шестьдесят пять, а это значит, что минут через десять поднимется такой вонизм… надо побыстрее выбираться отсюда.
В приемном терминале запах усилился, но изменил тональность (если можно так выразиться о запахе) и стал не столь отвратительным. Сернистый газ хоть и противен, но не настолько, как пары сернистой кислоты, не говоря уж о серной. Если поблизости нет воды в открытой посуде, аромат Преисподней перестает ощущаться уже через пару часов. Если, конечно, не подует ветер с поверхности.
Таможенники еще не успели занять позиции, у стойки скучал один-единственный коротко стриженный двухметровый блондин в форменной куртке. Анатолий молча протянул ему карту и закинул сумку в сканер.
– Не в первый раз здесь? – поинтересовался таможенник. Анатолий кивнул.
– Оружие, боевые имплантаты, наркотики, декларируемые ценности…
– Спасибо, у меня уже есть, – прервал Анатолий стандартное приветствие и добавил после паузы, достаточно короткой, чтобы таможенник не успел обидеться, – оружие и имплантаты по классу С, максимальный допуск по классу Е. Курьер.
– Что везете?
– Пока ничего.
Таможенник недоуменно пожал плечами, бросил беглый взгляд на экран сканера и сделал отметку в идентификационной карте Анатолия.
– Куда направляетесь?
– Штаб-квартира “Уйгурского палладия”.
– Тоннель 10-Н. По правому коридору…
– Спасибо, я знаю нумерацию.
– Тогда счастливого пути.
– Всего доброго.
2
Сяо Ван смотрел на экран терминала и тихо шептал: “Ом мани падме хум”. Будь на его месте директор обогатительного комбината Иван Коноплев, тот высказал бы свои мысли более красочно, но Сяо Ван не считал нецензурную брань достойным способом выражения отрицательных эмоций. Хотя в данном случае выругаться стоило.
Пассажирский поезд Земля-Гефест вернулся на девять дней раньше расчетного срока. Такого не бывало еще никогда. С одной стороны, это хорошо, но с другой… По регламенту “Дженерал Варп” должна отправить поезд через два часа (этого, конечно, не произойдет, но через четыре часа он уйдет точно), а семь из десяти сотрудников компании, ожидающих отправки на Землю, все еще болтаются на рудниках, и у них есть шансы успеть на поезд только в том случае, если они отправятся в путь прямо сейчас, не тратя ни минуты на посторонние дела. А ведь каждому надо собрать вещи, кто-то может находиться сейчас в дальнем забое, до которого не достает мобильная связь, кто-то захочет попрощаться с коллегами… Наверняка кто-то не успеет, а это означает, что до следующего поезда опоздавшему придется делить квартиру со сменщиком, и непонятно, кстати, кому из них платить зарплату, а кого считать находящимся в вынужденном отпуске… А ведь еще надо успеть загрузить в грузовой отсек семьдесят тонн палладия… И организовать встречу вновь прибывших… Черт возьми! Они пробыли в пути меньше суток, прививка еще не успела на них подействовать! Ом мани падме хум
Терминал пискнул и выплюнул на экран строчки, сообщившие Сяо Вану, что Джонатан Рамакришна находится вне зоны досягаемости экстренного вызова, а Нэнси Трэвис наотрез отказалась возвращаться, пока ее малолетний сын не будет выписан из лазарета. Остальные пятеро горняков готовы отбыть в Новый Кузбасс через десять минут.