Вторая единственная (СИ)
— Нет, не понимаю, — выпиваю рюмку настойки, занюхиваю рукавом. — Я не хочу жить в общине.
— Ясно. — Жанна кривится и ныряет носом в смартфон.
Третья стопка доводит меня до кондиции «ещё не пьян, но уже не трезв». Меня тянет на эротические приключения. Чего дробить, когда рядом красотка с модельной внешностью?
— Малышка… — урчу и лезу лапой под коротенькую юбочку, — а может, мы это… — кошусь на дверь туалета.
Жанна отрывает взгляд от экрана телефона и понимает, на «где» я намекаю.
— В толчке? — она смотрит на меня как на идиота.
— И что? — не сдаюсь и лезу под юбку дальше, к трусикам. — Разнообразие, новые ощущения и всё такое.
— Милый, тебе скоро сорок пять, — волчица отпихивает мою лапу, — ты взрослый мужик. Секс в туалете — это для подростков. — Ёрзает на стуле, поправляя бельё без рук. — И вообще, мы с тобой уже не первый год живём вместе — каких новых ощущений ты хочешь?
— Мне бы старых… Хотя бы, — берусь за рюмку. — Вспомнишь, когда мы последний раз трахались?
— Не начинай, — Жанна фыркает.
Я, может, таким нервным стал из-за спермотоксикоза. Меня конкретно кроет от отсутствия интимной жизни. Рука не в счёт. Да, работы валом, и дома я бываю не так часто как хотелось бы. Но, сука, почему каждый раз моя истинная находит отмазку, чтобы не спать со мной? Меня уже орденом почётного дрочера пора награждать.
А она сидит, опять в смартфон рогом упёрлась. Достала!
— Дай-ка сюда, — забираю у волчицы телефон. — Сейчас посмотрим, что и кому ты пишешь.
— Отдай! — она тянется, чтобы забрать его, но я поднимаю руку.
— А чо мы занервничали? — гну бровь. — Может, ты не с подружкой переписываешься?
— Ты что-нибудь слышал о личных границах? — Жанна поджимает губки. — Так нельзя, Раж!
Ох уж этот упрёк в её взгляде. Он всегда срабатывает.
— Ладно, извини, — возвращаю истинной её телефон. — Я на взводе.
— Ничего страшного, — получив гаджет, волчица мгновенно превращается в ласковую кошечку. — Выпей, расслабься, — кивает на три полные рюмки и сама берёт бокал с вином. — Мне никто, кроме тебя, не нужен.
Хрен её знает. Я в последнее время начинаю в этом сомневаться. Поводов хватает.
Один за другим опустошаю оставшиеся стопки и прошу хозяина бара принести мне ещё один сет шотов. Не пообщался, не потрахался так хоть нажрусь.
* * *В этот раз полёт и посадку мягкими не назовёшь. Сначала я долго бултыхалась в темноте, как в барабане стиральной машины — чуть сердце не разорвалось от впечатлений — а потом приземлилась на пол собственного кабинета МФЦ, больно ударившись спиной и затылком.
— Капец… — лежу, считаю звёздочки перед глазами.
Оторвав гудящую голову от линолеума, ищу глазами дверь-портал. А её нет.
Это что значит?.. У меня получилось?
Кое-как встаю, пошатываясь, иду к компу и, пошевелив мышкой, оживляю монитор. В правом нижнем углу дата «29.12.2020».
Господи-и-и, да! Я переместилась в прошлое на год назад! Как и хотела!
Плетусь к зеркалу, чтобы посмотреть на себя, и охаю. На мне серое кигуруми-кошечка: на капюшоне розовая мордочка и ушки. А на ногах меховые угги в тон костюму. Ля, какая цаца, выражаясь словами моего мужа. Жуть!
Осталось вспомнить, почему я в таком виде на работе… А-а-а, точно! Это я на корпоратив нарядилась. Змеина Вульфовна прикололась — велела всем прийти на пьянку в новогодних костюмах, как на детский утренник. Я не стала заморачиваться и просто заказала кигуруми-кошку в интернет-магазине.
Голова и спина ещё болят, но я улыбаюсь. У меня всё получилось! Я материализовалась в прошлом. В единственном экземпляре, что немаловажно. И память о событиях будущего у меня сохранилась. Впрочем, этого будущего не случится. Я всё для этого сделаю.
А это что такое? Щурюсь, разглядывая три спичечных коробка, которые валяются на полу. Да это же «Умеренность» в таблетках от Эфы! Мне становится смешно — нормально так в аптеку сходила.
Хихикая, поднимаю с пола коробочки с лекарством и сую их в бездонный карман костюма. Отдам Раждэну, когда найду его. И познакомлюсь… Голова ещё мутная, и я не могу сообразить, с чего начать операцию по спасению будущего.
Позвонить Ражу? Не выйдет. Год назад у него был другой номер телефона, я его не знаю.
Подхожу к окну и, прижав ладошки к холодному стеклу, смотрю на дом из красного кирпича. В окнах квартиры на первом этаже нет света. Вряд ли мой зверь улёгся спать в семь вечера. Значит гуляет где-то. Можно сесть под дверью и подождать, когда он вернётся, но, боюсь, терпения на такой подвиг у меня не хватит.
Остаётся одно — слушать собственное сердце. Оно приведёт меня к моему мужчине. Мы с Ражем истинные друг для друга, а связь пары не зависит от пространственно-временного континуума. Она есть везде и всегда по умолчанию.
— Дарина Дмитриевна, вы чего тут застряли? — в кабинет заходит Эдита.
Она тоже в новогоднем костюме. Сегодня Эдита Павловна — фея. Девочка в платье с рюшами, за спиной у неё красивые крылья из тюля с блёстками, а в руке волшебная палочка. Милота семисотлетняя. Но, кстати, экзорцистка — единственная, кто на том корпоративе выглядела не как детсадовец-переросток. Детская внешность тут решает.
— Эдита Пална, я такое сделала! — позабыв о боли, подхватываю экзорцистку на руки и танцую с ней по кабинету.
— Что вы сделали? — спрашивает, крепко обнимая меня за шею.
Кружусь, а потом усаживаю Эдиту на стол и продолжаю пританцовывать.
— Я настроила заглючивший портал дверного типа как машину времени и переместилась из будущего в прошлое. На год, — поднимаю указательный палец вверх. — Пу-буп-пи-ду! Пу-у! — выкаблучиваюсь от души
— О-о-о! — глаза девочки блестят от восторга. — Значит, вы только что из будущего! И как я там? Жива?
— Конечно! — улыбаюсь. — С вами всё в порядке.
— Ну слава богу, — выдыхает с облегчением. — А то с такой работой…
— И не говорите, Эдита Павловна, работа у нас не самая безопасная, — поддакиваю и машу рукой.
— Так, всё! — экзорцистка спрыгивает со стола. — Больше ни слова о работе! Идёмте в холл, там сейчас белочка на столе отжигать будет.
Белочка? Ох, блин!
В костюме белочки на корпоративе была Змеина Вульфовна. И она танцевала на столе. А потом упала с него и сломала руку. Два месяца в гипсе мучилась.
— Эдита Павловна, я не пойду в холл. У меня появились срочные дела, — улыбаюсь смущённо. — Но вы передайте белочке, чтобы на стол не лезла.
— Почему? — экзорцистка хмурится. — Я снять хотела. Видос точно залетит в топ.
— А Вульфовна улетит со стола, — вздыхаю. — Перелом руки со смещением.
— Ой! — Эдита Павловна прикладывает ладонь к груди. — Пойду спасать, — быстро выходит из кабинета.
И мне пора идти. Я пока не знаю куда, но, думаю, пойму в процессе.
Постояв ещё несколько мгновений, выдыхаю и выхожу в коридор. Надо сосредоточиться, подумать о муже…
— Дарюш, я тебя обыскался.
Голос Вовы за спиной заставляет меня тихо рыкнуть. Я тут о любимом муже думаю, а не об охотнике за моей девственностью.
— Обыскался, значит? — поворачиваюсь к заклятому другу.
В костюм принца вырядился, корону бутафорскую нацепил. Куда деваться, ага!
— Пойдём в холл, — улыбается принц Владимир. — Выпьем, потанцуем.
Я отлично помню, как Вовочка пытался меня напоить на этом корпоративе. Не получилось. Но дело не в этом, а в его намерениях.
— М-м… — кривлюсь. — А потом?
— В смысле? — Вова делает вид, что не понимает.
— Я спрашиваю, что будет после того, как ты меня напоишь? — складываю руки на груди.
— Дарь, ты чего? Я не собирался…
Я не даю Вове договорить — луплю смачную пощёчину справа и сразу ещё одну слева, пока не опомнился. Заклятый друг в шоке — глаза на меня таращит и булькает что-то от возмущения, а мне прям легче стало.
— Никогда… — выдыхаю. — Больше никогда не смей ко мне подходить!
Разворачиваюсь и иду к лестнице, оставляя оскорблённого Вову в одиночестве.