Вторая единственная (СИ)

— Чем займёмся? — поглядываю на стройные ножки жены и вздыхаю для убедительности.
Меня до сих пор не отпустило, нужна разрядка. Раз уж мы тут застряли на два часа, то почему бы и да? Тем более у меня уже всё готово к процессу.
— Не знаю, — не понимая намёка, Даря вздыхает. — Я на стрессе хочу есть, но уезжать отсюда не стоит.
— Я тоже голодный, — кладу руку на бердо жены и медленно веду пальцем к пуговке на её джинсах.
Тут-то уже всё понятно, да?
— Раж, блин! — Дарина лупит меня кулаком по конечности. — Вообще не время! — округляет глазки.
— Лап, ты стресс заедаешь, а я затрахиваю. Мне прям очень надо, — тянусь к ней.
— Я сейчас не могу. Извини, — отстраняется.
Да, ё-моё! Я понимаю, что лапа переживает, но и меня понять можно. Либидо снова бесится, яйца ломит, голова соображает с трудом. Не, я могу передёрнуть, но эффекта хватит минут на десять, а потом снова начнёт рвать крышак.
Хочу озвучить мысли, но у жены жужжит телефон.
— Это Давид Олегович, — она демонстрирует мне экран смартфона и бледнеет.
— Бери трубку, — вздыхаю.
— Алло, да. Что-то случилось?.. Нет, мы ждём возле ворот… Да, два часа… Как? Нет!.. Ладно, я поняла, — жмёт кнопку отбоя и сидит белая, как мел.
— Что там? — у меня терпение на пределе.
— Сказал, что два часа ему мало, — Даря сверлит взглядом потухший экран телефона. — Мы заберём лампу утром. Точнее, я заберу, — поворачивает голову ко мне. — Ты уже будешь работать.
— Доктор там ничо не попутал? — бросаю короткий злой взгляд на здание больницы. — Ему сказано два часа, значит, два часа.
— Раж, мы не в том положении, чтобы ставить условия, — лапа тяжело вздыхает. — Он пытается помочь Любе. Я надеюсь, — добавляет тихо.
Вот-вот, только надеяться и остаётся. Но в любом случае я не позволю Даре одной забирать эту чёртову лампу с демоном.
— Значит, утром поедем вместе, — выдаю сухо.
— Но тебе на работу к пяти, — хлопает ресничками.
— Пенсионер этот… — поджав губы, вспоминаю пока ещё действующего начальника охраны, — кинул меня сегодня одного. Вот пусть завтра день без меня начинает.
— Тоже верно, — Дарина с облегчением выдыхает. — Мне одной было бы страшно везти демона в МФЦ.
— Вот и решили, — поворачиваю ключ в замке зажигания. Мотор мягко рычит. — А сейчас едем ко мне.
— К тебе? — жена вздрагивает. — Может, отвезёшь меня домой? Ко мне домой, — уточняет, чтобы я точно не ошибся с дорогой.
— Издеваешься? — крепко сжимаю пальцы на руле.
— Раж, я не издеваюсь. Просто настрой совсем не тот. Да и зачем рисковать? Ты ведь не хочешь навредить мне?
Это что-то новенькое. Не так давно лапа сама меня соблазняла всеми возможными и невозможными способами, и ни хрена её не останавливало: ни стресс, ни опасность. Но стоило мне научиться более или менее контролировать агрессию, у жены заболела голова. Она прикалывается?
— Я чувствую, что могу себя контролировать. Пара завязанных в узел фонарей во дворе тебе точно не навредят.
— Раж, я… не могу. Не сегодня, — отводит взгляд, мнёт пальчиками ремешок сумки.
— Почему у меня ощущение, что ты мне что-то недоговариваешь? — ловлю виноватый взгляд лапы.
— Э-э… ничего, — мотает головой. — Поехали к тебе, — неожиданно меняет решение.
Хрен этих женщин поймёшь. То не хочет ко мне, а то бац — поехали. Задницей чую, что здесь что-то не то, но Даря не признаётся. Или мне кажется?
Выруливаю на дорогу, поглядывая на жену. Она сидит напряжённая, с прямой спиной, как кол проглотила, в сумку вцепилась до белых пальцев. Будто я не муж ей, а незнакомый дядя, который везёт не домой, а хрен знает куда. Чо за фигня?
  
Глава 31
 
Раж заметил, что я веду себя странно. Да, так и есть. Но не без причины, блин!
Прогулка по дурдому с лампой, в которой заточён демон, — стресс. Но я стрессанула ещё больше, когда отдала артефакт доктору и вышла из его кабинета. Я услышала голос девушки-ангела из Петри.
Дарушосош-ш норэ — эдар…
Вздрогнув, обернулась, но ничего, кроме пустого коридора, не увидела. По телу пробежал холодок с мурашками. Я ещё пару минут стояла, дыша через раз, и прислушивалась к гудящим на потолке лампам.
  
Дурка — не то место, где хочется задержаться. Списав всё на волнение и усталость, я пошла на выход. Но и пяти метров не прошла — снова замерла, услышав зловещее проклятие. Голос падшего ангела звучал у меня в голове, как из наушников на приличной громкости.
Дарушосош-ш норэ — эдар…
Дарушосош-ш норэ…
Слуховая галлюцинация повторялась словно на репите, а я ничего не могла с ней сделать. Голос без конца твердил, что если я останусь с оборотнем, то умру…
А потом всё закончилось. Я очнулась, сидя на полу в коридоре: меня знобило как при высокой температуре, а голова кружилась и гудела.
Немного отдышавшись, я собрала мысли в кучу и пришла к выводу, что аферистка из Петри решила меня дожать. Я не спешу вернуться к ней с денежками, и она делает всё, чтобы исправить эту жестокую несправедливость. Готова спорить, что дамочка и не на такое способна. Коза, блин.
— Лап, ты здесь или где? — голос мужа возвращает меня в реальность.
— Да-да, конечно! — моментально оживаю и делаю вид, что всё в порядке.
Но нет, ничего не в порядке. Мы едем домой к Ражу, и ежу понятно, чем будем там заниматься. Страшно…
Поздравляю, Дарина Дмитриевна, ты словила паранойю! Головой я понимаю, что мной манипулируют с помощью магии, но плохое предчувствие сводит с ума.
— Идём? — Раж подаёт мне руку.
Я снова выпала из реальности, а тем временем зверь успел доехать до дома, припарковать машину возле подъезда, заглушить мотор и галантно открыть мне дверь. Ох…
— Да, идём, — изображая улыбку, выхожу из авто.
Муж у меня далеко не дурак, да и наша связь подсказывает ему, что я, мягко говоря, что-то от него скрываю. Но я не могу признаться. Во-первых, как-то поздновато для откровений, а во-вторых — я буду выглядеть тупо. Ещё недавно я ничего такого не боялась, а теперь трясусь. И из-за чего? Из-за слов какой-то хитрожопой заразы. Раж решит, что я больше его не хочу и тупо ищу повод слиться.
Я должна перестать думать о глупостях, надо взять себя в руки. И я беру. А муж берёт меня за руку и стремительным шагом ведёт к подъезду.
Ничего плохого не случится.
Всё будет хорошо.
Гадалка из Петри пытается свести меня с ума, но у неё ничего не выйдет.
Заходим в подъезд, и Раждэн резко останавливается. Стоп-сигналов на «заднем бампере» у моего мужа нет, и я втыкаюсь носом ему в спину.
— Ты чего? — спрашиваю растерянно.
— Помолчи, лапа, — командует и принюхивается.
Всю решительность Раж растерял, теперь он напряжён и сосредоточен. Только непонятно, кого вынюхивает.
— Что случилось-то? — не выдерживаю минуту молчания.
— Около получаса назад здесь были оборотни, — выдаёт Раж. — Трое.
— И? Что в этом такого? — спрашиваю в недоумении. — В старом городе полно оборотней. Может, в гости к кому-то приходили.
— Ага, приходили, — с рыком отзывается зверь. — Ко мне.
Он быстро поднимается по ступенькам и толкает дверь квартиры — не заперто. Перед нами открывается совсем невесёлая картина. Гости перевернули всё в доме Ража. Теперь его квартира больше напоминает свалку, чем жилище: вещи выброшены из шкафов, валяются повсюду, а мебель сломана.
— Они ещё здесь? — спрашиваю шёпотом.
— Нет. Ушли.
Сплюнув на пол, Раж идёт в комнату, а я остаюсь стоять в прихожей. Не знаю, кто приходил, но это точно были не воры. По всем законам логики воры забрали бы многое из вещей, что сейчас валяются под ногами, и просто не стали бы ломать мебель. А тут погром конкретный.
Не разуваясь, прохожу в кухню. Под подошвами смачно хрустят осколки посуды, а стол, за которым мы прошлым утром пили кофе, превратился в дрова. Я в шоке.