Вторая единственная (СИ)
* * *После воодушевляющего собеседования с новым начальством иду в кабинет жены, а в коридоре меня чуть не сносит моя собственная мать. Понятия не имею, что она делает в МФЦ, но подозреваю, что не за субсидией пришла…
— Только не говори, что ты была у Дари, — сжимая пальцами плечи мамы Гулико, заглядываю ей в глаза.
— Ай, Луна, была! — выпалив зло, дёргается. — Не хватай меня! Не трогай! — психует конкретно. — Эта девчонка мне нахамила!
Думаю, лапа не на пустом месте эта сделала. Зная собственную мать, могу предположить, что она попыталась навязать Даре волчью свадьбу и получила отпор.
— Зачем ты вообще к ней пошла? — забираю у мамы Гулико чемодан и веду её к лестнице.
— Что ещё мне оставалось? Родной сын не хочет меня слушать, и я надеялась на благоразумие человечки. Но благоразумием там и не пахнет, — фыркает.
Этого мне только не хватало. Я прям чую, как по воздуху распространяется стойкий аромат катастрофы.
— Я просил тебя подождать меня дома, — рычу тихо.
— А я просила тебя сделать всё по уму! — мама резко останавливается. — Что с тобой случилось, сын? — щурясь, вглядывается мне в глаза. — Ты с этой человечкой словно с ума сошёл! Плюёшь на семью, на меня! Неужели тебе всё равно, что будет?!
— И что будет? — вздыхаю обречённо. — Дядя Манур расстроится, что не замахнул лишнюю рюмку? Или бабушка Зухра не переживёт, что в свои девяносто не отплясывала на нашей с Дарей свадьбе?
— Все! — мама Гулико таращит на меня глаза. — Все будут говорить гадости и обсуждать меня!
— Посылай их ко мне. Я разберусь, — беру волчицу под локоть. — Идём, я отвезу тебя в аэропорт.
— Не надо. Сама доберусь, — мама Гулико освобождает конечность. — Или я, или она — выбирай, — выдаёт зло.
Если тут кто-то и сошёл с ума, то это не я. Мамины выходки меня достали.
— Не говори глупостей. Через пару дней ты успокоишься, и мы ещё раз поговорим. По телефону.
— Эта девушка тебе не подходит, — уверенно заявляет мама. — Я теперь тоже против вашей свадьбы. И вообще против вашего брака. Твоей метки у человечки нет, а это брачное клеймо ничего не значит. Разводись.
— Ну-у… — дую щёки. — Я принял к сведению твоё мнение, но это ничего не меняет. Мы с Дарей уже муж и жена. Она моя истинная пара. Развода не будет.
— В таком случае забудь, что у тебя есть мать! — кричит на весь второй этаж.
Мама Гулико, гордо вздёрнув нос, идёт прочь. Наверняка она рассчитывает, что я побегу за ней. А я не побегу. На дешёвые женские спектакли я давно не ведусь: жизнь с Жанной закалила меня в этом плане. Мама успокоится и смирится, просто ей нужно время.
* * *После такой встряски меня саму потряхивает. Жизни она мне не даст… Да кто она такая, чтобы мне угрожать?! Дурдом!
— Привет, — в приоткрытую дверь заглядывает мой зверь.
М-м… Они всей волчьей семьёй решили штурмовать МФЦ? Ражу не стоило сюда приходить. Я сейчас страшно злая и плохо контролирую эмоции.
— Тебе лучше уйти, — делаю вид, что занята работой.
— Я маму в коридоре встретил, — несмотря на мой протест, Раждэн заходит в кабинет. — Она испортила тебе настроение?
— Настроение?! — взрываюсь. — Да она мне жизнь обещала испортить!
— Лап, успокойся, — идёт ко мне, как смелой воды хлебнувший. — Сегодня мама улетит домой, а через пару дней и не вспомнит о вашей ссоре. — Встаёт у меня за спиной, кладёт тяжёлые горячие руки мне на плечи, разминает их.
По телу ползёт приятная истома. Нескольких секунд массажа хватает, чтобы в голове мелькнула мысль забыть обо всём плохом и расслабиться. Но на этот раз раздражение куда сильнее парной связи с мужем.
— Мама Гулико, может, и не вспомнит… — скидываю его руки со своих плеч, — а я после разговора с ней под впечатлением. Что она сказала тебе?
— Какая разница? Глупости это всё…
— Нет, не глупости. Скажи, — требую. — Только правду, Раж.
— Ну, ёлки… — он хмурится. — Мама Гулико злится. Но её можно понять, — вздыхает. — Она волчица старой закалки и не признаёт брак без метки.
— Метка… — Встаю с кресла, обхожу стол. — До сегодняшнего дня о ней и речи не было, но стоило твоей маме приехать… — поджимаю губы.
— Забудь, — зверь подходит ко мне, сгребает в охапку. — Я вообще не за этим пришёл, лап.
Не знаю, что случилось, но прикосновения мужа больше не успокаивают. Я злюсь, и злость не проходит. Скорее наоборот. Я только больше завожусь.
— Лучше бы ты не приходил, — освободившись от объятий зверя, делаю шаг назад.
— Мне уйти? — Раждэн мрачнеет.
— Да, — иду на рабочее место. — Мне сейчас не до семейных разборок, — утыкаюсь взглядом в монитор.
Немного помолчав, Раж разворачивается и идёт к порогу. А я понимаю, что мама Гулико добилась своего — мы с волком уже ссоримся. Дальше будет только хуже.
Дверь хлопает, а я вздрагиваю. Под горлом комок, на глазах слёзы. Я не хотела ссориться с мужем, но свекровь так меня накрутила, что я не сдержалась. Нервы на пределе.
Стойкое ощущение, что у нас с Ражем никогда ничего не будет хорошо, не покидает меня. Вечно что-то случается. То одно, то другое. Теперь мама его нарисовалась. Знаю я таких дамочек, как она. Не отстанет. Больше того, я почти уверена, что мама Гулико никуда сегодня не улетит. Останется в городе и будет отравлять мне жизнь, как и обещала.
Глава 29
Ночевать в кресле за столом было плохой идеей: теперь у меня болит шея и гудит голова. Я чувствую себя разбитой. Ещё и совесть грызёт. Зря я вчера наехала на моего зверя, прогнала его. Всё его мама! Довела меня… до нервного срыва.
Проверяю телефон — ни звонка, ни сообщения от Ража. Обиделся конкретно. По внешнему виду не скажешь, но он очень ранимый оборотень. Надо теперь как-то разгребать всё это и мириться с мужем. Но сначала я приведу себя в порядок, а то похожа на взъерошенную сову.
Беру сумочку, плетусь в туалет на первый этаж. До начала рабочего дня ещё час, в холле тусуется только охрана. Парни всегда приходят раньше всех. Стараясь не привлекать внимание, я по стеночке ползу к туалету. Там включаю воду, достаю из сумки дежурную зубную щётку и… замираю с ней у рта. Вова на пороге санузла. Он как из воздуха возник, честное слово! У меня даже сердце кольнуло от страха.
— Напугал, блин… — выдыхаю. — Обязательно подкрадываться?
Вместо ответа Володя таранит меня плечом, заходит в туалет и закрывает дверь на щеколду.
— Я поговорить хочу, — взгляд у него недобрый. — Один на один.
Ранним утром утра в женском туалете? Не знаю, что случилось, но, видимо, что-то серьёзное. По крайней мере, вид друга не даёт и намёка на шутку. Такое ощущение, что Вова пришел, чтобы задушить меня. Не по себе от его пристального злого взгляда.
— Говори… — выдаю осипшим голосом, убирая зубную щётку в сумочку.
— Это ты говори, — Вова щурится. — Как так вышло, что твой волчара стал новым начальником охраны МФЦ?
— Раж?! — в шоке смотрю на Володю.
— Только не надо делать вид, что ты не в курсе! — он повышает голос.
— Но… я… э-э… — У меня нет аргументов.
— Бэ-э, мэ-э! — психует Вова. — Классно ты придумала, Золотова! Теперь я понял, почему Вульфовна отказала мне в должности!
Очень замечательно. Только я тут не при делах! То есть почти не при делах.
Да, я отправила с левого почтового ящика резюме Раждэна в отдел кадров, но я не знала, что его рассмотрели. И уж тем более не могла знать, что моего зверя взяли на работу. Откуда? Раж ничего не говорил. И вообще, я не уверена, что он со мной станет разговаривать после вчерашней ссоры.
— Вов, я тебя очень прошу, успокойся, — пытаюсь вразумить охранника. — Я не знала, что Раждэна взяли на работу.
— Не прикидывайся дурочкой, — хватает меня за плечи и, встряхнув, как куклу, заглядывает в глаза. — Я думал, мы с тобой друзья… Думал, ты мне помогаешь, а ты… — поджимает губы. — Не прощу… — цедит сквозь зубы и, оставив меня, вылетает в коридор.