Вторая единственная (СИ)
— А ты многое знаешь, человечка, — волчица ставит стакан на журнальный столик. — И про оборотней, и про личную жизнь моего сына.
Э-э… И добавить больше нечего. Надо как-то выкручиваться.
— У меня большой опыт работы на магических хозяев, — импровизирую. — А насчёт личной жизни вашего сына… Я ведь горничная, — пожимаю плечами. — Много чего вижу и слышу.
— Луна-Луна, никакого стыда у нынешней молодёжи! — Мама Гулико смотрит на меня с упрёком. — В наше время молодая девчонка ни за что бы не стала работать у холостого мужчины. Ты каждый день здесь прибираешь?
— Угу, каждый, — продолжаю врать во благо.
— А грязь такая, что, кажется, раз в месяц приходишь, — свекровь бросает увесистый упрёк. Делай уже свою работу. Тебе за болтовню платят или за уборку?
М-да, властная женщина, ничего не скажешь. Так и тянет поклониться «владычице». Теперь я понимаю, почему Раж вечно всё пытается решить за меня — этим он пошёл в маму.
Но раз уж я взялась изображать прислугу, буду делать это до его прихода.
Вытаскиваю ведро с водой в коридор, мочу тряпку и слушаю, что происходи в комнате. Свекровь говорит по телефону. Похоже, с кем-то из родни. Со слезой в голосе мама Гулико сообщает о горе в семье. «Лучше бы Луна забрала её к себе, чем сыночек расстался с любимой». Раж и Жанна были прекрасной парой. Да что там — прекрасной!.. Они идеально подходили друг другу.
Мою пол и злюсь. Хочется пойти и рассказать свекрови, что её любимая доченька выкинула раненого Раждэна в мусорный бак. Но я держусь.
— Три усерднее! — голос волчицы заставляет меня вздрогнуть.
Я задумалась и не заметила её. Волчица стоит надо мной и смотрит, как я ползаю на коленках. Швабры в доме не нашлось.
— Я тру… — шепчу и ползу попой назад.
— Там пятно, — мама Гулико показывает пальцем на едва заметное пятнышко на ламинате. — И вообще, кто моет пол от порога? А-ай, Луна всемогущая! К порогу моют!
Сказать, что я бешусь — ничего не сказать. Бешусь и молчу. А почему, собственно, я должна молчать?!
— Вас устраивало, как Жанна занималась домом? — встаю и с вызовом смотрю на свекровь.
— Что за вопрос? — волчица снова морщит нос. — Жанночка — картинка, её красивые ручки не созданы для уборки.
Жанночка — картинка, а я так себе, значит. Да, у меня нет модельной внешности, как у бывшей Раждэна, но я искренне старалась понравиться свекрови. Хотя бы как горничная.
Поворот ключа в замке — в квартиру заходит Раж. Отлично! Теперь можно и поговорить. Всем вместе.
Зверь смотрит на маму, потом на меня, на ведро и свежевымытый пол:
— Что тут происходит? — удивлённо гнёт бровь.
— Луна, всемогущая! Сыночек!
Мама Гулико встречает сына так, будто он из космоса вернулся. Раждэн сам в шоке от такого приёма.
— Мам, хватит! Всё! — отцепляет от себя волчицу. — Я тоже очень рад тебя видеть. Только я не ожидал, что ты приедешь сегодня.
— А я вот собралась и приехала. Сюрприз! — Улыбается сыну во все тридцать два, а потом поворачивается ко мне — Всё, хватит развозить грязь по полу. Ты свободна. Иди домой.
— В смысле — домой? — у Раждэна лицо вытягивается от удивления. — Дарина никуда не пойдёт. Она уже дома.
Теперь удивлена я. Впервые слышу, что мой дом здесь. Я что, с нетрезвой головы согласилась на переезд?
— Сынок, ты поселил у себя горничную? — Мама Гулико хватается за сердце. — Как так можно? Это же неприлично!
— Какая на хрен горничная?! Даря — моя жена!
Нервно улыбаясь, смотрю на свекровь. Она в полном ауте.
— Здравствуйте, — не придумываю ничего лучше, чем поздороваться снова. — Очень приятно.
Только непохоже, что это взаимно…
Глава 25
Трында полная! Мама принципиально не идёт на контакт ни со мной, ни с Дарей. Волчица затаила на нас смертельную обиду. Причин хватает — согласен, но надо что-то решать. Нельзя же всю жизнь молчать! Вот только мама встала в позу. И даже кофе, который сварила невестка, она демонстративно вылила в раковину.
— Я лучше пойду в комнату, — шепчет жена мне на ухо.
— Нет, — беру её за руку. — Останься. Я сейчас что-нибудь придумаю.
— Раж, ты только хуже сделаешь, — тихо говорит лапа. — Твоя мама не хочет разговаривать из-за меня.
Она чмокает меня в щёку и уходит. Лицо мамы Гулико надо видеть — на нём крайняя степень раздражения. И что с этим делать? Непонятно.
— Хочешь, я сварю тебе кофе? — дую щёки, смотря на волчицу.
— Обойдусь, — фыркнув, садиться за стол. — Я жду объяснений.
— А я ждал, что ты проявишь уважение к моей личной жизни. — Тоже сажусь за стол. — Ты приехала без предупреждения, смутила Дарю, а потом вообще отказалась с ней общаться.
— Я бы не приехала, если бы ты брал трубку. — Мама Гулико прямит спину. — Я неделю тебе звонила, — бросает с упрёком.
Вот чёрт… Мой телефон исчез вместе с Жанной, а номер, которым я пользуюсь сейчас, мама Гулико не знает. Конечно, она заволновалась.
— Мой косяк. Прости, — хмурюсь. — Просто доху…
— Не матерись! — Мама Гулико хлопает ладошкой по столу. — Я не так тебя воспитывала! — Поправив причёску, посылает мне строгий взгляд.
— Ты просто не знаешь, что случилось, — стыдливо отвожу взгляд.
— Так расскажи мне, сынок. — Волчица напирает грудью на столешницу.
— Жанна изменяла мне с Самвэллом, — выдаю первую порцию правды.
Судя по лицу мамы Гулико, ей сложно поверить в предательство Жанночки.
— Луна всемогущая! Что ты такое говоришь?! Твоя истинная пара — изменила тебе? Быть этого не может! — мотает головой.
— Может. Жанна спала с моим боссом, — стою на своём. — Задолбала её жизнь с одиночкой, стаи захотелось. Только Самвэлл не торопился принимать Жанну в семью. Стерва мечтала и раздвигала ноги, пока я не узнал обо всём.
Мама Гулико бледнеет, а я спешу налить воды в стакан. Мне жаль расстраивать маму, но другой правды у меня для неё нет. Жанночка-девочка совсем не бедная овечка.
— Как Жанна могла предать тебя? — шепчет волчица, а потом пьёт воду. — Луна-Луна… Я не верю!
— Я узнал про измену, взял Жанну и поехал к Самвэллу разбираться. Уделал его, как подростка, но подоспели волки из его стаи. Толпой они превратили меня в кусок мяса. Я почти сдох. И знаешь, что сделала моя пара?
Мама сглатывает тугой комок ужаса и смотрит на меня большими глазами:
— Что она сделала?
— Погрузила меня в машину и поехала разводиться. Но в МФЦ ей отказали, предложили прийти на развод вместе со мной. Тогда Жанна сама свела мою метку, а меня скинула в мусорный бак подыхать. Если бы не Дарина, я бы уже отдыхал у Луны. Даря меня спасла. Понимаешь?
— Нет, не понимаю… — Мама Гулико постукивает ладошкой по столу. — Как ты мог не позвать меня на свадьбу?! — взвинчивается моментально.
— Мы с Дарей поженились случайно… — Хмурюсь, вспоминая нелепую свадьбу в Пятом королевстве. — Но это не отменяет моих чувств к ней. Дарина — моя истинная, вторая единственная.
— О, Луна, сынок! У тебя жар? Или ты сошёл с ума? У волка может быть только одна истинная, — всплеснув руками, мама замирает.
— Я тоже так думал… Но Луна дала мне второй шанс, и я бесконечно благодарен ей за это.
Непохоже, что философская романтика тронула струны души мамы Гулико. Она сидит с отрешённым видом и кусает губы — думает. А когда моя мама думает о чём-то, можно смело тушить свет.
— Поверить не могу, — поднимает взгляд, смотрит на меня с упрёком, — вы вообще никого из родственников не пригласили.
— Мам, я же говорю — свадьба была спонтанной, мы сами не ожидали.
— Слышать ничего не хочу! Что скажет бабушка Зухра, когда узнает, что её любимый внук женился втихаря? А дядя Манур? Он тебе не простит, — качает головой. — Луна-Луна… Какой позор!
Ну, ёлки, это надолго… Сейчас мама Гулико припомнит всех наших многочисленных родственников. Вздохнув, иду к плите варить кофе под монотонный аккомпанемент с периодическими подъёмами на высокую ноту.