И 7 (СИ)

— Т-тридцать! Т-тридцать процентов на разовую сделку! И десять процентов постоянная скидка как моим лучшим покупателям!
С трудом удержавшись, чтобы не взглянуть на меня, Хорхе обдумал предложение и медленно кивнул:
— И разовый подарок.
— Какой?
— Пять пачек болеутоляющего.
— Три! Больше не могу!
— Четыре…
— Да не найдется у меня больше! Три полных блистера и еще десятка полтора таблеток в пакете.
— Все и отдашь — кивнул Хорхе и, ухватившись за воротник недомута, рывком поставил того на ноги — Пошли… и помни, Космач — тебе сегодня крупно повезло! Больше не делай таких ошибок!
— Я никогда! Но и вы меня поймите — из этого экза можно сделать доспехи! Кираса! Шлем! Наколенники! И смотреться будет круто!
Еще раз глянув на останки «СоцХэппи-73», я кивнул и правильно меня понявший Рэк убрал револьвер и взялся за мертвый экзоскелет.
Ладно… здесь мимо… идем дальше…
* * *
— Что это? — поинтересовался я, принюхавшись к поданному хозяином торговой лавки с сохранившейся вывеской «Сувенирный магазин Оушен-сити-17».
Тот, упитанный колобок-люд, розовощекий, чистенький, прилизанный и в домашних клетчатых тапочках, сделал глоток своего зелья, посмаковал и пояснил:
— Травяной сбор. Мой личный рецепт. Бодрит! Тут чего только нет из благословенных травок Мутатерра!
— Благословенных? — Хорхе удивленно моргнул и глянул на шумно принюхивающегося к своей чашке орка — В этих землях есть что-то благословенное?
— Конечно! — убежденно ответил колобок по имени Бубс Манаро — Это сейчас здесь ад. Но все ведь должно было быть иначе…
— Все должно было быть иначе — повторил я и сделал небольшой глоток — Вкусно… сладко…
— Дикий мед! — расплылся в улыбке колобок в клетчатых тапочках — Находят редко. Добывают еще реже. Пчелы Мутатерра убивают быстро… Еще там листики и веточки столь же редко встречающегося рододендрона, немного молодой хвои, сурверский чай зеленый и черный… я потратил на составление этого рецепта долгие годы. Чистит сосуды! Молодит кишечник! Кто не хочет почистить сосуды и омолодить кишки, верно?
— Каждый день только об этом думаю — буркнул я, делая еще глоток — Продаешь этот микс?
— Конечно. Сорок песо за пятьдесят граммов заварки — улыбнулся колобок Бубс.
Поперхнувшийся Хорхе едва не расплескал драгоценный отвар и возмущенно захрипел:
— Да за такие деньги я отряд вооружу и накормлю!
— Вооружишь дубинами и накормишь падалью? — ласково спросил колобок.
Рассмеявшись, я допил свою долю и поднялся. Шагнув к выходу, велел:
— Установи торговые отношения с этой лавкой, Хорхе. Найдешь нас в правом коридоре.
— Сделаю, коменданте.
— И сбей цену на травяной микс.
— Сбить цену не дам — улыбка колобка стала шире — Но зато могу дать отменную скидку на сурверские небьющиеся походные термосы. Объем два литра, плоские, легко умещаются во внешнем кармане нормальных рюкзаков — которые у меня есть в продаже.
— А кто тебе поставляет чай и термосы, Бобс? — спросил я уже от выхода — Только не юли…
— Хм… что-то внутри меня предостерегает от ложного ответа… Чай, термосы, рюкзаки и кое-что еще я покупаю у лагеря Сады Мутатерра. Чаще всего. Но иногда получается купить у счастливчика вскрывшего неплохой взрывной сундук и сумевшего вернуться с добычей. Тебя устроил мой ответ?
— Да — кивнул я и шагнул за решетчатую дверь лавки.
* * *
На верхний этаж мы поднялись по лестницам, проигнорировав лифтовую кабину, куда нас настойчиво направляла закутанная в воняющие дешевым одеколоном тряпки тщедушная крыса неопределенного пола и возрасты, с начесанной на половину лица челкой. Рэк порывался оторвать к херам эту волосяную штору, но потом отвлекся на изумленное созерцание устланных пусть старыми, но все же плотными и целыми коврами лестничные ступени, что слегка пружинили под нашими ботинками. А поднявшись еще на один пролет, мы обнаружили на подоконниках и ступеньках кадки с цветущими растениями.
— Грязный гоблин всегда мечтает почувствовать себя живущим в цветочном раю эльфом, да? — изрекший это Хорхе глянул на меня, ожидая реакции.
 
— Ага — усмехнулся я — И не только. Вспомни джунгли. Мы все родом оттуда. И в далекие времена, когда из оружия у гоблинов были только сучковатые палки и засохшее дерьмо, их тощие жопы спасали от врагов густые джунгли с их тяжелым запахом цветов и вонью гнили. Века прошли! Некогда спасительные джунгли вырубили под корень… Все живут в бетонных коробках, но тяга к некогда спасительным растениям осталась. Спрячь жопу за фикус, гоблин! Спрячь! Уставь цветами подоконник и боязливо смотри на мир из-за них… и не забудь полить сучий кактус…
Мы тихо рассмеялись, пересекая площадку с закрытыми дверьми, украшенными картинами с видами солнечных океанов.
— А еще пещеры! Это прямо рай для гоблинов! — заметил Хорхе.
— И пещеры — кивнул я, оглядывая надежно защищенную стенами и решетками на окнах лестничную клетку — Да… гоблины любят пещеры. Но чем сильнее любишь пещеры… тем сильнее ты долбанный гном. Гоблин тварь бродячая и почти кочевая.
— Вам сюда — прошептала фигура с косым начесом на харю, обеими руками указывая на приветственно открытые и двери и опять умудрившись остаться бесполым существом.
Миновав субтильное существо, мы оказались в просторном холле с широкими и что удивительно уцелевшими деревянными дверьми. Понятно, что искусная имитация под цельное дерево, но они были целыми, полированными и натертыми до блеска. Поблескивали даже металлические дверные ручки. Синяя длинная ковровая дорожка тянулась по идущему к самым широким и тоже распахнутым дверям коридору.
Да… это здание было без сомнения главным административным центром. Скромное снаружи, обычная коробка, но с определенной роскошью внутри, коя должна была показать любому из явившихся на прием гоблину насколько все здесь серьезно и богато. А просторные офисы, что прячутся за деревянными полированными дверьми, должны окончательно в этом убедить…
Миновав половину коридора, я наконец увидел еще одну лестницу справа и свернул туда, сцапав Хорхе за плечо и потащив за собой.
— Вам не туда! — изумленно пискнуло существо с начесом, запнувшись о ковер и едва не упав — Не туда!
— Сладкий крепкий кофе, хорошую сигару и дельного собеседника — буркнул я, поднимаясь навстречу приоткрытой двери, охраняемой двумя насторожившимися гоблинами.
— А сюда нельзя — удивленно кашлянул молодой охранник люд.
— Ага — кивнул я, проходя мимо.
Молодой дернулся было ко мне, но его перехватил второй постарше и коротко кивнул мне:
— Оттуда отличный вид на Мутатерр, мистер.
— Везде найдется свой Обсервер — усмехнулся я в ответ и, успев заметить несколько характерных шрамов на его шее и лице, добавил — Когда надоест охранять двери и захочешь повоевать — найди меня.
— Благодарю — коротко ответил тот и в его голосе я услышал отчетливое сожаление.
Сразу ясно, что он бы и хотел, вот прямо хотел бы, но уже есть своя пещерка, родная баба под боком, немного накопившегося барахла и робкие планы на будущее. Кончено. Этот уже спекся и постарается и дальше служить дверным охранником, старательно скрывая грызущую его изнутри тоску.
Крыша встретила всем те же искусственным солнечным светом и действительно неплохим обзором на ближайшие окрестности. Хотя я предпочту взглянуть на Мутатерр с места повыше, а не с верхушки этой дешевой позолоченной трибуны. А это трибуна. Видно по вон тому выдающемуся за край крепкому настилу с ограждением и прикрытыми пластиком удобными креслами. Мутов и недомутов надо регулярно воодушевлять горячими спичами и щедрыми подарками. Иначе им надоест постоянно рисковать жопами в погоне за взрывными сундуками, и они задумаются о том стоит ли оно того или проще посвятить себя работе на огородах.
Трибуна меня не заинтересовала. Сориентировавшись, я подхватил одно из металлических креслиц, другой лапой поднял круглый столик из канувшей в лету кафешки и оттащил их на край крыши. Схватив за жирную шею занявшего козырное место упырка, оттолкнул его в сторону, поставил стул, глянул по сторонам… примолкшие ушлепки поспешно рассосались, создав желаемую мной зону вакуума, что продожала расширяться. Усевшись, глянул вниз и удовлетворенно кивнул — наш барак и внутренний двор прямо подо мной.