И 7 (СИ)
— Я потеряла нить… о каком гоблине речь?
— Эдита! — выплюнул я — Вот тот страшный гоблин…
— Системная ведьма?
— Это мы ее так назвали — хмыкнул я — А кто она на самом деле? Я отвечу — захватчица, что воспользовалась определенными рычагами для захвата власти и подминания всего Формоза под себя. И у нее получилось. Самое страшное для всех разумных машин — эта девка подмяла под себя здешнюю Управляющую. А затем, невзирая на тщательно выстроенный природный баланс, принялась тут все с яростью курочить и перетасовывать. Закончив с ландшафтом, она взялась за гоблинов. Вы видели здесь хоть одного счастливого гоблина?
— Не-а… нигде…
— Нигде — подтвердил я — А во Франциске II их полно. Те же добросы. Они сука счастливы! Живут на зеленых берегах прозрачных речушек, возделывают поля со вкуснейшими овощами, пасут овец и коров. Вечерами засиживаются в трактире за кружечкой пивка. Покуривают трубки, сидя на удобных скамьях и любуясь закатами. Они реально счастливы. Они получили обещанное, хотя и не помнят об этом. А в Формозе? Где-нибудь заметили счастливо лыбящихся гоблинов?
— Я видел! — привстал Рэк — Много!
— Наркоты, алкаши и психопаты не в счет — предупредил я.
Рэк сел обратно и развел руками:
— Тогда нет.
— Мы пока видели лишь край этого мира — напомнила наемница.
— А дальше легионы зомбаков — проворчал я — И армии прочих монстров. Тронутой Эдите посрать на баланс и на изначальную задумку. Она превратила убежище в личный гига-бункер и засела в его центре. Меня ждет… или другую какую угрозу. И ждет уже долго… А мир гниет! Гоблины умирают сотнями и тысячами. Внешние стены в дырах, наружу вырываются спятившие огромные океанические монстры, что атакуют острова и берега…
— Мы это и так знали…
— Да. Но вопрос в другом — как долго об этом знала хитрая Камальдула и как долго об этом знали другие Управляющие? Они ведь не тупы и не безглазы. Они общаются между собой, делают предположения. Могла ли здешняя Управляющая, перед тем как ей перерезали голосовые связки, успеть отправить крик о помощи с пояснением ситуации — так мол и так…
— Машины недоговаривают. Или предпочитают молчать.
— Как долго Управляющие наблюдали за тем, как рушится Формоз? Для них год что день для нас, а век — как год. На их глазах Формоз сгнивал заживо и во всем виновата дочь Первого — гребаная Эдита. Но Управляющие умеют ждать. И они терпеливо ждали до последней точки невозврата…
— Это какой?
— Скорей всего Формозу конец. Во всяком случае по их оценкам. Эта зверушка сдохла, раздулась и вот-вот лопнет, забрызгав ошметками все вокруг. И главный вопрос — а куда полетит потенциально бессмертная системная сука Эдита? Как по мне сделать вывод легко…
— Забьется в щель! — рявкнул орк — Привыкла уже!
— Именно! — согласилась наемница — Она пойдет по привычному пути. Отправится искать себе новое надежное убежище.
— И какое убежище ближе всего?
— Ну… берег не так далеко. Есть пара островов — начала перечислять Ссака — Сам материк тоже немаленький и…
— Франциск, дура! — прорычал Рэк — Франциск! Вот куда ломанется дочка Первого, если эта пещера схлопнется!
— Да кто ее туда пустит! — зарычала в ответ Ссака — Камальдула ей пасть порвет!
— Она дочь Первого — произнес я, глядя в потолок — Она одна из успешных творцов этих миров и одна из высших руководителей Атолла. У нее обязаны быть определенные права, что намертво прописаны в подкорке каждой Управляющей. Здесь ей помог Папа Квант… но кто сказал, что у нее нет и других черных ходов? На месте Камальдулы я бы уже напряг в тревоге стальные булки… Вдруг эта зомбо-глиста перепрыгнет с дохлой псины на живую?
— Думаешь многоходовка настолько масштабна?
— Да… но она не упирается лишь в Эдиту. Если их цель личная безопасность, то убирать из игры надо каждую угрозу — большую и малую — включая самого Первого. И в нас они нашли неплохих исполнителей своей воли.
— Хм…
— Мы радостно мним себя крутыми и независимыми — проворчал я — Но при этом мы всегда часть чьей-то игры. Нами всегда кто-то манипулирует. Нас всегда кто-то дезинформирует. Нашими эмоциями всегда кто-то управляет. Незримый контроль был и будет. Манипуляция никогда не кончится. И если хотим выжить — всегда надо быть параноидальными шизофрениками…
— На то мы и гоблины, командир!
— И если я прав… если это глобальная многоходовка и чужая война на упреждение… то насколько глубоко и далеко планируют Управляющие? Какой я по счету пробужденный козырь и что стало с другими? Это связано как-то с номерами на груди? Первая двадцатка? Тридцатка? А Синеглазый? Какого хера этот упырок вдруг вылез из Жопы Мира и рванул на свободу? Он действует по своей воле? Или он тоже одна из козырных карт Камальдулы? С-сука… голова пухнет…
— Монкар… — задумчиво пробурчал Рэк — Сраный Каратель… его надо брать живым, командир. Он может знать многое.
— Да — ответил я — Этого хренососа по любому надо брать живым. И не только ради информации… То, что он сотворил с Мутатерром… он ответит за это.
— Задело за душу?
Я оскалился в беззвучной усмешке и ударил кулаком по едва слышно загудевшей стене:
— Я пригнал сюда эти все эти плавучие острова. Я заморозил их население. И вот они пробудились… чтобы стать мутами или недомутами… чтобы сдохнуть в агонии, попутно пытаясь понять смысл происходящего… а смысла-то сука и нет! Просто незаконченный заброшенный проект в текущем режиме «Пока Забить Нахер!». Он ответит… — пообещал я сам себе, медленно разжимая кулак и опуская ладонь обратно на рукоять револьвера — Он ответит за все… И ответит скоро…
— Мы уже рядом, лид — зло ощерилась наемница — Если те огни исходят от Эдиториума… то мы совсем рядом. Еще чуток… и мы дотянемся. Мы сомкнем пальцы на потных яйцах мелкого божка…
Конец седьмой книги.