И 7 (СИ)
И раньше у них было огромное количество лучших певучих инструментов для современного камлания и взывания к богу цифры…
Встроенные в пальцы сенсоры, умные глазные линзы, нейрочипы, подкожные татуировки с накопителями данных, вживленные микрофоны и динамики, выжженные в коже штрихкоды и QR-коды, что первым делом попадали под уличные сканеры и автоматически давали им проплаченный доступ в глобальную сеть вирта и в… куда-то и куда-то еще, но… они не помнили куда. А вернувшиеся обрывки памяти… это было достигнуто общими усилиями, плюс пару раз им удалось выменять пару раздобытых ценных предметов на наркотики и это позволило вернуть немного смутных воспоминаний.
Следующее что их сблизило уже максимально — они оба стали недомутами. Им не удалось получить все отсрочки и капсулы в их телах открылись. Что ж… она отделалась меньшей ценой, он большей. Но не проблема — главное, что они могли видеть, слышать и сохранили тонкую моторику. А больше — помимо мозгов — и не требовалось для управления теми примитивными девайсами, что имелись в Мутатерре.
Да. Они уже знали. И даже видели мельком.
Допотопные древние устройства ввода вроде клавиатур, мышей, сенсорных экранов и голосовых команд. Гребанный примитив… но он все же был путем в любимый ими мир.
С трудом выживая, встречая каждый день как новое испытание, они порой осознанно голодали по неделе и больше, превращаясь в дрожащие скелеты, обтянутые шелушащейся кожей. Они брались за любую мирную работу. С караванами они кочевали от лагеря к лагерю, порой наведываясь в Форт. И наконец они заполучили два старых едва работающих планшета… Вскоре голодать они стали еще больше, предпочитая сидеть над девайсами и кормить не желудок, а мозг.
Но это не помешало им сохранить мыслящий разум. Они продолжали относиться ко всему с изрядной долей критичностью и развеличивания. Никаких божеств, никаких высших существ. Есть лишь некая извращенная система, некий социально-физический механизм, что перемалывает их души и тела в компост. И если они хотят вырваться из этого механизма, то полагаться надо не на грубую силу, а на поиск какой-нибудь лазейки.
Кое-как наладив бытовую жизнь, изредка выполняя задания системы, они продолжали исследовать окружающий их крохотный мир — к тому времени они окончательно осели под навесом во внутреннем дворе Форта Славы. Потихоньку им удалось сделать себе имя знающих спецов по программам. Они устанавливали программы, заливали веселые и пошлые картинки, обменивались видеороликами о опасностях и локациях Мутатерра, они писали длиннющие описания внешнего вида и повадок здешних тварей. Все это они отдавали почти бесплатно, но и этих жалких песо хватило, чтобы им больше не приходилось голодать и несколько раз в неделю покупать болеутоляющие. Они остались изгоями, но их это полностью устраивало. Продолжая изучать, предполагать, развеличивать, отметать и искать, искать, искать и снова упорно искать, они наконец-то сумели кое-чего добиться и поняли, что собственных сил на воплощение всего необходимого у них нет и не будет. Нужны возможности. Нужны деньги. Нужно желание. Нужна сила. Раз известны условия — ясна и задача. Надо кому-то продаться… крутых группировок в Форте хватает и они начали потихоньку перебирать все варианты, но тут появилась новая сила… Крохотная группа чужаков, что прикатила на пропыленной боевой технике и за несколько дней встряхнула весь Мутатерр, заставив заговорить о себе… заставив с собой считаться… Но эта сила была новой и неизвестной величиной — а стало быть опасной. Они уже как-то раз попали на удочку к людоедам, что заманили их за пределы Форта к якобы найденному им вмурованному в стену подвала терминалу… Если бы не нападение тварей — быть бы им трупами. А так повезло… выжили…
Так что они продолжали присматриваться и приглядывать к новичкам. Но их опередили.
Хорхе.
Улыбающийся, пыхающий сигарой и пахнущий мясным рагу, он сам пришел к ним. Притащил не бутылку самогона, а термос с крепким кофе и пакет не просроченных галет. Оказалось, что он уже слышал о них. Что он уже впечатлен их достижениями. Что он сочувствует их перенесенному стрессу после гонок на выживание по страшному подвальному лабиринту, где за ними гнались воющие людоеды и кропосы.
Откуда он все это знал?
Изгои всегда гордились тем, что они знали о других больше, чем те о них. Они всячески пестовали и холили свою неприметность. Просто чуток подкованные в электронике недомуты… что здесь такого?
В тот день Хорхе пригласил их к себе в барак. Не просто так — просил посмотреть кое-какую вроде рабочую, но при этом не желающую нормально функционировать электронику. Взамен обещал честно заплатить. И не едой или шмотками, а звонкими песо — причем задаток был готов выплатить прямо сейчас. Но дело срочное — электроника нужна уже сейчас, а их командир Оди не из терпеливых…
Изгои переглянулись, чуть помедлили и… согласились.
Еще через четыре дня они перебрались в наш барак и заняли двухэтажную кровать в технарском углу. А еще через день в вечерней долгой беседе за заваленным ломаной электроникой, оружейными частями, патронами и мотками проводов столом, рассказали господину Хорхе о своих главных задумках, о своих бережно пестуемых проектах. И… обомлели от шока, когда он тут же согласился с их планами и предложил приступить немедленно, для начала пообещав все необходимые финансовые и технические ресурсы…
Так все и продолжилось. Ну были еще мелочи, но они к проектам отношения не имеют.
Какие мелочи?
Да цеплялась к ним уже давненько прикормленная фортовским борделем тройка злобных ублюдков. Кто-то положил похотливый глаз на Клемму и выразил желание видеть ее среди девочек того притона. Первый раз они все озвучили скорее, как шутку — те ублюдки. Во второй раз они пришли пьяные и неплохо так пощупали Клемму, заодно едва не вывернув ему руку из плеча, когда он бросился ее защищать.
А третий раз?
А третьего раза не было — второй случай произошел через несколько дней после их знакомства с Хорхе. Нет, они не жаловались и даже не упомянули ему о проблеме. Но упоминать и не пришлось — когда среди ночи те трое упырков явились, то успели лишь резко отдернуть закрывающую пространство под навесом пластиковую штору. Отдернули… качнулись вперед их тени, их главный начал че-то глумливо хрипеть, но тут из темноты вытянулись длинные лапы, что сомкнулись на глотках трех ублюдков и утянули их туда — во тьму двора за вязанками хвороста. Потом долго слышались тяжелые удары, чавканье, хруст, вскрикивания… а затем из темноты высунулась окровавленная рука, что вежливо задвинула штору обратно. Послышались тяжелый след, шум волочения и… на этом все и кончилось. На следующее утро господин Хорхе пришел с визитом вежливости, принеся кофе, сытный завтрак и пару устройств для перепрошивки. Он ни слова не сказал о событиях минувшей ночи, но к следующему утру они сами попросились в общий барак. Как-то так…
Дослушав — к этому моменту грудные мышцы разрывало от боли — я прервался на то, чтобы в свободной кружке смешать себе коктейль из изотоников, витаминов и энергетиков. Хлебнув кислющего раствора, я кивнул и перешел к делу:
— Подробней о нейрохране. Что надо для соединения планшета с нейрочипом?
— Коннектор — тут же ответила Клемма — Но если пытаться самим создать с нуля… это гемморно и не даст никаких гарантий. Мы кустари…
— Тогда как?
Подавшись вперед еще сильнее, тяжело вздохнув, Степа хрипло произнес:
— Нужные нам девайсы можно и в Мутатерре раздобыть. Влегкую. Ну… вернее не влегкую, конечно, дело опасное… ох…
Видя, что он в буквальном смысле задыхается, я лениво поинтересовался:
— Ты со своим горбом привык вот так на скамье сидеть?
— Если честно — нет… давит он. Я больше полулежа…
— А почему молчал, когда я вам на скамью кивнул?
— Ну…
— Ясно — усмехнулся я — Устраивайся так, чтобы твоему изуродованному хребту и передавленным легким было удобно.
— Спасибо!
— Что насчет девайсов? Где их можно отыскать?