Секс-символ (СИ)
— Алло, комиссар? Срочно высылайте подкрепление!
— Зачем?
— Затем что я поймала маньяка. Я у него дома, и он вот-вот меня грохнет! — крикнула Фэр с бравадой.
— Не шути так, девочка!
— Я не шучу. Я поймала маньяка! Записывайте адрес.
После разговора с комиссаром Фернанда снова обошла квартиру — на барной стойке лежала связка ключей. Джерри не сбежал? Наверное, он на крыше.
Шмяк! Дамас спрыгнул с кресла, едва не сбив девушку с ног. Чёрное стекло пола отразило недобрый блеск его глаз.
— Твой хозяин — убийца! Он убил восемнадцать человек и заплатит за это, учти! — объявила Фэр коту.
«Мой хозяин — дурак, — подытожил Дамас, нервно дёргая ушком. — Он связался с тобой и заплатит за это».
Фернанда влезла на третий этаж, сквозь потолок увидела Джерри. Сидя на крыше, он прятал лицо в коленях, будто нашкодивший мальчик, спасающийся от гнева родителей в безопасном месте. Вынув пистолет, Фэр поднялась наверх. Если он попробует её убить, она его застрелит. Или спихнёт вниз.
Джерри так и обнимался с коленями. Фернанда подкралась на цыпочках, раз — и приставила пистолет к его затылку:
— Сейчас полиция приедет. Зря ты не кинул фен в джакузи. Поглядим, как ты запоешь, когда вернёшься в тюрьму. Она явно по тебе соскучилась!
Ноль эмоций. Даже не обернулся. Спрятав ладони в рукава, Джерри закрыл глаза и сидел молча, пока не запищал его смартфон.
— Хэллоу. Мэри, я не приеду, — он говорил твёрдо, но грустно. — Не надо орать. Не приеду и всё. Отмени интервью. Скажи, что возникли дела. Я потом всё объясню.
— Напрасно ты не сказал, что тебе светит пожизненное, — куснула Фернанда. — Но не волнуйся, интервью я сама дам, когда сформирую дело. Наши любимые СМИ обрадуются, узнав что ты — серийный маньяк-убийца, — она не отводила пистолет, так его и держа на прицеле, а Джерри смотрел в горизонт, любуясь кварталом с высоты птичьего полёта.
Когда Фэр увидела внизу полицейские машины, по телу её побежали мурашки. Вот и всё. Она изловила маньяка, потеряв любовь и надежду на счастье. Никогда больше она мужчине не доверится.
— Я сделал очень страшную вещь, Фернанда Ривас, — промолвил Джерри, тоже узрев копов. — Позволил тебе влезть себе под кожу. Заполнить собой ту часть моей души, которая пустовала всегда. Я никого и никогда не любил. Всё, что они получали от меня, — моё тело. Некоторые даже считали это любовью, — он нервно расхохотался. — Я знал, что этим всё кончится. Я всегда боялся, что ты уйдёшь. Но ты превзошла мои ожидания. Браво!
Джерри не дал надеть на себя наручники, гордо заявив, что пойдёт добровольно. На глазах у опупевшего сеньора Феликса он сел в полицейское авто, как в королевский лимузин. Да, без лицемерия он не обходится!
— А что случилось, сеньорита? — консьерж ткнул Фернанду пальцем в плечо.
Она неотрывно следила, как отъезжают три машины с мигалками. Когда они свернули с улицы Айме Пайне, Фэр ощутила пустоту и заторможенную, какую-то ошалевшую боль.
— Поймали маньяка, — ответила она.
— Что? Мистер Джерри? Да вы издеваетесь! — сеньор Феликс расхохотался, лающе, по-звериному. — Отродясь не поверю!
— Придётся поверить. Но я давно это знаю. Вот и замутила с ним роман — хотела подобраться ближе, — сочинила Фернанда.
Ей было стыдно. Нет, не признается она, что втюрилась в маньяка! Всем расскажет легенду, будто закрутила с Джерри, потому что хотела его разоблачить — это лучшая версия.
В комиссариате Фэр связалась с экспертами-криминалистами, требуя от них дактилоскопию, чтобы сверить отпечатки из дела Маркоса Феррера с отпечатками Джерри. Результаты обещали через два дня, что Фернанду взбесило — она хотела убедиться в своей правоте немедленно. Однако комиссар, выслушав её аргументы, обозвал их надуманными: Джерри-Маркос сидел в колонии за убийство, менял имя, ненавидел свою семью, а две жертвы маньяка — его брат и сестра; и Фэр была уверена — кастрация Амадо в 2004 году — его рук дело; а ещё находка из тайного ящика — записи химических формул. Наверняка там есть и яд-убийца. Надо затребовать у судьи ордер на обыск квартиры Джерри. Но комиссар упёрся как баран, заявив, что подобных псевдо-улик можно найти вагон.
— С такими уликами, девочка, можно свалить убийства и на меня! — распёк он Фернанду. — Чтобы назвать кого-то маньяком, нужны веские доводы. И чистосердечное не помешало бы. Но у тебя одни гипотезы! Ты забываешь о презумпции невиновности. А дело это имеет огромный общественный резонанс. Ты на секунду представь что будет, если мы назовём маньяком невиновного человека, да ещё знаменитость! СМИ нас четвертуют!
— Это он маньяк! Он! Я абсолютно убеждена! — надрывалась Фэр. — Прошу вас, комиссар, не вставляйте мне гвозди в колёса!
Комиссар потребовал провести обыски, допросы, собрать доказательства, перепроверить алиби, но СМИ пока даже не заикаться. Фернанда знала — он прав, и это её бесило. Но оставить Джерри под арестом ей удалось — до распоряжения судьи. А обиду хотелось выплеснуть, и Фэр, позвонив Амадо, счастливо ему доложила: она нашла Фантома-убийцу. Это Маркос Феррер, его братец.
— Теперь он мне заплатит! — от новости Амадо пришёл в эйфорию. — Этот урод способен на всё! Его место в тюрьме, подальше от нормальных людей. А я скоро приеду в комиссариат, хочу полюбоваться на эту рожу за решёткой. Как он, тебе, Фернанда, очень уродливый? — злобствовал Амадо. Фэр была шокирована — больная ненависть искажала его голос.
— Приходи и сам увидишь, — она бросила трубку.
Вечером Фернанда на работе задержалась — Амадо явился в комиссариат, и она не смогла пропустить встречу двух заклятых братьев. Фэр укрылась в тёмной комнате, наблюдая за Амадо сквозь зеркало-шпион [1].
Комната свиданий, куда его проводили, — длинное помещение с бетонными стенами. По центру его расположились стол и два стула. На один из них ликующий Амадо и сел. Интересно, он в обморок не рухнет, увидев Джерри?
Наконец засов железной двери щёлкнул. Капрал Гонсалес привёл Джерри в комнату свиданий. Тот явно был зол, что на него (по распоряжению Фэр) надели наручники. Усадив арестанта напротив Амадо, капрал наручники не снял и отошёл угол. Негодование Джерри Фернанда приметила — он явно не хотел выглядеть беспомощным. А Амадо аж побагровел, ожидая встречи с братцем-уродом, но увидел красавца, что с юным Маркосом ни капли схожести не имел.
— ТЫ??? — стул под Амадо гневно скрипнул ножками — так на нём подпрыгнули.
— А тебе чего надо от меня? — спросил Джерри с вызовом. — Чего пришёл, безногий?
— Заткнись! — рявкнул Амадо. — Капрал, что за дела? Я пришёл к другому человеку, к Маркосу Ферреру, моему брату. А этого вы зачем привели?
— Это и ешть Маркош Феррер. Правда, режультаты дактилошкопии будут череж денька два, — объяснил капрал Гонсалес. — Но шеньор вроде и шам подтвердил, что он Маркош Феррер.
Амадо уставился на Джерри впритык. Тот ухмылялся, лелея коварных чертей в глазах.
— Но как… как это возможно? — недоумевал Амадо. — Ты же всем известный урод!
— А ты мечтал, чтобы я всю жизнь ходил в змеиной шкуре, не так ли? — Джерри встряхнул головой, давая врагу на себя полюбоваться. — Но твои ожидания тщетны, мой дорогой братик. Ты намеренно пытался избавиться от меня. Боялся, что я заговорю, всем открою глаза на твою настоящую физиономию. Провалы в памяти у него, как же! Я-то знаю, откуда ноги растут.
— Это всё брехня! Тебе никто не поверит. Ты — патологический лжец и преступник с детства! — крикнул Амадо, в запале давясь слюной.
— Кто из нас лжец и преступник, можно поспорить. И я не уверен, что этот спор ты выиграешь. Но недавно ты меня поразил. Я не знал, что ты педик, — Джерри явно нравилось унижать Амадо; триумф садиста отражался на его лице. — Но что тебе остаётся, бедняжке импотенту? За двенадцать лет ты ещё не усвоил, что лезть к чужим женщинам чревато? — Джерри цедил слова жёстко, с полуулыбкой на губах.
— Чтоб ты сдох! — надрывался Амадо. — Значит, рожу ты подлечил, но ублюдком как был, так и остался. Кокнуть столько народу не каждый способен!