Секс-символ (СИ)
Распрощавшись с сеньорой Эрикой, уже издали Фернанда услышала звуки куриного боя и пожалела, что не пошла с ночёвкой к Джерри — соскучилась по своей комнатке.
Вирхинию выписали быстро — роды её прошли легче, чем у кошки. Но ребёнок находился под контролем медиков. Когда Фэр зашла в гостиную, Маргарита и тётя Фели хором обзывали Вирхинию кукушкой — та категорически не желала забирать младенца домой.
— Вы меня не убедите! — драла она уши. — Не нужен мне этот ребёнок! Это же позорчик! Я не могу его сфоткать, чтобы показать хочушечкам и беременюшечкам на форуме и выложить в инстаграмчик. И не могу пойти с ним к соседям! А я завидовала донье Раймунде, когда она везде таскала Сандрито, чтобы с ним все нянчились. Я мечтала, что буду делать так же. А теперь чего? Кто захочет нянчиться с безносым?
— Фернандита, наконец-то ты пришла! — кинулась к Фэр тётя. — А то совсем ты нас забросила! Представь себе, Вирхинита не хочет забирать Эдди! Подумаешь, у него нет носа! Мы ему накопим денег на ринопластику. Не бросать же его теперь! А я скоро должна получить проценты с акций моего покойного муженька. Хорошо, что я не продала их, когда мы залезли в долги.
— Не нужен мне Волдеморт в доме! — тявкала Вирхиния. Вид у неё был пришибленный, а Фэр позлорадствовала — бравада кузины мигом испарилась. Даже уменьшительно-ласкательных слов в её лексиконе поубавилось.
— Вообще это мой дом, — объявила Фернанда жёстко. — Этой женщине и её отпрыскам тут не рады. Поэтому я настоятельно советую Вирхините искать себе другое жильё. А безносого сдайте в приют. Вот ещё, деньги на него тратить! — Фэр порхнула к лестнице.
Вирхиния шипела, как пьяная гадюка, а укоряющие охи-вздохи тёти действовали Фернанде на нервы. Но тут Маргарита встала на её пути:
— Что значит, это твой дом? Он и мой тоже. И Агустины. Ты и нас выгонишь?
— Если будешь меня бесить, то выгоню, — ядовито процедила Фэр. — Можно я пойду к себе, Марго? У меня голова кругом! Сегодня в комиссариате был кавардак. Беднягу Берни уволили, потому что у него ВИЧ. Все на ушах стояли. А мне ещё с Амадо пришлось разбираться. Я намерена отпустить его под залог, когда судья разрешит. Глядишь, он снова Вирхинию пришибёт, — поиздевалась она. — Короче, я жутко устала и пойду к се…
— Что-что ты сказала? — Вирхиния схватила кузину за локоть. Фэр едва не навернулась.
— Я сказала, что отпущу Амадо под залог.
— Да не это, а про Берни.
— Ах, Берни! — закатила Фернанда глаза. — Говорю же, его уволили, потому что у него ВИЧ.
— Как ВИЧ? Этого быть не может! — Вирхиния попятилась и чуть не упала, споткнувшись о коврик. — Но… но… я не хочушечки… этого не может быть… — слёзно распричиталась она.
— Не понимаю твоей реакции, — искренне удивилась Фэр. — С Берни вы даже не дружили, он…
— Да я убью его, гада! — Вирхиния ногами затопала, будто мяла виноград. — Если он заразил меня, я с него скальп сниму!
Все рты открыли. Даже Барби замерла, перестав ловить зубами свой накрученный на коклюшку хвост.
— То есть заразил? — спросила Маргарита в полной тишине.
— Чего уставились? У меня что лицо в крапинку?! Ну да, я с ним спала! Я женщина, он мужчина, мне нужна была лялечка. Дел-то на десять минуточек! — выпалила Вирхиния, давясь слезами. — Когда Джерри Анселми меня отверг, мамусик, ты ж сама посоветовала мне, — она зыркнула на тётю, которая покрылась багровыми пятнами. — Ты же говорила, что не все растят родных детишечек. Ну я и решила залететь от другого, а всем сказать, что от Джерри, — Вирхиния всхлипнула, утирая нос рукавом синего махрового халата. — Я же не думала, что он бесплодное чучело! А с виду такой красавчик! Ну вот, сначала я уломала на секс Амадо. Он говорил, что романтик, поэтому я мечтала о кровати в розовых лепесточках, а он притащил меня в магазин и затолкал в примерочную кабинку. Но ничегошечки не получилось. Нас застукали продавцы и выгнали из магазина. Я так хотела его пришибушечки, скотину! Лучше б в мотель пошли! А когда Фэр стала встречаться с Берни и с Джерри одновременно, я решила ей отомстить. Однажды я заглянула в комиссариат и соблазнила Берни своими прелестями. Кстати, он был не против. Она, — Вирхиния ткнула в Фернанду пальцем, — держала его на голодном пайке, идиоточка! Но я не знала, что он… что он… Вот гад!
— Выходит, ребёнок от Берни? — напрямую спросила Фэр.
— Я не знаю, — Вирхиния утирала слёзы рукой. — Может и от Берни. А может от презервативчика. Один чувачок после секса забыл в моём кабинете свой презервативчик. А в интернете все мамочки и хочушечки давно знают, как действовать в этих случаях. Быстрей хватай и залетай, пока будущий папочка не очухался и презервативчик не утилизировал. Но я же не знала, что этот чёртов звездун Джерри Анселми станет делать ДНК. Да ещё тайком от меня! Ирод несчастный! Это ты его заставила! Да, кузиночка? Это твои происки, я уверена! Если бы не ты, он бы на мне женился и дал мне денежек, чтоб пришить носик моей лялечке! Чтобы я гордилась тем, что я уже мамочка! А теперь стыда не оберёшься!
— Я всегда знала, что у тебя мозгов нет, — клюнула её Фэр. — Но одно дело безобидная дурочка, а другое — ты! Дрянь ты редкостная! Ты ломаешь людям жизни! Довела Амадо до сумасшествия; чуть не убила Агустину; хотела навесить ребёнка на моего Джерри, — Фернанда подчеркнула слово «моего». — И родила неизвестно от кого. Я рада, что твоё пузо преподнесло сюрприз! — Фэр, довольная собой, отпихнула Маргариту и ушла наверх.
Вирхиния блеяла на весь континент, тётя угрожала обмороком, а Маргарита рванула в кухню — отпаивать мать и дочь водой. Но Фернанда была счастлива. Завалилась спать она с лёгким сердцем, сочтя: Вирхиния вляпалась по уши и воевать за Джерри теперь не посмеет. А сам Джерри написал гневную смс-ку, вопросив, где это она ночует. «Я дома» — ответила Фэр. Но следующий вопрос: «Дома у кого?», её смутил. Вновь детские приступы ревности! Ну ладно! Набрав смс со словом: «Догадайся», Фернанда телефон вырубила и заночевала дома в объятиях голубого кролика — рождественского подарка папы.
Падения с лестниц Фэр больше не снились, но её накрыла идиотская фобия: Вирхиния могла заразить ВИЧем и Джерри. Надо потребовать с него справку об отсутствии ВИЧа и другой пакости.
Маргарита тоже ударилась в панику. Всё следующее утро она носила противогаз и села завтракать в кресло подальше от стола.
— Нет у меня ВИЧа! — уверяла Вирхиния, шмыгая носом и давя на жалость. — Перед родами мне делали анализы. Но я поеду в лабораторию и сдам повторный анализ. Берни уже после меня заразился, я уверена! У нас и сексик был один раз.
— Одного раза достаточно, чтоб и ВИЧ подцепить, и ребёнка сделать. Может, и Эдди твой ВИЧ-инфицированный, — зубоскалила Маргарита. Шмякнув противогаз на пол, она жевала фруктовый салат. — Фэр права, выметайся-ка ты из нашего дома! Нечего тут трясти инфекцией. Я в гроб не собираюсь, мне скоро замуж выходить!
Тётя Фели, замотав рот шарфиком, безмолвствовала и тискала Барби, мордочку которой закрывала марлевая повязка.
— ВИЧ по воздуху не летает, — успокоила Фэр неграмотных женщин. — Хватит бегать с противогазами и повязками! Не будьте детьми! Но ты, — ткнула она пальцем в Вирхинию, — собирай вещички. Иначе я приведу копов и выгоню тебя насильно!
— Было бы круче, если б ВИЧ нашли у меня, — заявила Агустина, щуря восточные глаза и лопая тост с дульсе де лече [1]. — Тётя, ты должна меня заразить! Это ж модно сейчас — болеть чем-нибудь эдаким.
Маргарита завизжала, как сирена, упрекая дочь в никчемности и самодурстве, а Фернанда ретировалась. Лучше обиды Джерри, чем эта психушка!
На друге-мотоцикле она домчалась до Пуэрто Мадеро за пятнадцать минут. Белоснежная высотка на перекрёстке улиц Айме Пайне и Асусена Вильяфлор никуда не убежала, как и сеньор Феликс, что с благоговением пропалывал газон и окучивал клумбы с герберами.
Кивнув ему, Фернанда поднялась на сороковой этаж, по пути едва не застряв в лифте — на пару секунд тот завис на тридцатом этаже.