Между мирами (СИ)

Иванович махнул рукой кому-то за ограждением, и внутрь тут же вбежали четверо.
— Этих забрать и в подвалы, — после чего наклонился и открыл клетку. — Глаз с них не спускать!
Щебечущие какие-то слова благодарности феи вылетели из плена и начали летать вокруг нас, что-то рассказывая. Генерал с Вениамином очень внимательно слушали их, иногда задавая вопросы. А я поплёлся обратно в столовую. Дима шёл рядом, не мешая моим невесёлым мыслям. Вот ведь человеческое скотство! Зачем из сдались эти феи? Это же разумные существа! Милые, красивые, общительные. Кому-то в частную коллекцию необычного? Или вообще извращенцу какому? Тьфу! Меня аж передёрнуло. Всё-таки богатое воображение — зло. В совсем не радужном настроении захожу в кабинет к друзьям. Оганелла осталась тут же. Нас моментально забросали вопросами. Дима подробно рассказал про всё, что видел. А я сидел и смотрел в одну точку. Что-то в последнее время я много депрессую. Нужно срочно брать себя в руки. Мысленно встряхнувшись, присоединяюсь к ответам.
— Саш, спасибо вам огромное! — Оганелла подняла на меня бездонные глазищи, в которых хотелось утонуть. Даже обретя душу, она не лишилась своих чар. — За то, что вы уже сделали, делаете сейчас и будете делать для моего народа. А ещё отдельное спасибо тебе сам-знаешь-за-что. Мне важно сказать самой.
Я улыбнулся ей и сел за стол. Потихоньку праздник возвращался в своё русло. Прозвучал тост за новоселье, потом за спасение любимых всеми фей. Сразу после второго тоста заявились Иваныч с Веней.
— Ну, молодцы, бойцы! — генерал был почти счастлив. — Захватить шпионов целыми дорого стоит. Их сейчас допрашивают. Но уже известно, что они из группировки, от которой к нам пришли подростки. Которые в пришествие мессии верили, помнишь таких? — последний вопрос был задан мне.
— Конечно, помню. С промытыми мозгами. Так они просто засланные казачки?
— Нет, там почти все ребята адекватные, просто реально с промытыми мозгами, — за генерала ответил Вениамин. — Наши психологи уже почти вернули их в общество. Но с ними были двое взрослых. И вот это-то они и были. Те, кого ты скрутил. Завтра будут подробности.
После чего Иван Иванович повторил свой тост, поздравил нас с новосельем и торжественно вручил Васе кипу документов на новый дом.
Ещё через пару тостов слово взяла наша ундина. Похоже, она применила свою магию, поскольку гул за столом моментально стих. Одиннадцать пар глаз с огромным вниманием смотрели на неё.
— Друзья! Отправляясь в путешествие на вашу Землю, я была уверена, что мне недолго придётся любоваться её красотами. Но одна из вас смогла изменить меня, дав мне совершенно другую, новую и интересную жизнь, — она подошла к моей Саше и обняла её. — Но этого бы не случилось, если бы я не познакомилась с человеком, ради которого мне хотелось бы жить, — она подошла к Вениамину и встала напротив него. — И у меня есть новости. Легенды про то, что, родив ребёнка, ундина обретает душу, оказались враньём. Теперь я это точно знаю, — взгляд Колобка сложно описать словами. Но он потух, погас. — Поскольку я уже обрела душу. Всего лишь зачав ребёнка. Да, милый. У нас будет ребёнок!
Как же жаль, что техника не работает. Этот момент был достоин для увековечивания лучшими живописцами и кинооператорами. То, как менялся взгляд с потухшего на счастливый, этот океан эмоций! Недоверие, потом неверие, надежда, ожидание и, в конце концов, радость и счастье! Вся эта гамма чувств пролетела на лице Вениамина буквально за секунды, но у меня аж мороз по коже прошёл от искренности этих чувств. Нетвёрдо поднявшись, Вениамин подошёл к любимой, поднял её на руки и, не стесняясь никого и ничего, поцеловал её. Я не мог оторвать взгляд от них, настолько это было прекрасно!
Над ухом я услышал приглушённые всхлипывания. Оглянувшись, я увидел килограммовые слёзы, текущие из глаз Саши. Осмотревшись, я понял, что плачет вся женская половина. И половина мужской тайком протирают глаза. Если честно, я сам был тронут до глубины души, и глаза предательски защипало. Чтобы не показать так называемую слабость, я обнял Сашу и прижал её голову к своему плечу, успокаивая и шепча какой-то бред ей на ушко.
 
Нетвёрдо встал генерал с сухими, но красными глазами. Сдержался. Почти.
— Друзья! Разрешите мне закончить тост этой милой дамы. Вениамин, Оганелла! Я от души поздравляю вас обоих! Вы шли к своему счастью очень сложной дорогой, но вы выдержали всё и теперь по достоинству можете наслаждаться победой. И своими чувствами друг к другу. Я чертовски рад за вас и уверен, самые лучшие моменты вашей жизни ещё впереди. За вас, друзья!
Все подняли свои бокалы с рюмками, громко чокнулись и, перебивая друг друга, стали поздравлять счастливую пару. Тосты сыпались как из рога изобилия, и в какой-то момент я понял, что мне хватит. Я предложил Саше подышать, на что она с радостью согласилась.
На улице началась противная и холодная морось. Но нам она не мешала. Мы просто гуляли по парку, уже замёрзшие и озябшие, и наслаждались настроением, ситуацией и обществом друг друга. Совсем замёрзнув, пошли в сторону нового дома. Налив полную ванну, забрались в кипяток и долго отмокали, отогреваясь.
  
День 120
 
Проснулся я от довольно яркого света. Пока мы спали, выпал первый снег. Всё было белым, и два окна заливали комнату светом. Нда. Вот и минус светлой комнаты. Аккуратно встал и закрыл тяжёлыми занавесками свет, чтобы он не разбудил Сашу. Закрывая второе окно, я возле него завис. Было нереально красиво. Мокрый снег облепил все ветки, остатки листьев на них, заборы, провода, землю, крыши. Прямо новогодняя сказка. Я очень долго верил в Деда Мороза. И до сих пор Новый год — мой любимый праздник. А ведь он скоро. Всего месяц, и будем водить хороводы вокруг ёлки. Пора задуматься о подарках. Да и ёлку уже можно ставить. Надеюсь, я не единственный псих, обожающий Новый год.
После обязательных утренних процедур в личной ванной, спускаюсь вниз и иду на кухню. И тут меня ждал очень неприятный сюрприз. Девчата разбирали продукты, посуду и прочее самостоятельно, и теперь я не знал, что где лежит. И никто из них ещё не проснулся. А главное, шкафов на этой кухне был мульён. Но делать нечего, кофе-то хочется. Начинаю шарить по всем шкафам. Турку нашёл быстро. Но вот что бы в неё засыпать? Через десять минут я уже кипел. Кофе нигде не было видно. От эмоционального перегрева меня спасла Света. Надеюсь, что я научился различать сестёр и сейчас прав. Они разные, но заспанную и ненакрашенную вижу её впервые. Так что ошибку не исключаю.
— Доброе утро! Ты не в курсе, куда спрятали кофе?
— Приветик. Знаю, конечно, — она подошла к полке, которую я уже дважды перерыл, и не глядя достала оттуда пакет с кофе. — Тебе сварить?
Я с готовностью согласился и сел за небольшой столик. Через минуту божественный запах поплыл по кухне. Пока я сидел и кайфовал, вкушая вкуснейший кофе, на кухню зашёл Вася. Подойдя к девушке, он обнял её и чмокнул в висок. Всё-таки я не ошибся, и это Света. Какой я молодец! Вася тут же получил чашечку вкуснейшего кофе и присел рядом со мной.
— Сань, я не знаю, что мне делать! Я понятия не имею, что такое струнный преобразователь. И с чем его едят. Всю голову сломал. Реально хоть подсказку получить?
Я задумался. А ведь реально, откуда-то Завод взял эти названия? И явно что-то под ними подразумевает.
«Завод, пояснишь?»
«Да, конечно. Прежде всего тебе нужно знать, что сам я о восьмом измерении знаю только то, что оно есть. И что там обитает сторона, заключившая со мной договор. Все данные по продвижению твоей тушки к восьмимерному существованию получены мной из обрывочных сведений. Из миров, которые очень далеко продвинулись в изучении мерностей вселенных. Кстати, по их данным, измерений не восемь, а одиннадцать. По-хорошему, вам нужно посетить такие миры. И узнать всю информацию из первоисточников»
— Мда, Вась… ситуация сложнее, чем я думал. Завод сам не в курсе, что куда. Но есть миры, которые очень далеко продвинулись в изучении измерений.