С широко открытыми глазами (ЛП)

Он грубо схватил меня за подбородок и ущипнул, повернув мою голову к себе.
— Не вздумай играть со мной, Брианна, — произнес он сурово, после чего накрыл мой рот своим, его язык уткнулся в мои губы и попытался проникнуть внутрь.
— Карл, я беременна... нет, пожалуйста... перестань, пожалуйста! — взмолилась я, хватая ртом воздух.
— Фу... думать об отродье этого ублюдка, растущим внутри тебя, не очень-то приятно, моя дорогая, особенно когда я пытаюсь тебя трахнуть. Знаешь, ты и вправду умеешь обламывать кайф, — посетовал он, — ну да ладно, будь по-твоему. Я могу подождать.
Карл оторвался от меня и прислонился к стене, его глаза блуждали по моему телу с вожделением. Он поправил штаны в области промежности и ухмыльнулся.
— Ты меня убьешь? — Я старалась не думать о его мотивах и о том, что произойдет, если он преуспеет. Я старалась сохранять спокойствие и не пытаться сбежать. Мне нужно было, чтобы Карл хоть немного мне доверял из-за того, что я надеялась предпринять. Побег в мой план пока не входил.
— Пока не знаю. Может, убью, а может, и нет, — он злорадно усмехнулся. — Если ты решишь трахнуться, — и чем скорее, тем лучше, — дай мне знать. Это может сыграть тебе на руку, детка.
Я проигнорировала его комментарий.
— Сенатор Оукли нанял тебя, чтобы меня убить? — Мое сердце колотилось так сильно, что болело под ребрами.
Он откинул голову назад и рассмеялся.
— Сенатор — плюшевая обезьянка, которая не сможет выбраться из бумажного пакета, даже если он разорван пополам. Хм... нет, моя дорогая, сенатор Оукли меня не нанимал.
— Тогда зачем? Зачем ты это делаешь, Карл? Ты всегда был таким... милым по отношению ко мне.
— Пошла ты к черту, потаскушка. Семь лет ты ничего не знала обо мне, — отрезал он, выглядя наполовину безумным. Действуя как абсолютный псих. — Я не тот славный парень, которого ты помнишь по старшей школе, — сказал он мне самодовольно, теперь уже ухмыляясь, его поведение за считанные секунды кардинально изменилось от сумасшествия до безудержного веселья.
— Ну, так расскажи мне, что тебя изменило, Карл. Почему ты не тот славный парень, которого я помню? — Я задала вопрос, а потом замолчала. Я изучала окружающую меня обстановку, и старалась не думать об Итане или о том, что он делал в этот момент. Неужели он еще не разгадал мое сообщение? Или он все еще не оправился от боли, вызванной моими словами, и поверил, что я больше его не люблю.
Как будто такое вообще возможно!
Если Итан разгадал мое скрытое послание, появится ли у меня шанс следовать единственной подсказке, которую я смогла придумать и передать ему в то время?
Карл начал говорить, правда, бессвязно. Пустился в разглагольствования о том, как он убил Эрика Монтроза, устроив драку в баре. Я почти не слушала. Я пыталась найти способ добраться до его телефона и знала, что я сделаю, как только мне это удастся. Мне понадобится только одно. Одно мгновение. Я могла бы уложиться в минуту, если бы представилась такая возможность.
— Знаешь, после Монтроза никто больше не должен был умереть, — произнес он.
— Что ты имеешь в виду? — спросила я.
— Это твоя вина, что погибло так много людей. Мне не нравится убивать, Брианна. Мне это очень неприятно. — Он нахмурился и снова оглядел мое тело, без сомнения, думая о том, как бы скоротать время в этой спальне, где он меня запер.
— Карл, нет... ты не такой, как они. Ты бы не сделал того, что те парни сделали со мной тогда на вечеринке.
Он прищурился на долю секунды и сказал:
— Ты права. Они поступили с тобой по-свински. Насиловать девушку без сознания — не в моем стиле. — Он встал с кровати, подошел к окну и посмотрел на темнеющее небо. — Со временем ты образумишься и, в конечном итоге, будешь умолять меня об этом.
Ммм... нет, не буду, маниакальный ты ублюдок.
— Как прикажешь понимать твои слова о том, что после Монтроза никто не должен был умереть?
Он повернулся и посмотрел на меня как на идиотку.
— Я был здесь, в Лондоне. У меня все было спланировано. Мы бы снова встретились и начали с того места, на котором остановились много лет назад. Мы бы договорились скомпрометировать Оукли историей о том секс-видео, которое снял его никчемный сынок, — объяснил он, как будто говорил с маленьким ребенком. — Затем продали бы его команде Оукли, или, если бы он не заинтересовался, то его оппонентам, и зажили бы счастливой жизнью где-нибудь в хорошем и тихом месте.
 
— Так что же тебе помешало? Что случилось? — тихо спросила я.
— Твой гребанный бойфренд случился! — прорычал он. — Из всех парней, с которыми ты могла бы переспать, ты выбрала охрану, имеющую связи с долбанной королевской семьей и британской военной разведкой! Спасибо тебе за это, Брианна. Молодец!
— Но не я его нашла, а он меня. Мой отец нанял Итана, чтобы защитить меня... — Как только эти слова слетели с моих губ, туман начал рассеиваться, и мне открылась правда о смерти моего отца.
— Знаю, — просто ответил Карл, и его потемневшие глаза показали, насколько глубоко укоренилось его безумие.
— Ты убил моего отца, да? — Я изо всех сил цеплялась за любую крупицу рациональных мыслей и действий.
Но проиграла.
♥
— Где она?! ГДЕ ОНА, ЧЕРТ ПОДЕРИ?! — закричал я, ни к кому конкретно не обращаясь. Иван, Нил, Лен и мой отец стояли рядом и смотрели на меня, ожидая указаний. Но я не знал, с чего начать. Мне потребовалось все мое самообладание, чтобы не развалиться на части и не превратиться в желе из страха и отчаяния.
— Сынок, посмотри сюда. Думаю, Брианна оставила тебе скрытое послание в этом СМС. — Отец держал мой мобильник и изучал его.
— Какое? Говори!! — Я выхватила телефон из его рук и перечитал сообщение еще раз.
— С заглавной буквы, — сказал отец поверх моего плеча, — написаны только некоторые слова, за исключением «я». Посмотри на другие.
Слова: Итан, Мой, Прежний, Телефон, Обратись, К, Нему — были единственными словами с заглавной буквы... за исключением «Я». Папа был прав. Я не мог в это поверить. Моя девушка успешно передала мне зашифрованное сообщение под принуждением похитителя. Я закрыл глаза и стал молиться о еще одном чуде.
— А другие слова, которые должны быть заглавными, оставлены строчными, как, например, твое имя...
— Да, пап, я понял! — Я перебил его и побежал к ящику стола, порывшись в нем, пока не нашел ее старый мобильный телефон. Я подключил его к зарядному устройству и включил. Ожидание было пыткой, пока он не загрузился.
В нем не оказалось ничего нового. Мое воодушевление резко пошло на спад, но теперь появилась хоть какая-то надежда. Небольшая возможность сделать ставку. Дождаться первой раздачи и осторожно подсмотреть, какие карты мне выпали. Я прекрасно представлял свои шансы. Сообщение дарило надежду. Сообщение говорило о том, что она жива. И если бы мне пришлось поставить на Брианну, я бы не сомневался, что она будет бороться до последнего вздоха за победу. Моя девочка была именно такой, и не было никого, в кого бы я сейчас верил больше, чем в нее.
— Она послала мне зашифрованное сообщение, — повторил я, ни к кому конкретно не обращаясь, все еще поражаясь быстроте ее мышления в такой ужасной ситуации.
Я увеличил громкость в настройках и оставил ее бесценный мобильный на моем рабочем столе, подключенным к розетке. Я сел и стал наблюдать за стабильно мигающим уровнем сигнала мобильной сети. Не отрываясь. Моя девушка собиралась позвонить мне на него и сообщить, где она, чтобы я мог найти ее и вернуть. Давай же, детка...
 
То, что казалось вечностью, тянулось мучительно медленно. Позже я вспомнил, что ни разу не хотел закурить, пока ждал, когда моя девушка сообщит мне о своем местонахождении. Я не думал о том, чтобы закурить, или представить вкус сигареты, или даже ощутить жжение от потребности в никотине. Ничего такого. Я бы никогда в жизни не прикоснулся к сигарете, если бы это помогло мне вернуть Брианну в целости и сохранности. Не очень-то похоже на клятву, понимаю. Жаль. Но это было все, что я мог предложить.