Прыжок за мечтой (СИ)

— Про тебя достаточно, — засмеялась Катя. — И всё-таки, чего мрачный? В состав не попал? Угадала? Хочешь, я с тренером поговорю?
— Не надо ни с кем говорить. Сам разберусь. А вообще тренеру видней.
— Приглашаю вечером ко мне на ужин. С родителями познакомлю. Покушаешь нормально, а то вон какой тощий.
Костик вскочил на ноги.
— Какой ужин? Какие родители? Какое тебе дело как я ем? — чуть не закричал он.
— Дурак. Другого, — улыбнулась Катя и пожала плечами. — Я от тебя и не ожидала.
Сказала и ушла.
— Ты чего? Сходил бы. Она же от тебя не отстанет. Походу влюбилась в тебя, — зашептал на ухо Быстров. — Плюнь на всё! Я бы многое отдал, чтобы меня вот так…
— Не слушай его, — вмешался Верига. — Правильно делаешь, что не соглашаешься. Охомутает, не заметишь. Хоть и дивчина видная. Но папа её это всё под ноль…
У «крыльев» выиграли 5:1. Звонарёв дважды поразил ворота соперников и в очередной раз стал лучшим игроком матча. «Динамо» тоже выиграло 6:2 у команды «Пищевик».
Костик как-то с перипетиями хоккейных баталий и не заметил, что играли при искусственном освещении и город вокруг давно погрузился в темноту. Немногочисленные и самые стойкие зрители постепенно расходились по домам.
Задумавшись у края опустевшей хоккейной площадки, Костик не заметил, как подошёл Рясной.
— Переживаешь, что в состав не поставил?
Костик вздрогнул от неожиданности.
— Я понимаю…
— Понимает он. Нагрузка большая. Мне завтра ты нужен свежий. Я что не понимаю, как ты питаешься? Сейчас хоть паёк получаешь, а до этого? Зря от приглашения девушки отказался.
— Растерялся от её напора.
— Это да! От такого напора или ломаешься сразу или растеряешься. Костя, я видел твою медкарту. Я, конечно, не медик, но с такими ранами играть… Ты как себя чувствуешь? Спина не болит? Или что-то ещё? Не стесняйся, говори. Я тренер и должен знать всё. Я приготовлю для тебя отдельное расписание тренировок.
— Не надо меня выделять. Я как все.
— А мне не надо как все! Мне нужен яркий, самобытный, скоростной игрок! Туз в рукаве! Понял?
Костик отвернулся.
— Ладно, ещё поговорим об этом. Пошли. Ребята в автобусе нас уже заждались.
Утро следующего дня принесло неприятности. Два игрока основного состава простудились и слегли с температурой. Рясной задумчиво рассматривал ребят, решая кому играть. Первая встреча назначена на 8-00 часов. Ещё не так светло, поэтому начинать играть придётся опять при искусственном освещении.
Противников проведения первенства города было много, но партия решила, что надо! Пусть жестокая и кровопролитная война ещё идёт, но пора постепенно переходить к мирной жизни.
В числе противников оказался и Кузьма Иннокентьевич, не последний человек в обкоме. Он всегда ратовал за всеобщее занятие физкультурой, а спорт, как он говорил, для избранных талантов. Когда его спрашивали и как он эти таланты собирается искать? Он отвечал, что методом жёсткого отбора.
— Человек либо талантен, либо нет. Одно из двух. Зачем брать в команду того, который неизвестно сможет показать высокий результат или нет. Страна его кормить обязана? Нет уж, дудки! Только истинный талант должен выступать за СССР и всегда побеждать. Иначе содержать такую прорву спортсменов, это пускать в трубу народные деньги! А массовый спорт для всех можно, но в небольших количествах. И главное, чтобы все эти спортсмены играли только после трудовой смены. Никаких освобождений и поблажек. Хочешь заниматься спортом? Пожалуйста! Но после работы! Также и театралы, и художники, и писатели.
— Кузьма Иннокентьевич, вы же сами понимаете, что так не может быть! — сопротивлялся оппонент, высокий стройный товарищ с седыми волосами. — Спорт — это зрелище, это престиж государства на международной арене, показатель здоровья нации и демонстрация силы, наконец! Открыть талант совсем не просто. Огранённых алмазов в природе много? Нет таких! И талантов таких среди людей нет, чтобы был сразу семь пядей во лбу от рождения!
 
— Тут ты, Сергей Александрович, не прав. Самородков в СССР столько, что тебе не снилось!
— Самородков, да, не спорю, но чтобы они сразу стали чемпионами мира без тяжёлых тренировок, нет! Бессмысленный спор, Кузьма Иннокентьевич! Совершенно бессмысленный.
— Обком партии должен к каждому вопросу подходить серьёзно и вдумчиво. Этих вон хоккеистов развелось, плюнуть некуда! Офицеры вместо того, чтобы служить родине, гоняют мяч!
— Всё, всё, всё! Не хочу больше говорить на эту тему!
— А придётся! Я вынесу этот вопрос на областной пленум! Это же надо было додуматься, чтобы для мальцов, у которых нет таланта и играющих в буржуазную чуждую советскому обществу игру, выделить паёк! А ведь война ещё не закончилась! Карточки не отменили! А тут дополнительный паёк для кого? Они даже не спортсмены! И вообще я поставлю ещё вопрос по Александрову! Я не позволю учить нашу советскую молодёжь игре, заклеймённой комитетом по спорту! Не позволю! Если надо, то и до товарища Сталина дойду! Александрова надо гнать из комсомола за пропаганду чуждого элемента в советской жизни!
— Кузьма Иннокентьич, вы ни разу не замечали, как портится воздух вокруг, когда вы открываете рот? — жёстко, чётко выговаривая каждое слово, припечатал Сергей Александрович Тимофеев. — Спорт вне политики! По крайней мере, детский уж точно. А растущим организмам, нашей с вами смене, необходимо хорошо питаться. Так почему бы не добавить паёк ребятам занимающимся спортом?
— Я всегда знал, что и вы затаившийся враг, — глаза Кузьмы Иннокентьевича вылезли из орбит и сверкали белками. — Этот номер не пройдёт! Я! Партия остановим вас!
Тимофеев молча встал, и покинул кабинет.
— Думаете не найду управу? Найду! — бросил ему вслед Кузьма Иннокентьевич.
Игра с командой профсоюза железнодорожников «Локомотивом» началась с опозданием на 15 минут. Долго не могли запустить освещение.
Играющие команды, пока совершались подвиги с электричеством, разминались на площадке. Костик невольно поглядывал в сторону немногочисленных зрителей. Ему почему-то очень хотелось, чтобы там была Катя. Хороший морозец щипал нос и щёки. Приходилось растирать их толстой перчаткой.
— Высматриваешь свою ненаглядную? — раздался голос у самого уха.
— Тьфу! — Костик даже вздрогнул от неожиданности. — Веня, отстань!
— Ты ещё скажи, она не твоя и т. д. и т. п., - засмеялся Быстров.
— А что моя что ли? — разозлился Костик.
— Александров! Звонарёв! — Рясной махнул к себе кистью руки и дождался, когда они подойдут. — Виктор твоя задача осталась той же, но попробуйте поиграть между собой поактивней. А ты Костя, сегодня свободный художник. Всё поле твоё. Играй так, как тебе подскажет твоя интуиция. В середине второго тайма я тебя заменю.
Карусель, которую устроил Костик заставила Рясного только кряхтеть и выкрикивать: вот сукин сын!
Получил мяч, крутнулся вокруг своей оси, отдал на партнёра и рванул через центр к воротам, где его нашёл разрезающий пас Звонарёва. Костик даже не стал бить, а просто поставил на пути мяча клюшку. В итоге вратарь летит в одну сторону, а круглый снаряд в другую. Гол!
И на этом игра развалилась. Внезапная боль в районе позвоночника возникла при столкновении с соперником. Сначала Костик встал на ноги и ускорился, а затем опустился на одно колено и некоторое время пережидал боль. Белов нагнулся к нему, но Костик прошептал: неудачно столкнулся, всё в порядке.
Оказавшись у бровки, недалеко от зрителей, он увидел Катю в окружении ещё трёх девушек. И боль, словно столкнувшись со взглядом переживающей девушки, отступила. Костик завертелся на площадке с удвоенной энергией, будто заменил в себе севшие батарейки. Отбирал мяч, терял, снова отбирал, пасовал, нёсся сломя голову к чужим воротам. В конце первого тайма ему удалось прострелить от лицевой линии в штрафную площадь точно на клюшку Звонарёву — 2:0!