Дневник. Первые потрясения (СИ)

- Сев, ты помнишь, что скоро финал чемпионата?
- Помню. Даже, если бы и забыл, то ведь ты мне не дашь. Каждый день об одном и том же говорим.
- Ты обещал мне с Драко билеты достать.
- Достаешь всегда ты, а я просто беру. Условия прежние. Тебя доставляют в Мэнор портключом, тебя встречает Драко с Нарси. И не думай, что на стадион я отправлю тебя без сопровождения жены. Вы перемещаетесь на стадион за полчаса до начала игры. Портключ туда уже у Драко вместе с билетами. После игры этот же портключ переносит вас обратно в Мэнор, и оттуда ты перемещаешься во Францию. Ты все понял? Чтобы никакой наличности и палочки! Если Драко даст тебе свою, у него возникнут чудовищные неприятности. Если…
- Да помню я все это, помню. Не начинай. - Губы Люциуса скривились. И тут он увидел все еще находящегося в состоянии «всех убью, дайте только повод» Рея. – А ты чего такой вздрюченный стоишь? Начальство имеет?
- Ты хоть не лезь!
- А что так?
Я решил немного прояснить ситуацию:
- Люц, Рей заключил договор с гоблинами, и теперь должен в течение четырех лет жениться на конкретной девушке.
- И что? Из-за этой мелочи у него такой вид? Я-то уж думал – умер кто, - Малфой ухмыльнулся.
- Ты считаешь, что это мелочь? – глаза Рея недобро сощурились.
- Конечно. Ты где рос, друг мой? В Мальсибер–Холле или на конюшне? Ты что, действительно хотел сам выбирать себе жену? Да, скажи спасибо, что ты невесту знаешь. Так что, бросай этой хренью страдать и лучше топай, до свадьбы узнавать девушку, так сказать поближе. Шампанское, конфеты, свечи, ну, не мне тебя учить. Сев, ты же свой дом одолжишь Рею на вечерок? - я кивнул, снова пытаясь не рассмеяться. Малфой – это нечто. Двумя словами успокоил Рея, доведя того от неконтролируемой ярости до полного офигивания. Самое главное, что Мальсибер не мог даже одного слова вставить.
- Значит так, интимная обстановка, одежда, одежда… Да, твоя кожа подойдет, только куртку сними, и шелковую рубашку… Волосы… Ну, здесь ничего не поделаешь. Рей – она красивая? Да неважно.
- Люциус, она еще несовершеннолетняя. - Удалось вклиниться мне.
- А, ну тогда иди покупать огромного розового зайца и дари ей. Почему-то девушки любят эту мягкую розовую гадость. Да, и не забудь поцеловать. Так, сколько ей?
- Пятнадцать, - я уже не мог сдерживаться и подхихикивал, видя как глаза Рея становятся все больше и больше.
- Пятнадцать, хм. Ладно, уже не ребенок. Значит, поцелуй в губы - пусть привыкает, и, Рей, к свадьбе начинай готовиться уже сейчас. Ты даже не представляешь, сколько это хлопот. Ты все понял?
Рей медленно кивнул. А Люц с довольным видом отключил связь.
- Это что сейчас было? – спросил меня Рей, почему-то шепотом.
- Малфой.
- Я не понял, что я должен сделать? – Мальсибер помотал головой.
Я уже собрался пересказать ему слова Люциуса, смакуя каждую подробность, но меня прервал звук сигнальных чар. Хвост решился-таки навестить Уизли.»
- Значит, если бы Аберфод нас сегодня не поженил, то жить тебе оставалось где-то пару месяцев? - прервала Перси Гермиона, обращаясь к новоиспеченному мужу.
- Получается, что так, – ответил резко Мальсибер. - И вообще…
- Что вообще?! Ты что думаешь, это так замечательно, считать себя виновной в чужой смерти, если ты в состоянии была ее предотвратить?! Почему ты молчал? Почему не сделал ничего, чтобы этого избежать? – Гермиона несколько раз стукнула мужа в грудь, затем разрыдалась и уткнулась в эту самую грудь, которую до этого била.
- Гермиона, успокойся. Ну что ты. Все же хорошо? Я жив? Жив. Сижу рядом. Теперь ничего плохого не случится, слышишь, - Рей растерянно гладил жену по волосам, абсолютно не зная, как успокаивать рыдающих девушек. Гермиона подняла заплаканные глаза.
- Как ты мог думать о том, что можешь испортить мне жизнь, если эту самую жизнь ты постоянно спасал?
- Что ты сказала?
Гермиона посмотрела в прозрачные глаза и, неожиданно для всех, вскрикнула и схватилась руками за голову. Из носа у нее побежал ручеек крови. Рей резко побледнел.
  
- Гермиона? Что с тобой? Поппи, да что же ты сидишь, подойди сюда, я же не целитель!
- Друг, не растрачивай свои нервные клетки. У нее просто сломался блок, который кто-то с такой бережной заботой поставил ей на память. Вот уж не знаю, то ли от забывчивости, то ли по рассеянности. Возможно, все-таки от забывчивости, о которой уже легенды начали складывать. Это ведь должен был быть Обливиэйт?
- Что? – Мальсибер посмотрел на Малфоя, потом перевел взгляд на жену.
- Блок. Обычный блок. Мастерски выполненный, правда. Я его не ставил, это точно. А кроме меня, у тебя есть только один друг, который так виртуозно может обращаться с чужой памятью. У нее сейчас все пройдет. - Люциус равнодушно пожал плечами.
- Я вспомнила. Это был ты?! В то Рождество?! И тогда в лесу, тоже?! Я думала, что это сон, что это мои фантазии. Я ненавидела себя за то, что во сне ко мне приходит не Рон, а человек без лица.
Мальсибер смотрел на Гермиону, не шевелясь. Она слегка отодвинулась.
- Я хочу, чтобы профессор быстрее выздоровел, чтобы самой его убить. Как он мог, заставить меня забыть такое!
- Перси, ты читай, пока эти двое разбираться друг с другом будут, - буркнул Рон в сторону своего брата.
«Из Атриума мы аппарировали сразу на чердак к Уизли. Домовик приветливо кивнул Рею. Похоже, у этих существ позиция такая: сделал гадость человеку – с этим человеком мы теперь друзья. Никогда их не пойму. Мы прошли в один из углов и накрылись мантией-невидимкой. Как раз вовремя, потому что дверь тихо открылась, и на чердак пожаловал Хвост. Выглядел он, мягко сказать, неважно. Похоже, война с гномами, живущими в саду у Уизли, была неравная, но Питтегрю ее стойко выдержал. Я перевел взгляд на домовика и охреневшим голосом прошептал Рею на ухо.
- Мальсибер! Где Баньши? Это что за хрень?!
- Тише ты. Это Феликс придумал. – В глазах Рея появились знакомые мне искры.
Даже боюсь представить, что сейчас будет.
Хвост, перед тем как войти в комнату, побрызгал перед собой какой-то вонючей жидкостью из распылителя, который сильно смахивал на маггловский. Принюхавшись, я определил в этом газе недурную смесь, направленную как раз на упырей. Только упырей реальных. Убойная штука, включающая в себе снотворное, успокоительное и корень Древовидной Табачной Азалии, напрочь отбивающее нюх недели на три. Достать ее он мог только по спец заказу в Лютном переулке. Наверное, поэтому его так долго здесь не наблюдалось. Через минуту Хвост приоткрыл глаза и храбро вошел в комнату, чтобы посмотреть на получившийся результат.
Приоткрытые глаза сразу же максимально распахнулись. Он выпустил баллончик из рук, и попытался смыться с чердака куда подальше. Но дверь за его спиной резко захлопнулась, и я ощутил, что комнату накрыл антиаппарационный щит. Я недоумевающе посмотрел на Рея. Он кивнул, мол, все по плану.
- Не переживай, все продумано. Эта крыса пришла за палочкой - палочку она и получит, но за то, что он сделал - он должен ответить.
Я кивнул, и перевел взгляд на Хвоста, который все еще таращился на нашего домовика, принявшего необычный вид. В ту сторону я старался не смотреть, чтобы не заржать.
Феликс, выглядел очень импозантно. Он был феей. Точнее феем? В общем, перед нами стоял небритый мужик с трехдневной щетиной, с короной на спутанных волосах и в розовом коротком платье. В зубах у него была зажата сигара, а в руках он держал стакан, наполненный огневиски.
Фей улыбнулся, обнажив ряд зубов с черными дырами, и зычным басом проговорил, встав с кровати и выставив вперед небритую ногу, поднимая бокал в стиле «Бедный Йорик».
- Ты кто такой, что посетил меня во свете дня, нарушив мой покой, своим прекрасным взором? – произнеся этот, похоже стих, Фей затянулся сигарой.
- Он что несет? – я старался говорить тихо и не смеяться, но у меня это плохо получалось.