Лето с продолжением (СИ)
— Подожди… — попробовала остановить его я, но мне все дали понять одним лишь взглядом.
— Мне повторить свой вопрос? — он был непреклонен.
— И за то, что соврала папе. — наконец договорила она, и мое сердце разорвалось на тысячи мельчайших осколков вместе с новыми слезами ребенка.
Еще спустя несколько дней уехала Алевтина. Макс стал часто нервничать, ему было сложно перестраивать свой привычный ритм жизни под садик. Благодаря отмененным занятиям у меня освободилось несколько часов в неделю, которые я не спешила забивать.
По вечерам (плавно переходящим в ночь) я все чаще оставалась дома у Беляевых. С Ариной у нас отношения не то чтобы наладились, но и открытой конфронтации не было, если можно так выразиться о взаимоотношениях с пятилеткой.
— Ариш, нам пора домой! — видя, что мои ладони не согреваются уже даже варежками, глава семейства решил прервать нашу прогулку на детской площадке. Выбросив пустые стаканчики из-под кофе, мы захватили санки и пошли в сторону дома.
— Кто что хочет на ужин? — пока мы были не слишком далеко от супермаркета, я решила сразу узнать, каких ингредиентов нет в наличии.
— Что-то очень простое, потому что мне ужасно хочется поваляться вместе на диване, а не выхватывать тебя с кухни между закипанием овощей и чего-нибудь еще. — пробурчал Макс, прижимая меня к себе.
— Принято. — хмыкнула я. — Может тогда возьмем попкорн или чипсов и посмотрим фильм?
— Я только за. — на щеке отпечатался теплый след от «колючего» поцелуя.
— Ариш, а ты что хочешь? — теперь она старалась держаться от меня подальше, как бы я ни пыталась вернуть наши прежние отношения.
— Я не знаю. — тонкий детский голосок прозвучал довольно безразлично.
— Остаешься без ужина? — неприкрытую иронию в голосе Макса трудно было не заметить.
— Прекрати! — прошипела ему на ухо я. — Хочешь куриные наггетсы? Я приготовлю. — как можно миролюбивее предложила. Поскорее бы это притирка закончилась, и все встало на свои места!
— Те, которые были в последний раз? — клянусь, в ее глазах я заметила огоньки интереса.
— Да. — с улыбкой ответила я.
— Тогда хочу. Они были вкусные. — почесав зудящий от шапки лоб, заявила малышка.
— Чудесно. Тогда осталось зайти в магазин за вкусняшками. — резюмировал Макс.
***
Бережно стянув со своей ягодицы тяжелую мужскую руку, я откинула одеяло в сторону и села. Наощупь найдя тапочки, прикрыла наготу халатом и вышла из спальни. Налила воду, облокотилась на столешницу и стала всматриваться в пейзаж за окном.
Впрочем, разглядеть мне так ничего и не удалось: огромные снежные хлопья, падающие с неба, загораживали все на свете.
Неожиданно из глубины квартиры послышалось чье-то бормотание. Подойдя поближе к детской комнате, я поняла, что мне не показалось. Ариша плакала и постоянно твердила: «мама, мама, мама!»
— Тише, тише, солнышко, это всего лишь сон. — желая успокоить девочку, я гладила ее по голове и шептала всякие ласковые прозвища.
— А где папа? — она открыла глаза и немигающим взглядом уставилась на меня.
— Он спит. — ответила я, убирая запутавшиеся пряди от лица девочки. — Ему завтра на работу рано вставать. — будто бы оправдываясь за свое присутствие здесь, пояснила.
Ариша укрылась одеялом чуть ли не с головой, а потом неожиданно попросила меня полежать с ней. Стараясь не показывать своего удивления, я просто сказала: «конечно».
— Мне нужно теперь называть тебя мамой? — спустя небольшую паузу в темноте комнаты повис очередной вопрос.
— Нет, почему? — я поцеловала ее в висок. — ты можешь называть меня по имени. Давай спать. — все-таки не одному ее отцу завтра на работу, хоть мне и позже, чем ему.
— Анют, просыпайся. — родной, знакомый голос плавно выводил меня из объятий Морфея.
Макс очертил пальцем галочку над моей верхней губой, а потом поцеловал.
— А? Что? — сонно нахмурилась я.
— Аккуратно, мини-человека не разбуди. — улыбнулся он, указывая на беззаботно спящего на моем животе ребёнка.
— Который час? — я огляделась по сторонам. Ещё темно, значит, довольно рано.
— Половина седьмого. Как ты и просила. Пойдём на кухню. — он кивнул в сторону выхода.
Пока я варила нам кофе, он все никак не мог отлипнуть от меня. Я же, в отличие от него, все никак не могла прийти в себя. Он откинул мои распущенные волосы на грудь, слегка оттянул ворот халата в сторону и нежно провёл губами по шее.
— Ты же знаешь, что я тебя люблю? — прозвучал неожиданный вопрос.
— Да. — тут же напряглась я. — Я тебя тоже люблю. — на всякий случай уточнила.
— Тогда переезжай ко мне. — поцелуи становились все более настойчивыми, он будто бы делал все возможное, чтобы я отвлеклась и даже не стала заморачиваться над предложением.
— Я не знаю. — живот неприятно потянуло. Нервное… — Тебе не кажется, что ещё очень рано?
— Анечка, милая, — он развернул меня лицом к себе и взял за плечи, — дочери придётся смириться с тем, что ты часть моей жизни и ее, в том числе, хочет она того или нет.
— Ещё слишком рано. — уперто повторила я. — Она только начала привыкать ко мне! — шепотом прошипела, воровато косясь на дверь.
— Постепенно все наладится. — Макс потерся носом о мою шею, и я глубоко вдохнула в себя его великолепный запах. — Я буду тебя поддерживать. Нам нужно проводить как можно больше времени вместе, чтобы справиться с этим.
— Я не уверена, правда. Пожалуйста, не дави. — простонала я, впиваясь ногтями в широкую спину, и надеясь, что в мое положение все-таки войдут и подождут ещё немного.
— Ань… — вместо ответа я услышала лишь тяжелый вздох.
Глава 27
Из последних сил преодолев бесконечные сугробы на дорогах, а затем еще и толкучку в лифте, я развязала шарф, сняла пальто, стянула сапоги, надела лодочки и уселась в кресло.
Макс убьет, если узнает, но сейчас (да, да, именно в свои тридцать!) я стала все чаще употреблять энергетики. Не могу! Не вывожу я весь тот объем работы, что на мне висит.
Да, понимаю, сама виновата, что взяла столько учеников, но раньше же я справлялась… Мне и в голову не могло прийти, что ситуация может в корне измениться.
Притом не останавливает меня ни то, что от этой дряни умер один мой родственник, ни то, что с каждым разом мне, для того чтобы взбодриться, нужно все больше и больше.
Вот сейчас, например, я включила компьютер, но вообще не могу сосредоточиться и вспомнить, что собиралась сделать. Черт! Даже минуты не прошло!
Проблемы с работоспособностью все сильнее действуют на нервы: я не привыкла быть такой заторможенной. Однако еще сильнее я опасаюсь того, что кто-то заметит мое состояние, и меня, не дай бог, уволят. Это ужасно пугает, от этого хочется забиться в угол и тихонько плакать. Силы на то, чтобы просто все решить, куда-то исчезли и впредь не появлялись.
Телефон разразился трелью звонка, но первые несколько секунд я даже не дернулась, замыкаясь в себе и совершенно отрешаясь от происходящего.
— Привет. — странно, обычно Макс не звонит по утрам.
— Доброе утро. — голос на другом конце сразу показался мне озадаченным. — Не отвлекаю?
— Нет. — невесело усмехнулась, потирая переносицу. — Я только приехала.
— Анют, мне нужно срочно уехать на два дня по работе, сможешь побыть с Аришей?
— Да, хорошо. — еще до конца не осознавая, какими тяжелыми будут эта пара дней, протянула я. Мое «да» было чистой формальностью, потому что иного выхода у него попросту не было.
— Тогда ближе к обеду заеду к ней в садик, объясню все, попрощаюсь, заберу вещи из дома и сразу поеду.
— Ладно. — вздохнула. — Я буду скучать. — шепнула, понимая, что в ближайшие несколько суток мне даже обнимать перед сном будет некого.
— Я постараюсь решить все как можно быстрее и вернуться. — родной голос искрился теплом, но от этого ситуация не становилась менее болезненным. — Закажите себе что-нибудь вкусненькое на вечер. Деньги я перекину на карту.