Лето с продолжением (СИ)

Он ритмично входил в меня, вылизывая изнутри и буквально насаживая на свой острый язык.
— За то, что не дождалась меня. — неожиданно что-то рассекло воздух, а потом впечаталось прямиком в мою правую ягодицу. Монотонные удары ремня один за другим оставляли на коже воспоминания об этой сумасшедшей встрече.
— Чертов псих! — я не выдержала, чувствуя, что стоять на четвереньках больше не осталось сил. Не желая прекращать испытывать меня на прочность, он просто перевернул меня на спину, до упора раскинул ноги в стороны и вновь припал губами.
— Стой! Стой! Пожалуйста! — взмолилась я, когда стало невозможно выносить на себе его прикосновения.
— Прошу. — едва я отдышалась, он, лукаво улыбаясь, указал мне на свой член.
— Ляг. — только и сумела прошептать я, снимая с запястья резинку и заплетая ей волосы в хвост.
— Аня, не халтурь! — рыкнул, надавливая мне на затылок, когда я в очередной раз провела языком вокруг головки вместо того, чтобы взять ее в рот.
— Мой минет, мои правила! — самодовольно заявила, продолжая в том же духе.
— Пьяная, ты вообще неуправляемая. — рассмеялся, заботливо убирая мои упавшие на лоб пряди.
Однако, когда я все-таки сжалилась над своим мужчиной, его хватило лишь на пару глубоких движений. Затем он снова перевернул меня в какую-то невообразимую позу и без предупреждения резко вошел внутрь.
Наши тела блестели от пота, но мы были единым целым, а все остальное могло подождать…
— Давай, моя хорошая! — прошипел, одной рукой со спины захватывая меня за шею, а другой продолжая поддерживать под животом.
Мы кончили одновременно. Редкие моменты, когда вы настолько совпадаете, что делите со своим партнером даже столь мимолетное удовольствие.
— Я люблю тебя. — зачем-то призналась, совершенно не беспокоясь о том, что завтра, на утро, если это не взаимно, мне будет ужасно стыдно за свою ночную слабость.
— Иди ко мне. — он поднялся на подушках, приглашая лечь ему на грудь. — Если завтра утром ты вспомнишь об этом разговоре и захочешь повторить эти слова вновь — знай, я буду счастлив. — А пока, — он сделал паузу, целуя меня в макушку, — я не думаю, что ты полностью отдаешь себе отчет в происходящем.
— Это значит, что ты меня не любишь? — сдавленным голосом просипела я, боязливо поднимая на Макса взгляд. Мне нужно еще шампанского, независимо от его ответа!
— Я люблю тебя, Аня. — покачал головой он, снисходительно прищуриваясь. — Но вот от тебя эти слова я бы хотел услышать, когда ты будешь трезвой. — пожал плечами.
Хрен ты что еще от меня услышишь! Тоже мне! Все, прошла любовь, завяли помидоры!
  
Глава 22
 
«Анют, просыпайся. — колючая борода прошлась по моей шее, спускаясь к груди и невыносимо щекоча.
— Отстань. — фыркнула я, обхватывая лицо Макса ладонями и убирая его в сторону.
— Просыпайся, пока на работу не опоздала. — он стянул с меня одеяло и стал покрывать мое тело укусами.
— Боже, ты невыносим! — захныкала, отползая от этого чудовища на самый край кровати.
— Вчера ты так не думала. — рассмеялся он, вновь настигая меня, только теперь уже с поцелуями.
— Вчера у меня были корыстные побуждения. — растянула ехидную улыбку я, доставая из шкафа шелковый халат и накидывая его на себя. — Так, я первая в душ! — уже из коридора поставила гостя перед фактом.
— Очень гостеприимно, дорогая! — крикнул вслед он, распластываясь по кровати в позе морской звезды.
Горячая воды освежила не только тело, но и мысли, поэтому спать уже, к счастью, почти не хотелось.
— Освоился? — поинтересовалась, рукой придерживая узел полотенца на груди.
Он стоял на кухне, взглядом гипнотизируя микроволновку, а повсюду витал невероятно аппетитный запах свежего кофе.
— Как видишь. — съязвил он, салютуя мне чашкой. — Ты будешь? Я сделал на двоих. — указал на стоящую на плите турку.
— Спасибо. — расплылась в улыбке я, обнимая Макса со спины. — Ты у меня такой заботливый! — протянула, прижимаясь к нему еще ближе, чтобы потрепать по волосам.
 
— Изыди! — завопил он, отстраняя меня за плечи. — Ты же вся мокрая! — простонал, разглядывая влажные разводы на футболке.
— Вчера тебе это нравилось! — скрестила руки на груди.
Судя по тому, с каким усердием закатились его глаза, отсылку к своей утренней фразе он распознал.
— Когда ты уезжаешь? — печка пискнула, и мой шеф-повар достал из нее горячие бутерброды. Заботливо водрузив тарелку на стол, он захватил с подставки свой недопитый кофе и уселся напротив меня. — Не стесняйся, угощайся. — осклабился, будто специально провоцируя меня на перепалку с утра пораньше.
— В пятницу вечером. — сделав глоток, я невольно поморщилась. Кофе оказался горьким. Понятно, очередной любитель истинного вкуса напитка. Наверное, еще и горячий чай холодной водой не разбавляет. — Скорее всего сначала придется отработать в офисе, потом — пара учеников. Аришу, с твоего позволения, поставлю на завтра.
— На чем поедешь? Хочешь, довезу тебя до вокзала? — сделанное предложение показывалось мне крайне выгодным.
— Не хочу отвлекать тебя от работы, — всыпав вторую ложку сахара, я наконец-то осталась довольна, — но, если тебе будет нетрудно — я с радостью. Кстати, — только сейчас я вспомнила, что я собиралась обсудить еще вчера, — давай ты больше не будешь манипулировать мной через Алевтину.
Макс ничего не ответил, он лишь невозмутимо пожал плечами и откусил кусок очередного бутерброда.
— Я серьезно! — выжидательно постучала ногтями по столешнице, на что он лишь раздражающе покачал головой.
— Я не понимаю, о чем ты.
Дорогой, поздравляю, у тебя Альцгеймер!
— Если ты так хочешь. — покладисто проурчала я. — Я имела в виду, что мне было очень неловко принимать от твоей матери твои, — я особенно выделила это слово, — деньги.
— Это была оплата урока с Ариной. — возразили мне.
— Макс, я, наверное, лучше тебя знаю, каков размер моей ставки. — буквально по слогам произнесла, чтобы информация как можно полнее уложилась в одной упертой голове. — Так вот, спешу напомнить, за урок с детьми возраста твоей дочери я беру на тысячу рублей меньше! Я хорошо зарабатываю, а эту сумму считаю грабежом!
— Ты все сказала? — иронично выгнул одну бровь он.
— Нет! — буркнула. — Чтоб ты знал, в следующий раз я сделаю из них самолетики и спущу с балкона.
— Я тебя услышал. — он встал и подвинул ко мне оставшиеся бутерброды. — Ешь, а то остынут. — чмокнул в макушку.
— Мы не договорили! — возмутилась я и, в попытке удержать его, схватилась за талию.
— Давай так, — он нагнулся ко мне, носом касаясь моего, — на эти деньги ты хотя бы будешь покупать еду, чтобы не получалось так, что я прихожу и опустошаю твой холодильник. — проурчал. И, Ань, — подумав, добил меня он, — твое счастье, что повысить на бОльшую сумму было бы действительно слишком подозрительно.
— Но для Алевтины я так и останусь сучкой, грабящей детей! — практически взвыла я.
— Она никогда не лезет в мой кошелек. Все вопросы, касающиеся моей дочери, решаю я сам. Финансовые, в том числе. — было мне ответом. — Я ей сказал, что сам хочу контролировать занятия с тобой. Мама, разумеется, была не против.
— А если в разговоре с Ириной, мамой Марины Пресняковой, Аришиной подружки, нечаянно выяснится, что сумма за занятия девочек — погодок разнится, то что мне делать?
— Если тебе это так важно, то за занятия ты можешь получать по-старому. Все остальное, сколько я захочу, буду кидать тебе на карту. Если что, скажу, что это была одноразовая акция на расходные материалы, и я просто не так выразился.
— Договорились. — вздохнула я и даже соблаговолила ответить на поцелуй Макса. То, что я так и не добилась своего, и он все-таки собирается давать мне деньги, так еще и с пометкой «сколько пожелает его царское величество», я поняла только когда дверь ванной хлопнула. — Между прочим я тебя люблю. — пробормотала, даже не предполагая, что он услышит.