Три побега из Коринфа (ЛП)
— Тебе пора идти, — сказал он странно строгим голосом.
Когда Меликл и Диосс зашли на корабль, все уже были на месте, готовые к отплытию. Толпы, пришедшие попрощаться, уже начали расходиться. Аргос с Даоссом были последними пассажирами, поднявшимися на палубу корабля по мостику.
Через некоторое время матросы подняли мостик и отвязали веревки, державшие корабль на причале. Меликл с Диоменом подали знак. Корабль слегка вздрогнул и затрясся, затем заработали весла. По толпе прошел один большой вздох.
Корабль стал отплывать.
Они уже прошли мимо набережной полной людей, уже отплыли из порта, уже первая широкая волна плеснула серебряной пеной в нос корабля, за ней последовала вторая, третья, десятая, пока огромный корабль не набрал скорость и не поднял все паруса. Зашлепали весла вдоль бортов, поднимаясь и опускаясь с глубоким вздохом. Ветер запел в парусах и в канатах, заскрипела мачта, и корабль зажил своей обычной жизнью, которой живут все моряки - корабль поплыл.
Меликл устремил горящий взор прямо перед собой. Все стоящие на палубе тоже смотрели в эту сторону, на север, где был виден пролив между двумя материками. Пролив открывался медленно, медленно, все шире и шире, как огромные ворота. ведущие в новый мир. Как их, иммигрантов, покинувших свою родину, встретит этот новый мир какая судьба им уготовлена, и ждет ли их там удача? Каждый хотел бы знать ответы на эти вопросы.
И только двоим на этом корабле было на все наплевать.
Полиникос и Эвклея стояли позади всех и смотрели друг на друга. Ветер растрепал у девушки черные волосы, и играл ими, прижимая к ее лицу, обвивая вокруг шеи, как бы обнимая. Эти взлохмаченные волосы скрыли от Полиникоса весь мир. Он ничего не видел перед собой и не желал ничего видеть. Он верил, что удача и так уже пришла к нему.
Когда через час Меликл еще раз взглянул на Милет, исчезавший вдали, он увидел небольшую черную барку, выходившую из порта. Сильный ветер нес ее прямо в открытое море, на запад. С каждой минутой она удалялась все дальше и дальше.
ЭПИЛОГ
Стоял мягкий весенний вечер. Тени склонились от морю и к горам. Солнце скрылось за южным горным массивом. Начинало смеркаться.
Небольшая парусная лодка сам по себе покачиваясь плыла по морю. Легкий ветерок тихонько двигал его на запад. В ней сидели два человека.
— Скорее всего, мы не успеем сегодня, — сказал один из них.
— Нет, мы должны успеть. Это должно быть где-то здесь, поблизости.
— Мне сказали в Трапезунде: это место находится там, где горы особенно высоки и круто спускаются к морю, и там еще находятся устье небольшой полноводной реки через долину. А, за этой долиной вдалеке среди гор виднеется гора, покрытый вечным снегом.
— Уже смеркается, так что мы пока ничего не увидим.
— Смотри! Я вижу на востоке горный хребет, долину и далекую гору, занесенную снегом.
— Тогда, давай поторопимся.
Было уже совсем темно, когда нос лодки ударился о гравий берега. Отсюда открывалось устье реки или, вернее, бурного горного источника, который изливал свои воды в пенящееся море. Несколько больших и маленьких лодок стояла у берега. Их силуэты резко отражались на фоне неба. Один из прибывших остался в лодке, другой отправился на сушу.
Недалеко, посреди кустов, виднелись очертания крыши. Оттуда доносились удары топоров, крики и голоса нескольких человек. Незнакомец спросил первого встречного, где находится дом Меликла Милетского.
Ему его показали. Дом был каменным, но еще недостроенным, и не заселенным, стены были построены лишь наполовину. Рядом с ним стоял крепкий деревянный сруб, сколоченный из грубых бревен. Незнакомец вошел туда. Молодой человек сидел за столом, освещенным маленькой масляной лампой. Позади него, в тускло освещенной комнате, сидела женщина с ребенком, на стене висело оружие. Когда молодой человек увидел вошедшего, он вскочил с места. Крик удивления вырвался из его уст. Они схватили друг друга за руки и крепко обнялись.
— Ты все-таки пришел сюда, Веджанус!
— Да, Меликл. Каким-то образом я смог до тебя добраться.
— Как тебе это удалось? Ты один? Один? …
— Со мной пришел еще один мой друг, последний, который у меня остался.
— А остальные где?
— Некоторые погибли в бою, некоторые вернулись на материк, остальные от меня ушли, вернее, я сам их уговорил и они ушли к другим вожакам. Я уже покончил со старой жизнью, Меликл!
Они стояли близко друг от друга и смотрели друг другу в глаза. Лицо Меликла все больше и больше оживало. Он удивленно покачал головой.
— В конце концов, этот парнишка оказался прав.
— Какой парнишка?
— Диосс. Мы говорили о тебе не раз и вспоминали тебя почти каждый день вместе с Полиникосом, его женой, Диоменом и другими друзьями. Никто не верил, что ты придешь когда-нибудь сюда. Никто, кроме Диосса. Он один единственный верил. Он скучал по тебе больше всех.
Пришедший быстро спросил: — А , где теперь этот мальчик, что он делает?
Вместо ответа Меликл взял Веджануса за руку и подошёл с ним к окну в бревенчатом домике. Он отдернул занавеску. Ночь раскинулась перед ним. Кругом стоял тишина. Был хорошая погода. Они молча смотрели в окно. Поселение уже спало; только здесь и там тихие голоса людей и животных эхом разносились над поселением.
Из ближайших зарослей кустов над рекой доносились печальные, протяжные звуки флейты.
Кто-то на ней играл. В темноте звучала приглушенная, пронзительная и успокаивающая мелодия. иногда она прерывалась, а затем начинала звучать снова. Она выражала все настроения вокруг, голос дремлющего поселения, тихий шепот ручья, ровный и далекий шум моря. Но иногда раздавались и другие, странные звуки, напоминавшие пение птиц и игривые мелодии наступавшей весны.
Веджанус потянулся и выпрямился, словно проснувшись от сна.
—Наконец-то, я дома, — сказал он твердым голосом. - Я остаюсь здесь
Глоссарий
Иеропаг – высший совет в Афинах.
Агоны – матчи, проводимые во время праздничных игр.
Ахиллес – герой Троянской войны. Его тело было неуязвимо, за исключением пятки.
Ахиллес был ранен Парисом в пятку и погиб под Троей (город в Маллой Азии)..
Арес – в греческой мифологии бог войны. Сын Зевса и Геры.
Архонт – член правительства республики.