Главный наследник НЕ скрывает свою силу. Том 4 (СИ)

— Дмитрий Михайлович, — вкрадчиво заметил он. — Рад, что вы согласились на моё предложение. Чудесный день, не правда ли?
Дмитрий Распутин, привставший с кресла, неопределённо пожал плечами и тоже хмыкнул, придав своему лицу чуть крысиное выражение лица.
— Ну, да, — согласился он. — Как минимум, неплохой.
* * *
Глория нетерпеливо барабанила маникюром по столешнице, ожидая, пока загрузится сигнал видеосвязи. Конечно, можно было бы позвонить Клотту и по телефону, но… в последнее время ей нравилось звонить по видео. Да что там: им всем нравилось.
Наконец, Клотт ответил.
Глория начала сразу с дела.
— Джейсон, — она хмуро посмотрела на лидера республиканской партии США. — Что за чушь? Мне только что звонил Кобретти, но он нёс какой-то спутанный бред.
Клотт неприязненно поморщился.
— Это было твоей идеей, Глория — отправить к Распутиным посланника, а не боевой отряд!
— Подумаешь… — протянула британская королева, изучая маникюр. — Временная заминка. Лучше скажи точно, что там произошло. Я поняла лишь то, что Михаил Распутин всё-таки оказался не так умён, как я думала, и вообразил…
— Не-а, — отозвался Клотт. — В том-то и дело. Не Михаил. Йошида.
Королева оторвалась от собственных пальцев и вновь уставилась прямо в экран.
— Хочешь сказать, — уточнила она, — наследник? Даже не глава рода?
Клотт лишь развёл руками.
— Кобретти сказал, что Распутин буквально раскатал нашего посланника, — Глория чуть приподнялась, хмурясь. — Я могла допустить, что у Михаила хватит сил справиться с ним; всё-таки по личной силе он непревзойдённый боец. Но младший?
— Это то, что рассказал посланник, — кивнул Клотт.
— Йошида, — ещё раз повторила Глория. — Тот самый парень, который вышел из девятилетней комы меньше недели назад.
— Он.
— Тот, которого девять лет назад…
— Он самый.
— Ты уверен в этом? Это не может быть какой-то…
Глория замялась, стараясь подобрать слово; Клотт отрицательно покачал головой.
— Думай что хочешь, Глория, но мы имеем то, что имеем. Коматозник действительно имел наглость отклонить наше предложение и едва не изувечил посланника.
Глория помолчала пару секунд, барабаня пальцами по столу.
— Ладно, — кивнула она. — Похоже, давать Распутиным шанс покончить с этим мирно было… бесполезной идеей.
— Думаю, в глубине души мы знали, что так и будет, — согласился Клотт. — Распутины слишком большого о себе мнения, чтобы согласиться на наши условия по-хорошему.
— Что ж, — подытожила королева, — придётся разобраться с ними по-плохому. Даже если этот паренёк, вышедший из комы, какой-то вундеркинд, что он сделает один?
Она тряхнула головой.
— Думаю, нет нужды спрашивать о приготовлениях?
— Всё уже готово, — подтвердил Клотт. — Всё уже готово. Распутины будут сильно удивлены, узнав, как ничтожна их «сила» на общем фоне… совсем скоро.
Он сухо улыбнулся.
— Только вначале проконтролирую, чтобы этот идиот-посланник был уволен без рекомендаций.
  
Глава 3
 
Нет ничего более беспомощного, безответственного и испорченного, чем хитрые планы.
Их приятно продумывать, чувствуя себя самым умным. Их весело разыгрывать, как по нотам. И иногда — примерно в одном случае из ста — они даже срабатывают.
А в остальных девяноста девяти случаях, если план состоит из двух элементов (не говоря уже о большем количестве) — всегда появится какой-то третий, непредвиденный элемент, который напрочь сломает всю цепочку. Так что я давным-давно взял себе за правило действовать как можно более просто и прямолинейно. Да, такой метод тоже не идеален… но, в конце концов, все проблемы, которые он может вызвать, ожидаемы и понятны.
Вот и сейчас. Имея перед собой цель разбить ударное крыло клана Медведевых, попутно вербуя на свою сторону Волкова, можно было десятком различных способов, однако я выбрал самый простой.
Старая добрая провокация и засада. Нестареющая классика! Я улыбнулся.
Судя по крикам и топоту ног, доносящимся с арены, Медведевы были уже здесь. Вот и отлично.
 
— Что ты задумал? — Вульф, прижимая к себе перепуганную дочку, глядел на меня круглыми глазами. Возможно, сам по себе он был и не робкого десятка, но когда речь шла о безопасности семьи, всё менялось. — Они наверняка оцепили все выходы, через чёрный ход не…
— А что, похоже, что я собираюсь куда-то бежать через чёрный ход? — меланхолично заметил я, прислушиваясь к звукам.
— …на арену можно выпустить тигров, — Вульф почесал затылок. — Но не думаю, что цирковые тигры надолго их задержат. Если только…
Я хмыкнул. Странный человек. Выдумывает каких-то тигров, когда и так всё понятно. Односложный план, простой, топорный и эффективный.
— Пошли, — махнул я рукой. — Оставь тигров в покое.
…мы вышли из-за кулис неторопливым шагом, и как раз вовремя. Последние посетители цирка уродов скрылись, а между рядов быстро и собранно продвигались крепкие ребятки в закрытой форме силовиков, человек десять. Обычные безликие головорезы, отличаемые от прочих лишь шевронами с гербом клана Медведевых.
Все, как один, кроме…
— Ха! — голос прогремел под куполом так, что некоторые люди за моей спиной аж присели. — Кого я вижу! Распутинский щенок!
Что и говорить, акустика под цирковым куполом была поставлена на славу.
Я лишь молча склонил голову на бок, внимательно изучая говорящего. А тот, похоже, был уверен в себе как никогда.
— Глядите, парни, как нам повезло, — на лице типа играла самодовольная ухмылка. — Два мудака по цене одного! Собирались грохнуть предателя Вульфа, а нашли ещё и Йошиду Распутина!
Заморгав, Вульф уставился на меня. Похоже, до него только сейчас дошло, кто я такой.
Я же продолжал глядеть на парня. Тот, что и говорить, смотрелся… колоритно. Немногим старше Йошиды, но мускулатура буквально выпирала; руки казались приделанными к байкерской жилетке с меховой оторочкой, из-за чего этот тип казался похожим на экшен-фигурку. Довершала этот образ непропорционально маленькая голова, украшенная рыжей причёской с острыми прядями во все стороны и буроватый шрам через пол-лица.
Двигался этот парень тоже иначе — напористо, но в то же время расслабленно, как школьный хулиган из фильмов 80-х. Разведя руки в стороны, он раскрыл ладони — и на них расцвело по пучку тёмно-багрового пламени.
— Может, сегодня мой счастливый день? — парню определённо не нужен был собеседник; он продолжал разглагольствовать, пока его подчинённые окружали нас плотным кольцом. — Ты вообще в курсе, сколько денег дают за твою тупую башку?
Я переглянулся с Вульфом; тот замер, не отводя взгляда от парня.
— Ты жив только потому, что все остальные — ссыкуны и трусло! — продолжал рыжеволосый парень. — Все боятся пробовать. Но тебе не повезло, Распутин. Ты попался тому единственному, кто не боится!
Большой палец его горящей руки ткнулся ему в грудь.
Хлоп.
Хлоп.
Хлоп.
— Ну, тогда мне конец, — заметил я, хлопнув в третий раз. — Ведь я столкнулся лицом к лицу со страшной угрозой: парнем, который много болтает. Удивительно. Никогда раньше таких не встречал.
— Ха! — рыжий осклабился ещё сильнее. — Ты дерзкий! Но тупой, если думаешь, что сможешь меня заболтать.
Он подкинул в руке огненный шарик; от ладони полетел сноп искр. Я приподнял бровь. Он что, правда считает, что простейшие фокусы из области пирокинетики выглядят впечатляюще и устрашающе?
— У меня к тебе предложение, Распутин, — хохотнул рыжий, теперь уже перекидывая комок раскалённой плазмы из одной руки в другую. — Ускорь нам задачу. Передай нам предателя, и тогда ты умрёшь быстро. Слово настоящего аристо!
Я лишь улыбнулся в ответ. Ну правда. Почему все на этой планете хотят при первой встрече грохнуть меня? Что за странная традиция?
Люди Медведевых выстроились полукольцом, окружив нас троих — меня, Вульфа и его дочь. Кто-то целился в нас из огнестрела, кто-то, как и рыжий, готовился применить магические навыки.