Право на жизнь (СИ)
Разрушить грань?!..
Ха… Мать всеблагая, дай хоть крупицу разума твоей дочери! Научи делать правильные выводы из имеющихся предпосылок. А имеем мы следующее: Демона льда, вернувшегося к западным завоевателям. Положим, Харатэль замыслила очередной хитрый ход и уверена, меченый действует по ее приказу. Но что мешает Юнаэтре считать также? Почему не отличающаяся наивностью и сантиментами Вестница Смерти приняла обратно вероятного доносчика и позволяет вольготно разгуливать среди войск?
Объяснение одно. Рик ей зачем-то нужен и нужен так сильно, что среброкосая готова, фигурально выражаясь, закрыть глаза на риски. А учитывая высказанное прямо желание воскресить N’eari, предполагаю, что Юнаэтра не отказалась от плана использовать северного командора в качестве сосуда для Владыки Хаоса, и не исключено, что мешает ей только Печать.
Нужно предупредить Рика!
Но как?
Крис! Уж прохвост-рыжик должен знать, как связаться с меченым!
Следующую пару минут я, точно ужаленная в энто самое место, носилась по комнате, на бегу натягивая одежду и оставляя за собой паровой след от высушенных магией волос. В последний момент уже у порога оглянулась на разгром: беспорядочную кучу вещей на лавке (уронила стопку с бельем, когда вытаскивала с самого низа чистую рубаху, потом сгребла как попало, лишь бы не оставлять на полу), сбитый на бок табурет, валяющуюся под лавкой расческу и апогеем всего — корыто, окруженное блестящей лужей воды.
Маленькая ты, Ланка, как любит повторять одна рыжая язва, а сколько от тебя хао… Стоп! Не поминай имя Древнего! А то ведь откликнется! Я захлопнула дверь, вместе с ней обрывая и мысль. Выскочила из дома, на ходу засовывая руки в рукава тулупа. Едва не сшибла алого, поднимающегося по ступеням. Вцепилась в него как клещ.
— Где он?!
На лице рыцаря серебра отразилось закономерное непонимание, и я точнее сформулировала вопрос.
— Крис… Кристофер тиа Элькросс, каратель, пришедший со мной утром. Где он?
— Они с эссой Иньлэрт направились к точке сопряжения сфер.
— Давно?
— Минут десять назад. Леди Ланкарра, вам просили переда…
Не дослушав, я выскочила за калитку, надеясь успеть. Пожалуй, моему старту позавидовали бы и опытные бегуны. Но Крис! Какая зараза! Ушел и даже не подумал попрощаться! Небось побоялся, что увяжусь следом!
Портал находился за околицей. Вытоптанный пяточек посреди занесенной сугробами нивы вызывал у местных жителей вполне объяснимые опасения и пересуды. Крестьяне недоумевали, что могло понадобиться оккупировавшим деревню пришельцам на засеянном озимыми поле и почему «гости», уходившие за околицу, не всегда возвращались.
Мое появление спугнуло двух таких любопытствующих сорок, забравшихся на лавочку у крайнего плетня и пытающихся разглядеть темные силуэты за стелющейся по земле поземкой. Драконов было двое, значит, Исхард не успел активировать заклинание перехода.
— …А я говорю, смертоубийства там затеваются! Доброе-то дело от людских глаз не скрывают! У белого взгляд что лед, кровь в жилах стынет. Троих вчера туда отвел — ни одного потом не видели. Глядишь, еще почище предыдущих кровопийц разойдутся! Своих переведут и за нас примутся! Тикать надо, пока не поздно.
— Брехня, — неуверенно отозвалась ее товарка. — Лука говорил, все там облазил. Чисто, следов нет. Ни крови, ни иных. Да и по рыжему не скажешь, что наказывать ведут.
— Кто их иродов разберет. Только ржицу попортили…
Кому война, а кому урожай на будущий год — все верно: драконы, маги и прочие «герои» приходят и уходят, а кормить детей нужно всегда. Да и те же маги, не говоря об обычной пехоте, на пустой желудок много не навоюют. Поэтому дальновидные полководцы тружеников полей стараются не трогать, как не режут овец, которые дают шерсть. Ведь изначальная цель большинства войн — преумножение богатства и могущества собственной страны, а какой прок с выжженного пепелища? Ни налогов, ни другого прибытку.
Этой деревне не повезло. Юнаэтра хотела уничтожить подлунный мир, а не взять его в качестве трофея, и не считалась с жертвами — ни со своими, ни, особенно, с чужими. Когда я пробегала мимо, селянки поспешно опустили глаза и скрылись в доме.
Узкая расчищенная тропка виляла между сугробами, то пряча от меня цель, то позволяя убедиться, что эсса не закончил плетение. Поднажми, Ланка, еще чуть-чуть.
Кристофер замер в центре условного круга — сосредоточенный, отрешенный, но за напускной серьезностью взрослого карателя я видела шаловливого мальчишку, едва удерживающегося, чтобы не показать сопернику напоследок язык. Заметив меня, друг махнул рукой.
Исхард хмурился, вероятно, догадываясь о мыслях рыжего. Доставало одного желания эссы, чтобы устроить непочтительному алому жесткое приземление или вообще отправить в какое-нибудь глухое болото, но северный лорд никогда в работе не руководствовался личной неприязнью. Как и для Харатэль, долг всегда был для него на первом месте.
— Стойте!
Поздно. Заклинание перехода наполнилось энергией.
Нет уж! Так просто ты от меня не слиняешь!
Не думая о последствиях, я с разгона прыгнула в центр схлопывающегося портала!..
Кажется, я на секунду потеряла сознание. Или не на секунду.
— …Ланка?! Какого Хаоса ты творишь?!
Именно что Хаоса — это Крис верно подметил. Точнее, прорычал в лицо. Похоже, друг не на шутку разозлился, когда я свалилась ему на макушку, и собирался высказать все, что он думает по поводу подобных авантюр. Возмущенный вопль рыжика остался без ответа — в ушах до сих пор звенело, глуша слова.
Если бы я чувствовала себя немного лучше, наверное, изобразила раскаяние, ведь Крис прав. Что, скажите, стоило дождаться окончания заклинания и попросить Исхарда телепортировать меня следом за карателем?! Он бы удивился, конечно, но вряд ли отказал, особенно, если бы я объяснила, что дело важное и срочное, касается безопасности Южного Храма. Или еще проще — использовать заклинание связи, как с сестрой? Да уж, эсса, вечно умные мысли забредают в вашу дурную голову с большим опозданием. Если вообще забредают.
Повезло еще, что не потеряла «по пути» какую-нибудь архиважную часть тела, хотя, мучает меня подозрение, желудок-таки задержался на исходной точке дольше положенного, иначе с чего так мутит!
— Идем!
Двоящийся в глазах каратель безжалостно, оправдывая принадлежность к крылу возмездия, оторвал меня от осины, с которой я обнималась последнюю минуту, и потащил за собой.
Земля взбрыкивала не хуже необъезженного жеребца, норовя поменяться с небом местами. Заснеженные ели сорвались в русийский пляс, а горы на горизонте дрожали как желе, то вырастая в неприступные пики, то складываясь в пологие холмы. Хотелось покоя. Присесть, а лучше лечь. Но друг упорно тянул вперед, расточительно тратя ману, чтобы шагать по сугробам, как по расчищенной брусчатке центральных улиц Иньтэона.
Куда же мы спешим?
— Крис…
— Бодрее шевели копытами, мелкая. Может, успеем до активации.
Я опять споткнулась. Друг, раздраженный проволочкой, попросту перекинул меня через плечо, как в Подковке. Определенно, это не мой любимый способ путешествовать, хотя, возможно, еще пару раз — и привыкну. В конце концов, мужчины редко носили меня на руках, а уж когда это случалось в сознательном состоянии, и вовсе можно пересчитать по пальцам. Наслаждайся, Лана.
Еще бы не укачивало так сильно!
Я уже собиралась взмолиться о пощаде, но тут Крис сгрузил меня у очередной ели и потребовал не терпящим возражений тоном:
— Открывай портал! Живо!
Сосредоточиться, если мир бросает как ветхую шхуну в десятибалльный шторм, головоломка не из легких. Но я честно попробовала воспроизвести давешнее плетение. Распустила, начала заново. Еще раз. Хорошо, Крис удерживался от язвительных комментариев по поводу моих «шедевров» колдовского искусства, понимал: замечаниями под руку сделает только хуже.
Почему-то вспомнилась Каттера. Однажды я застала старшую эссу со спицами и мотком пряжи. В детстве вид строгой советницы сестры, вяжущей внукам шарфики, показался мне забавным. Сейчас я оценила чужое увлечение по достоинству: неплохая, наверно, тренировка для пальцев, тоже, что ли, заняться? А то чувство, будто вместо кистей у кое-кого куриные лапки, которыми этот кто-то пытается вдеть корабельный канат в игольное ушко.