Учительница в школе для маленьких магов (СИ)

— Да. Но если тебя это успокоит, это дарит тебе защиту от ментального влияния других. Маги с подобной силой часто выполняют настройку на важного им, близкого человека, — Алессандро взял меня за руку, а я, совершенно растерянная, даже не решилась её убрать. — Я всё ещё могу, впрочем, общаться с другими магами, имеющими схожий дар. Например, с лордом Теодоро. Он настроен на свою жену, к слову.
Это меня несколько смутило. Я вновь посмотрела на пальцы Алессандро, сжимающие мою ладонь, и почувствовала, что краснею пуще прежнего.
— Но я-то тебе не жена, — отметила я. — Потому нет никакой логики в том, что ты… Настроен на меня. Это можно как-то отменить?
— Я настроен на тебя, потому что провел тебя в наш мир и у нас контракт, — терпеливо пояснил мужчина. — И да, отменить эту связь возможно, и это не так сложно сделать, но я не стану.
— Почему? — удивилась я. — Тебе ведь самому должно быть не слишком… Удобно.
— Быть может, — легко подтвердил Алессандро. — Но мне нравятся твои мысли.
— Так ты слышишь их все?! — ужаснулась я.
Как мне в таком случае выбраться отсюда?!
— Отсюда тебе не выбраться никак, и брось эти дурацкие планы о побеге, — серьезно ответил он. — Но я слышу не всё, об этом можешь не переживать. Только когда ты швыряешь в меня своими мыслями, как оружием. Вот тогда да. Тогда слышу. Но у мысленного потока есть не только явное, выраженное словами. Есть… Это как парфюм. Легкие следы аромата. Мне, можешь считать, нравится аромат твоих мыслей. Но я постараюсь не ловить смысловой поток, ну, и ты можешь научиться блокировать его, чтобы мы могли общаться, только когда оба того желаем. Всё-таки, я не собираюсь принуждать тебя к мыслительному контакту, это было бы очень жестоко.
Я рассеянно кивнула и подняла на мужчину растерянный взгляд. Замерла, до конца не понимая, что должна сделать…
Алессандро же, кажется, имел очень четкий план действий. Потому что он внезапно наклонился ко мне и нежно поцеловал в губы.
В первые секунды я замерла, невольно поддаваясь поцелую. Почувствовала, как в меня перетекает что-то горячее, да что там — жгучее, словно раскаленная лава… А потом, опомнившись, отпрянула и изо всех сил ударила Алессандро по лицу.
Пощечина получилась звонкой. Он дернул головой, даже не попытавшись уйти от удара, и заметно скривился. Потер щеку, словно превозмогая боль, а потом раздраженно отметил:
— Я бы сказал, это весьма грубо.
— Грубо — целовать девушку без разрешения, — отрезала я. — У меня жених, и я намереваюсь хранить ему верность, пока не вернусь в свой родной мир. Опережая вопросы: мне всё равно, что он будет делать этот год. Я пока не этого не знаю. И разочаровываться я намереваюсь по факту, если вдруг придется, а не ориентируясь на досужие домыслы.
Однако было бы глупо не признать, что губы у меня сейчас огнем горели, и я ровным счетом ничего с этим не могла поделать. Кусала их, пытаясь прийти в чувство, сглатывала слюну в надежде избавиться от кома в горле, но тщетно.
— Я поставил ментальную защиту, — протянул Алессандро. — Чтобы не мог случайно улавливать твои мысли, пока ты этого в самом деле не захочешь и не откроешься.
Я отступила от него на шаг.
— Через поцелуй?
— Да. Такая магия проще всего накладывается через тесный физический контакт. Либо с помощью кровавых ритуалов. Я посчитал, что в данном случае это совершенно лишнее, но, если ты хотела, чтобы тебе резали руки, надо было сказать…
— Возможно, и хотела. Меня же никто не спросил, какой вариант я предпочитаю, правда? — язвительно поинтересовалась я. — Удивительно. Откуда же мне было знать, зачем меня целуют?..
— В таком случае, извини, — лениво пожал плечами мужчина.
— Ты поцеловал меня, потому что хотел этого.
— Да. И тебе понравилось.
— Мне было жарко, и я полагаю, что это последствия магии, — заявила я. — Но таять от одного случайного прикосновения я не намерена совершенно.
— Все так говорят.
Я скрестила руки на груди.
— Вы желаете проверить, лорд Ренци? — язвительно поинтересовалась я у него, до конца не понимая, зачем вообще бросаю этот вызов. — Или никак не можете смириться с мыслью, что можете быть кому-то неинтересны? Я, может, и боялась — но теперь, после поцелуев, уже и страха не осталось, одно только раздражение.
 
Алессандро вздохнул.
— Ты так хочешь домой, что за этим не замечаешь ничего больше…
— Моё право.
— Да, — кивнул он. — Но я в самом деле всего лишь устанавливал защитное заклинание. Так действительно легче. В следующий раз буду спрашивать, если ситуация не окажется критической.
Я подозрительно скосила на него взгляд, а потом заставила себя вернуться обратно к учебным планам, разложенным передо мной. Надо сосредоточиться на работе, которую за меня уж точно никто не сделает, и Алессандро в первую очередь. Меня сюда не просто так наняли.
— Что ж, — я попыталась говорить как можно сдержаннее, — если мы вернулись к рабочему настрою… мне необходимы листы чистой бумаги, письменные принадлежности. Консультант — этот вопрос мы, впрочем, решили. Стол, а лучше отдельный кабинет.
— Можно работать здесь, — предложил Алессандро.
— Нет, — отмела я эту вероятность, стараясь не думать о жаре, растекающемся по моему телу. — Оно-то, конечно, можно, но мне не постоянно нужен консультант, а работа в одном кабинете предполагает постоянный контакт. Совершенно лишний, я бы сказала.
В какую-то секунду мне показалось, что в моих мыслях что-то шепчет, подталкивая всё-таки согласиться и не создавать лишних проблем. И вновь вспомнился поцелуй, а вместе с ним и острое осознание: да, может, он и наложил на меня заклинание, но не обязательно то, о котором идет речь. Возможно, на самом деле Алессандро просто пытается задурить мне голову? Зачем-то ему это нужно…
Знать бы только, зачем.
— Хорошо, — промолвил он. — Будет отдельный кабинет. Я провожу. Думаю, пока что можно занять кабинет начальника службы безопасности, он всё равно пустует. Сейчас эта должность упразднена.
— Надо же.
— Да, о безопасности учеников могу позаботиться я сам.
Я велела себе не задавать лишних вопросов. Просто сгребла в кучу бумаги, валявшиеся на столе, все, которые сочла необходимыми для дальнейшей работы, прижала их к груди и потащила к выходу. Алессандро не стал препятствовать, но последовал за мной. Он выпустил меня в коридор, провел к соседнему кабинету и отворил его. Внутри в самом деле было совершенно пусто — опустошенные шкафы, свободный внушительный стол. Я поспешила к нему, чтобы вывалить все собранные бумаги, и повернулась к Алессандро. Он стоял в дверном проёме и как-то странно смотрел на меня. Так, что я, не выдержав, спросила:
— Когда год закончится, меня ведь никто не отпустит в мой родной мир, так? Это нереально, я правильно понимаю? Почему ты пытаешься убедить меня в том, что моя судьба — остаться здесь?
Алессандро рассмеялся.
— Нет, вернуть тебя реально. Но я бы не сказал, что это хорошая идея.
— Почему?
Он пожал плечами.
— Потому что в тебе есть магия.
— В каком смысле — есть магия? — недоуменно спросила я.
— В тебе есть магия, и я её чувствую, — твердо промолвил он. — Сила, которой в тебе быть не должно.
— Элеонора говорила, что я, напротив, хуже ощущаю магию, потому и не пострадала, налетев на пентаграмму, — возразила я. — Так о какой же магии внутри меня идет речь? Откуда бы ей там оттуда взяться?
— Не знаю, — пожал плечами Алессандро. — Но отсутствие ответов на вопросы не заставит меня отступить. Я уговорю тебя остаться в этом мире, если хочешь правды. Но пока тебя всё равно держит год действия контракта… Вернемся к работе?
— Пока что я поработаю сама, — отрезала я. — Оставь меня.
Он вышел, а я, оставшись наедине с документами, шумно выдохнула воздух.
Кажется, сложностей будет ещё больше, чем я ожидала.
5
Дома, когда мне было плохо, тяжело на душе, я пыталась отвлечься работой. Так поступила и сейчас, вникая в хитросплетения учебного плана.