Точка перехода (СИ)

Новый Год снова отмечали у нас. Тёща была счастлива, что дочь с зятем хоть три месяца побудут дома, поскольку уже знала, что "по весне" мы опять отбываем в Береговой, откуда вернёмся морем лишь после окончательной достройки судна и завершения его испытаний. Только состав празднующих расширился: к прошлогодней компании добавились Софи с Жераром и подруга Андрея, статная черноволосая этническая гречанка Диана из Донбасса.
Что вам рассказать про мокрый сезон на Новой Земле? Кто его не пережил - всё равно не поймёт, а кто жил в этом мире с середины 10 месяца по середину 2, и без рассказов знает, что жизнь, по крайней мере, деловая и общественная, в это время едва теплится. И все с нетерпением ждут, когда из-за туч появится солнце. Напрягает это вынужденное затворничество! На Старой Земле, если замучили дожди или снегопады, можно было сесть на самолёт с серебристым крылом и улететь куда-нибудь за тридевять земель, чтобы погреться на тёплых пляжах. А здесь - куда только эти оторванные ураганным ветром серебристые крылья полетят, если самолёт не загнать в ангар!
Именно поэтому мы, старожилы Новой Земли (два пережитых мокрых сезона позволяют так себя называть), так радуемся, когда непроницаемые тучи начинают уползать в сторону моря, а ливни сменяются тёплыми мелкими дождичками. С этими переменами в погоде и начинает оживать Порто-Франко, предвкушая открытие Ворот и возобновление потока переселенцев.
А мы предвкушали радостное событие, ради которого нужно лететь несколько тысяч километров за четыре часовых пояса - спуск на воду моего баркаса.
Пожалуй, корабль, который ты строишь, это как ребёнок. А момент, когда он впервые раздвигает своим форштевнем волну - всё равно, что его рождение. И в Береговом нам предстояло принимать эти роды. Поэтому волновался и я, волновалась и Наташа, назначенная "крёстной матерью" судна. Бутылка шампанского, которую она должна будет разбить о борт, уже закуплена и уложена в наш багаж.
Багажа собралось немало. Это и наши вещи, которые понадобятся в Береговом, пока идёт достройка и испытания судёнышка, и во время путешествия в Порто-Франко. И оборудование, пришедшее из-за ленточки ещё перед мокрым сезоном. И подарки нашим знакомым в ПРА. Джо, пилот "Сессны-Караван", опять нанятый мной для перелёта, даже чуть расстроился:
- Вы что, собрались насовсем в Береговой уехать? А я так надеялся, что будете моими постоянными клиентами!
- Да нет, Джо. Ни в Береговой, ни в Протекторат Русской Армии мы переезжать не собираемся. Но и назад с тобой не полетим: мы опять морем возвращаться будем. Но уже на собственном судне. А эти коробки - как раз оборудование для него.
- Ну, тогда я надеюсь, что вы, Ник, моим пассажиром ещё не раз будете!
- И я надеюсь! - уверенно соврал я.
Порто-Франко, 20 год, 04 месяц, 36 день, пятница, 08:00
С Днём Победы!
Блин, если бы не компьютерный переводчик дат, хрен бы мы тут знали о праздниках, которые сейчас наши друзья на Старой Земле празднуют!
При спуске моего судна на воду всё прошло благополучно. И бутылка с шампанским, брошенная Наташей, словно бомба, рванула о заботливо прикрученную к борту металлическую пластину (а вы хотели, чтобы толстостенный сосуд разбился о фанерную обшивку?), и на воду баркас встал ровнёхонько. Почему это обезличенно "баркас"? У него теперь собственное имя есть!
- Нарекаю тебя "Удача"!
Именно с этими словами моя жена запустила шампанским в борт судна.
После того, как отгремели аплодисменты, а присутствовавшими на церемонии были выпиты последние капли вина, "Удачу" отбуксировали к достроечной стенке, возле которой ей и предстояло обзавестись мачтами и значительной частью оборудования, привезённого нами с собой.
Про последние выпитые капли я вру. Светка Галанова, округлившийся животик которой уже бесполезно было скрывать одеждой, лишь пригубила свой стаканчик.
 
Среди свидетелей рождения моего детища оказался и Семён Маркович Райзман. Я его заметил в небольшой толпе сразу, но поприветствовал лишь с бокалом в руках.
- Неужто вы уже на пенсию вышли? - удивился я тому, что снабженец ещё не в Порто-Франко или на пути к нему.
- Да кто же мне даст спокойно отдохнуть? Я и сам надеялся, что с первым конвоем отправлюсь. Но задержали зачем-то. А потом ещё и направили сюда, чтобы я вам, Николай Валерьевич, передал персональное приглашение Демидова прибыть в его кабинет через три дня. И сопроводить вас. Вы не знаете, что бы это могло значить?
Некоторые мысли по этому поводу у меня возникали, но можно ли было ими делиться с Райзманом, я не знал. Поэтому недоумённо пожал плечами.
- А ещё Михаил Степанович приказал ознакомиться с вашим судёнышком и его будущей командой. Насколько я знаю, вы ведь её специально за ленточкой вербовали?
- Ну, тогда давайте завтра с утра этим и займёмся. Честно говоря, я тоже ещё не видел, чего понаделали судостроители за время моего отсутствия.
Предчувствие меня не обмануло.
Демидов был краток. Но тремя предложениями, которые он произнёс за всё время приёма, он сумел ввести Семёна Марковича в ступор.
- Райзман уже доложил всё, что мне нужно было знать, и он будет моим представителем на твоём корабле. А ты будешь беречь его не меньше, чем Данилу-мастера. Маркыча я проинструктирую, когда нужно будет.
Снабженец оправился лишь на парковке перед административным зданием, где я оставил позаимствованную у Светки для этой поездки "Витару".
- Николай, хоть вы мне объясните, в чём дело!
- Это не мои секреты, Семён Маркович, - умоляюще глянул я на своего давнего знакомца, и снабженцу не оставалось ничего, кроме как тяжко вздохнуть.
Будущая команда "Удачи" за мокрый сезон сделала всё, чтобы достройка на воде заняла минимум времени. Мачты, такелаж и рангоут, а также привезённые мной приборы смонтировали молниеносно. И буквально в течение недели баркас прошёл все испытания. После чего встал под загрузку, чтобы отправиться в свой первый рейс.
Рейс, как рейс: доставка бочек с моторными маслами до Шанхая. А также три пассажира: судовладелец каспийского баркаса "Удача", имевшего водоизмещение 110 тонн и грузоподъёмность 33 тонны, Колесов Николай, его жена Колесова Наталья, а также очень задумчивый сопровождающий груза, представляющий нефтеперегонный завод Берегового, Семён Райзман. О том же, что топливные баки судёнышка вмещают не 2,5 тонны, как представляет себе знакомый с проектом 330 подобных баркасов, а все 8 тонн, и ёмкости для пресной воды не полуторакубовые, а шестикубовые, каждому встречному-поперечному мы рассказывать не собираемся. Ну и плюсом ко всему - небольшая опреснительная установка на камбузе...
Ах, да! Прощание в Береговом...
Иришка, дочь Светланы, и ко мне подкатывалась ласковой кошечкой, чтобы мы взяли её "покататься на кораблике", и мою жену пыталась разжалобить горючими детскими слезами. Причём, главным её условием было "вы только маме не говорите!" Светка же, хихикая в кулак, делала вид, что не замечает дипломатических усилий своей хитрюли. А когда девочку, окончательно расстроенную обещаниями "в следующий раз - обязательно!", отправили спать, Галанова неожиданно грустно вздохнула:
- Жаль, что вы нашего сына не увидите!
- Как это не увидим? В следующий раз, когда в Береговой придём...
- Коль! - оборвала она меня. - Мне-то не надо врать! Я же тебя, как облупленного знаю. Поэтому буду молчать, как партизан на допросе, о том, что вы не вернётесь. Даже Лёшке во сне не проболтаюсь! Но мне действительно жаль, что вы его не увидите.
И она честно отработала свой номер, крича с пристани, когда под кормой "Удачи" забурлила вода, и полоска воды между бортом и пирсом медленно начала увеличиваться: