Лекарь для захватчика (СИ)

Останавливаюсь, понимая, что не могу.
Вот так уехать – нет, никак не получится.
– Лорд Денвер, – говорю я, и тот внимательно вглядывается в мое лицо. – Вы присягнули мне в верности.
– Да, – его глаза щурятся.
– Тогда вы примите мое решение, – заявляю я решительно. – Я не стану рисковать жизнью его величества и останусь с ним, пока не буду уверена, что он поправится. Он объявил свою волю, назвав меня королевой Саореля. И первое, что я сделаю, как королева, нарушу его приказ. Я предпочту его, даже если он приказал мне уехать, и буду с ним до конца. Получится или нет, я не оставлю его.
  
Денвер смотрит спокойно, а потом понимающе усмехается.
– Хорошо, – вдруг соглашается он, будто понимая всю тщетность попыток меня вразумить. – Но я его приказ нарушить не имею права. Я расчищу вам путь к трону и буду ждать вас, ваше величество, для коронации. Я удержу столицу столько, сколько вам понадобится, чтобы поставить его величество на ноги.
– Я постараюсь с этим не затягивать.
– Тогда наши пути ненадолго разойдутся.
Благодарю Гийома за гостеприимство, прошу разбудить меня через пару часов и закрываю дверь, оставаясь в покоях одна. Скидываю платье и вползаю под тяжелое одеяло.
Сложно представить, что мне предстоит стать королевой. Быть женщиной в этом мире нелегко. Быть к тому же врачом по призванию – еще сложнее. Оказаться вдруг королевой – бред. А матерью будущего императора – это, вообще, за гранью. Но я не привыкла сдаваться – значит, будут в этом мире и больницы, и университеты, и коронованный кардиохирург из другого мира... Будет вам цивилизация, господа.
А через два часа я снова в седле. Денвер выделяет мне людей. Кристиану Эрту возвращается звание капитана, и теперь он сопровождает меня обратно в лагерь. И межу нами, кажется, все проясняется – Кристиан знает, что я не просто принадлежу другому, но и влюблена всем сердцем.
Путь назад наполняет меня переживаниями.
Врываюсь в лагерь, точно вихрь. Спрыгиваю с лошади и сразу направляюсь в шатер его величества. Боюсь войти – сердце бьет на разрыв. А, когда все-таки решаюсь, в горле все пересыхает.
Медленно подхожу к постели императора. Софи, которая дежурит рядом, лишь молча отступает. Я осторожно отдергиваю полог, и ноги у меня подкашиваются. Уголок губ дрожит от нервного напряжения.
– Ты всегда все делаешь по-своему, Анна? – слышу охрипший мужской голос.
Его голос.
Медленно оседаю на пол, с трудом сдерживая слезы.
  
Эпилог
 
Послы из Эрлиана недоуменно слушали герцога Бреаза, который самодовольно и самозабвенно говорил о королеве Саореля. Говорил так, будто речь шла вовсе не о той взбалмошной, капризной принцессе, которая доводила двор Эсмара своими выходками. Послам казалось, будто их водят за нос. Вот только уже который день они только и слышали, что «королева Антуанетта сделала то или это», а еще, что она проявила колоссальное мужество при сражении у графства Пэр, что лично выхаживала раненных и даже самого императора Эсмара. Но и это было не все: разработка эфира – ее рук дело. Мэтр Финч так прямо и заявил – без королевы Саореля он не ступит и шагу, и все договоренности должны быть достигнуты в первую очередь с ней.
Это казалось невероятным.
Одна маленькая красивая женщина каким-то чудным образом подчинила себе половину мира. И не силой. Вовсе нет. Хотя и военная мощь ей пригодилась – лорд Гийом Денвер со своим войском занимал столицу Саореля почти месяц прежде, чем состоялась ее коронация.
Поговаривали, что после сражения при графстве Пэр все, кто выжил с помощью ее волшебного лечения, чествовали ее, преклонив колени. А еще ходили слухи, будто ее величество работала в лекарском корпусе три дня без сна и устали, ее руки исцеляли прикосновениями, а взгляд облегчал боль.
Но, что больше всего поразило эрлианцев – королева Антуанетта добилась почти полной независимости Саореля. Вероятно, потому, что спасла жизнь его величеству Реигану первому. Или же по иным причинам, о которых эрлианцы пока не догадывались. Но оно было ясно – теперь с Эсмаром следовало дружить.
Антуанетта была и впрямь редкой красавицей. Едва делегация из Эрлиана лказалась в переговорном зале, все мужские взгляды были обращены на стройную, точенную фигурку белокурой женщины. Ох, кажется, в эту секунду желающих взять ее в жены стало намного больше. Король Эрлиана потеряет голову, едва ему о ней доложат. Впрочем, потерять голову можно вполне реально – за этой соблазнительной молодой королевой стояла грозная тень. Император Эсмара владел ей безраздельно и даже, подписав развод, находился рядом. Не удивительно, ведь красавица могла вскружить голову любому мужчине.
Лазутчики донесли, что Реиган Уилберг, едва только встав на ноги после ранений, увез коронованную Антуанетту в Эсмар. Ее пребывание там не афишировалось, но в кулуарах поговаривали, что несколько недель она была занята лишь им, а он ею. И, кажется, его увечья, хромота и множество шрамов не помешали ему быть единственным мужчиной, на которого королева смотрела несколько иначе, чем на других. И даже вскользь брошенного взгляда было достаточно, чтобы понимать, какую нежность она к нему испытывала.
Так что королю Эрлиана, да и самодержцам иных государств, оставалось разве что кусать локти. Эта женщина была недоступна.
Вот и сейчас ладонь Уилберга касается ее талии, и Антуанетта поворачивает к нему голову и вопросительно вскидывает ресницы. Ее полные, чувственные губы трогает улыбка. Лицо при этом выглядит еще прекраснее, словно озаряется внутренним светом. Грудь императора вздымается чаще, взгляд пламенеет – достаточно невинного касания, чтобы они оба плавились в пламени страсти.
Кажется, и об этом придется доложить королю Эрлиана. К сожалению, выгодный брак с королевой Саореля заключить не удастся, разве только Эрлиан не готов к войне с Эсмаром. Нужно учитывать, что император слишком суров и собственнически ревнив, чтобы кто-то смог забрать его женщину.
Она медленно идет навстречу послам и принимает их приветствия, кивая каждому. В ее позе столько непринужденности, силы и гордости, что можно залюбоваться. При этом ее одежды просты, а украшения хоть и безмерно дороги, но очень лаконичны – интересно, не суровый ли император обсыпает ее драгоценностями? Впрочем, почему бы и нет?
Говорит только она. На вопросы отвечает тоже. Знает про образование, медицину, промышленность и торговлю. Она будто в курсе всех дел. Но больше всего ее волнует качество жизни обычных людей, и она предлагает варианты сотрудничества.
А император Эсмара следит за ней с легкой улыбкой. И становится ясно – он не просто дорожит ею, он влюблен. И даже не скрывает. Ему нравится, насколько она свободна рядом с ним. И он будто все границы стирает, позволяя ей быть той, кем она захочет. Позволяя ей все.
Занятно.
К слову, этот человек тоже завидный жених. После победы при графстве Пэр, он доказал, что армия Эсмара невероятно сильна, а его воля несгибаема. Он подавил численное преимущество армии Саореля и усмирил юг. Вероятно, он соткан из самой прочной стали. И это, определенно, влекло к нему женщин. Оказаться рядом с таким сильным мужчиной хотели и принцессы, и герцогини, но теперь совершенно понятно – Реиган Уилберг боготворит лишь Антуанетту Корсо.
Что ж, королю Эрлиана будет полезно узнать, что теперь Эсмар и Саорель не враги, а союзники. И даже больше – Реиган Уилберг совершенно точно изловчился вести все переговоры с ее величеством в их совместной постели. И, похоже, эти переговоры весьма успешны. Судя по расслабленной шнуровке корсажа, ее величество довольно скоро явит свету их результаты. Уж точно быть очередной свадьбе.
Делегацию из Эрлиана удивляет еще одно довольно знакомое лицо – Нейтан Орлей. Не трудно догадаться, он благоволит Саорелю. Хотя обычно магистр не проявляет заинтересованность к какому-то правителю или государству. Он скорее отдельный игрок, чьи мотивы иногда кажутся непонятными. Но в случае с Антуанеттой все иначе – Нейтан Орлей будто опасается ее. Но, как говорится, держи друзей рядом с собой, а врагов еще ближе.