Вопреки, или Ты меня не купишь (СИ)

— Дурочка. Дикая и необъезженная кобыла! — рявкнул Ренат и запечатал мой рот глубоким поцелуем, не позволив возмутиться или испугаться. Я даже толком и не ударилась, оказалась за секунду в кольце его сильных рук и во власти языка.
Муж придерживал мой подбородок ладонью и тянул его вверх, углубляясь настолько, что я не могла дышать. И не могла остановиться.
Когда он прервал поцелуй, у меня потемнело в глазах, но я нашла в себе силы яростно просипеть:
— Это не случится здесь. Я не хочу.
— Мы с женой никогда не были в таких местах, — вымученно выдавил Волгин. — Мы жили скромнее и по театрам бегать не хватало времени. Хватит ее терзать, Есения, — он злился, — прекрати это! Нашла болезненную точку и играешься? Приятно?
Его красивые губы перекосило, скулы сжались, задрожали желваки.
— Я не… — дернулась, пихнула ладонями в каменную грудь. — Пусти меня.
Ренат толкнул меня в плечо, не сильно, но я ударилась о ковер затылком и откатилась в бок. Муж с чередой матов отодвинулся подальше, присел около дивана и, согнув колени, опустил голову. Рванул волосы так сильно, что послышался хруст.
Сердце колотнулось в груди и ударило в ребра, оглушая. Я выдохнула. Потом еще и еще. Побитый вид Рената заставил меня опомниться. Я ведь не такая — не стану причинять боль тому, кто ее не заслужил.
Но он купил меня! Ради чего не сказал, но не его вина, что первую жену он все еще любит и страдает. Я не должна быть такой бессердечной. Нужно прекратить это — мы друг другу не враги.
Присела рядом с мужем, нырнула ему под руку.
— Я… не хотела… Ренат, п-прости, пожалуйста. Ты ее сильно любил, да?
Волгин окаменел, настороженно выглянул из-под руки, и когда я коснулась ладошкой его пояса, дрогнул. Хотел перехватить мою руку, но я его шлепнула и цыкнула.
— Сеня, не нужно сейчас. Я остыл. Мне полегчало.
— Но я не остыла, и… — повела ладонью ниже, щупая его идеальное тело, пересчитывая дуги ребер, кубики пресса, ниже, ниже… и накрыла возбуждение. — Ты обманываешь меня. Тебе нужен секс, а мне нужен опыт — давай друг другу поможем?
— Мне не нужен секс, — огрызнулся.
— А что ты хочешь?
— Чтобы не болело… — отвернулся. Мимические мышцы дрогнули, будто муж жалел, что так ляпнул.
— Когда я делаю так, — погладила его по стволу, — тебе легче?
Ренат задышал чаще, откинул голову на сидение, расслабился. Пальцы вплелись в мои волосы, потянули на себя.
— Намного…
Он хотел поцеловать меня, приподнялся, но я увернулась. Я, может, и не была с мужчиной, но не из прошлого столетия — знаю, что нужно делать.
Волгин будто прикипел к полу, когда я дернула ширинку и высвободила его из плена боксеров.
— Только предупреждаю, для меня это впервые, — слабо улыбнулась, пытаясь угомонить трепет, скачущий по всему телу. — Могу сделать что-то не так…
— Зря я с тобой не познакомился до свадьбы… — шевельнулись его губы.
— Главное, что признаешь ошибки. Может, что-то и получится, — я встала перед ним на колени, осторожно наклонилась и потрогала пальцами член, поглаживая по всей длине, обняла ладонью, наслаждаясь налитостью и размером. Он был горячим и твердым. Одна мысль, что он будет во мне, заставляла краснеть от ушей до пят. Ренат отзывался легким стоном на каждое мое прикосновение — это будоражило, возбуждало, мучило. Мне приходилось сжимать ноги, чтобы сбить ощущение колючек внизу живота.
Левой рукой упираясь в пол, я впервые наклонилась так близко к неизведанному, втянула запах — терпко-пряный с острой ноткой мускуса. Лизнула снизу вверх, пробуя на вкус. Солоноватый, но приятный. Волгин тихо зашипел, пальцы сжались в моих волосах до сильной боли, но тут же отпустили, переплелись заново, массируя кожу головы.
Вдох. Шелест наших дыханий — натянутая нить ожидания. Выдох. Я накрыла головку губами и облизала его, как конфету. Правильно или нет, но Рената сильно тряхнуло. Он едва сдержал громкий стон. Я попробовала еще, теперь глубже, чуть-чуть посасывая и щекоча уздечку кончиком языка.
— Не могу… — сипло выдохнул муж, вцепился в мои плечи, потянул вверх, укладывая на себя. — Сеня, я взорвусь, если ты еще раз шевельнешься или коснешься меня.
 
— Так взорвись… — прошептала, сгорая от необъяснимой нежности.
В жизни так бывает, что то, чего мы боимся, приносит радость, выше которой только счастье от взаимности.
— Се-е-еня…
Ренат сдернул с меня платье и, перевернув на спину, навис сверху. Что там происходило на сцене, я не знаю, мне было все равно. Здесь были только мы вдвоем. Я и мой навязанный муж. Страстный любовник.
Рубашка белым пятном распласталась по полу. Пока Ренат снимал брюки, я считала секунды и жадно рассматривала его тело в полутьме. Мне хотелось его прикосновений, мне хотелось его трогать и изучать. Вино или постепенное наращивание страсти — все равно, но я хотела получить удовольствие. Сейчас. Сейчас же.
— Ты в порядке? — муж оказался сверху, оглядел меня, лаская взглядом и ладонями. Немного разведя мои ноги, провел пальцами вдоль входа, плавно погрузил их в лоно, чтобы выйти и прошептать: — Потерпи немного…
Я кивнула, вцепилась в большие плечи и выгнулась дугой, чувствуя, как его мощь наполняет меня, растягивает, разрывает между нами преграды, ломает стены…
Перед тем, как боль пронзила промежность, я успела вырвать у нашего единения пик сладости. Такой силы, что остальное было не важно.
Выдержав небольшую паузу, Ренат толкнулся вглубь несколько раз. Мощно, до упора. Его сильно тряхнуло, из горла вырвался не то рык, не то стон. Муж упал на меня всем телом, вмял в диван так сильно, что я чувствовала, как трепещет в его теле оргазм. Горячая влага ударила между ног, а я, задыхаясь, всхлипнула и проколола кожу мужчины ногтями.
— Охренеть… — пророкотал Ренат, сотрясаясь в последний раз.
И я поняла, что все это невозможно будет отпустить. Слезы подобрались незаметно, сдавили горло, и чтобы не выглядеть глупо, я плотно закрыла глаза.
Ренат отстранился, холод полоснул по разгоряченной коже, обжигая, но лица вдруг коснулись теплые пальцы, побежали по щеке, задели слезинку, что выбежала из-под ресниц, а в губы толкнулись слова:
— Ты великолепна…
И над нами, будто кромешную тьму пробил солнечный луч, ослепительно загорелись лампы.
Представление закончилось, а я, вместо того, чтобы увидеть новую коллекцию Флобера — стала женщиной.
  
Глава 34
 
Ренат
Есения попросилась в уборную, а я, расслабленный разрядкой и довольный, что дело сдвинулось с мертвой точки, разрешил ей. Отправил следом Егора, как верную тень.
Меркулов даже бровью не повел, когда мы с женой, задержавшись в ложе, растрепанные и разгоряченные, вышли в коридор. Уверен, каждый из присутствующих понял, что за ВИП-дверью происходило, и от этого было только приятней.
Хотя непрошенная горечь все же расползалась по венам, будто раковая опухоль. Я предал Валери… Отдавался другой женщине столь же отчаянно, как когда-то любимой. Хотел Есению так же сильно, а может, и больше…
Проводив тоскливым взглядом тонкую фигуру жены, я вышел на широкий балкон, чтобы вдохнуть полной грудью сырого воздуха. Дождь только закончился, с крыш скатывались крупные звонкие капли, небо вдалеке, озаренное алым, полыхало вспышками молний.
В моем теле догорали такие же разряды. Скулы сводило от тоски и боли, сердце, как заведенное, барабанило в висках, а в мышцах была приятная нега удовлетворения. Стало тошно. Я перегнулся через перила и, сцепив зубы, безмолвно закричал.
Она хорошая девочка, я не должен был ее трогать, нельзя было покупать не глядя. Есения будет мучится, и я сам выкопал для нее бездну.
Хоть бы она забеременела быстрее. Чтобы я не привязывал себя к ней еще больше. За пять дней брака она точно не успела бы влюбиться, а дальше я уж постараюсь оставаться для нее противным и злобным монстром. Так нужно.
И кого бы ей взамен предложить?