Наследница забытой усадьбы (СИ)

— Вот ножку сюда и бочком, — конюх тыкал пальцем в специальные приспособления.
Бочком мне не хотелось. Но крутить голыми икрами в платье при мужчине, пусть и конюхе, так себе история. Да и времена другие.
Через несколько минут, я с довольным видом уселась на жеребца. В руках поводья, под пятой точкой седло из кожи, отороченное серебряным шнуром.
— Мервин — славный конь. Расслабьте руки, поводья удерживайте ровно. Сохраняйте спокойствие и не подгоняйте его. Шагом…Просто шагом. — давал последнее напутствие слуга.
Я вытянула руку вперед, жеребец коснулся ее носом. Стало щекотно.
Конюх поднял палку «типа нашего шлагбаума» и слегка шлепнул Мервина по крупу. И мы пошли…
Страха не было. Двигались по пустынной улице. Мерное покачивание даже нравилось. Тем не менее меня подкидывало в седле с каждым новым шагом, все выше и выше. Гордость распирала изнутри. Желание покрасоваться или сделать немедленно селфи, погасило все другие разумные чувства. Я одной рукой прихватила жеребца за гриву и слегка наклонилась корпусом. Очень даже зря.
В животном взыграла былая удаль. Он резко повернул в сторону и в прямом смысле слова понесся рывком вперед. Не знаю, как там это называют: «галопом» или «рысью».
Естественно, что удерживать тело на такой скорости, с толчковыми выбрасываниями из седла — не предоставлялось возможным. Я перебрала все голосовые команды, какие помнила:
— Мервин, тьфу! Тпру! Стоять — я тебе сказала!
Ничего не помогало. Упрямец чувствовал свободу и власть над неумелой наездницей.
— Так глупо, зачем я искала смерть в этом мире? Или она нашла меня? — шептала я, дрожа всем телом от безумного страха.
Меня подбрасывало вверх над седлом. Поводья вылетели из рук. Которыми я едва успела схватиться за шею животного. И тогда случилось непоправимое. Жеребец поднялся на дыбы.
— А-а-а!
Истошный крик разнесся по всей округе. Тело мое начало скатываться вниз, прямо под копыта скакуна.
— А-а-а!
Руки ослабли и разжались. Спасительная шея Мервина освободилась от ручных оков, и я мешком рухнула вниз. Больно ударившись о землю, с широко раскрытыми глазами от ужаса, я наблюдала как прямо над моим лицом появились две подковы, подбитые большими ржавыми гвоздями.
«Это конец…» — подумала я и инстинктивно успела закрыть лицо руками.
— Черт возьми, почему я вас должен спасать от смерти? Если вам не дорога жизнь — отдайте ее кому-нибудь другому!
Этого не может быть. Голос лорда я не спутаю никогда. Медленно открываю глаза и прямо перед собой наблюдаю карие глаза и бледное лицо Максана, склоненное надо мной. В стороне — замерший на дыбах Мервин — как на картине одной известной художницы.
— Спасибо, — промямлила едва слышно.
— Вас надо осмотреть, проверить кости, — проговорил дракон и протянул ко мне руки.
— Не сметь! — успела крикнуть я и провалилась в темноту.
***
— Леди Ильена, да очнитесь же! Чтобы пусто было этому жеребцу и конюху заодно, — сквозь туманное сознание услышала испуганный голос Аданаи.
С трудом приоткрыла глаза. Приглушенный свет. Лицо служанки прямо надо мной.
— Где я?
— Святой Альбан! Дома, хозяйка. Вы дома.
— Что со мной?
— Вас лошадь убила, скотина этакая. Если бы…
— Как убила?
— Ну в смысле сбросил с себя, конь то. Если бы…
— Я переломанная? — Я не дала договорить служанке.
— Да что вы на себя наговариваете! Вы целы. Абсолютно. Вот только головой приложились о землю, да одежу испачкали и изорвали. А я жду вас к ужину: раз постучала в комнату, два. А потом хрыч старый прибежал, кричит, ничего не пойму.
— Какой хрыч?
— Так конюх!
— Он же не старый.
— Старый, умом тронулся. Молодой мозгами бы подумал, как усаживать хозяйку на коня без подготовки.
— Я с готовкой, много раз видела.
Ужасно ныло тело, чувствовала себя отбивной. Язык вялый, голова кружится.
— У меня сотрясение…
— Как же! Еще какое потрясение, врагу не пожелаешь. Если бы не лорд…
— Лорд? А он тут при чем?
— Святой Альбан! Вы лишились памяти? Точно отбили головушку. Он же вас спас! Истина…
 
— Кто спас…
Аданая наклонилась совсем близко к уху и зашептала:
— На всем скаку жеребца остановил и скульптуру из него сделал. Так и стоит теперь, родимый. Копытами вверх. И глаза куда-то в сторону косят. Так и останется…
— Чего останется, — уточнила я, не совсем понимая концовку речи.
— Так косой конь. Скульптура с косоглазием! Ведьмак. Одним словом.
— Боже, что ты несешь? Какая косоглазая скульптура?
Я и правда не понимала рассказа Аданаи. Почему жеребец стоит до сих пор? С какой стати косой?
— Конюх видел все. Вы упали и дико закричали. Жеребчик то и струхнул, копыта задрал и вам в лицо. И тут появился лорд! — Служанка совсем перешла на шепот, озираясь по сторонам. — Хозяин кинулся между вами и лошадью и принял удар на себя.
— Что-о-о?! — вскрикнула я, холодея от ужаса. — Так значит он ценой жизни…А я ему мышей в лицо…— закрыла глаза, слезы ручьями потекли по щекам. —И больше никогда его не увижу…
— Да чего не увидите, теперь он скульптура!
— Лорд? — ужас охватил меня целиком.
— Конь! Стоять будет вечно.
— А лорд?
— Красавчик. Истинный дракон! Коня остановил, в скульптуру превратил, вас на руки и бегом в усадьбу.
Я выдохнула и уронила голову на подушку. Аданая продолжила:
— Прибежал, и давай вас в чувство приводить. А вы ни жива, ни мертва. Я в слезы, в крик. А он как глянул на меня, аж ноги под юбкой затряслись от страха. Как закричит: «Ты чего дура хозяйку хоронишь?! Беги за водой!» Потом вы задышали, он приказал сидеть и ждать как придете в себя.
Я переваривала услышанное, начинала кое-что вспоминать. И тут мне стало холодно.
— Максан раздевал меня? — потребовала я ответа от служанки.
Аданая потупила взгляд в пол, кашлянула несколько раз.
— Говори уже!
— Нет, конечно, хозяйка. Только горловину платья разорвал на груди. Вы же не дышали. А потом подол юбки поднимал — кости щупал, все ли целы. Ну и остальное: голова, спина, руки…
— Какой кошмар… — простонала я, — Максан видел меня голой.
— Нет, не совсем. Так слегка. Да разве же до того было! Он же убитой вас принес!
— О чем ты! У меня даже ран нет.
— Это потому, что лорд Лерджи вас вылечил. Долго что-то шептал над вами. А потом…
— Что потом?
Служанка опять замялась, думая говорить или не говорить.
— Ну вы задышали, он так обрадовался и…— Аданая взяла паузу.
— Да что ты тянешь кота за хвост!
— Кота?
— Да что он сделал со мной?
— Он вас приподнял, обнял и поцеловал! — выпалила разом она.
— Что? Да как он посмел! Куда поцеловал?
— Прямо в губы! Так как же винить его! Радости не было предела…
Ощущая в теле слабость, я в буквальном смысле рухнула на подушки:
— Вот оно. Без меня — меня женили.
Служанка застыла от услышанной фразы.
— Ой, надо сходить к лхозяину. Доложить, что вы слегка не пришли в себя, заговариваетесь странными фразами, — прошептала она себе под нос и ринулась из комнаты. Даже дверь не прикрыла.
Я сгорала от стыда. И люто ненавидела дракона за то, что он воспользовался моим состоянием.
Как так? Даже бывший не смел без моего разрешения лезть с поцелуями. А тут? Еще лорд называется. Да ему дай волю…
— Ну зачем же так обо мне?
Я вздрогнула и посмотрела в сторону двери. Максан, собственной персоной, предстал моим очам. Кажется, так было принято говорить в другие века. Я опустила ресницы. Стараясь смещать все свои мысли, чтобы он их не читал.
— Я не сделал ничего отвратительного по отношению к вам. Осмотрел целостность вашего тела. Констатировал, что вы живы. Был рад. Обидно потерять врага, когда такая скука в усадьбе.
— Врага? — разочарованно выдавила я из себя реплику.
— Ну да? А вы что подумали? — с усмешкой в голосе уточнил дракон.