"Перевал Дятлова". Компиляция. Книги 1-9 (СИ)
Тогда все можно интерпретировать как многоступенчатую комбинацию, а ребята попали под этот маховик. С одной стороны, некие властные структуры хотят обнаружить незаконную золотодобычу, с другой стороны, есть силы, которые живут за счет этого и поэтому стремятся помешать проверке. Какое конкретно получил задание Золотарев? Что ему нужно было узнать? Теперь уже вряд ли станет известно.
За эту версию говорит тот факт, что маршрут группы держался в тайне. Впоследствии обнаружилось, что даже маршрутной книжки в институте нет.
Перед «лесорубами», скорее всего, поставили задачу – присмотреться к ребятам. Прощупать их. Действительно ли это невинные студенты или под видом группы кто-то хочет узнать о махинациях с золотодобычей?
Судя по всему, дятловцы попали под подозрение. И серьезное. По каким-то деталям могли вычислить, что Золотарев попал в эту группу не случайно.
Кстати… – Вячеслав метнул на Александру взгляд, а потом проговорил тихим голосом: – На месте гибели группы был найден пояс с кармашками, оказавшимися пустыми. Предполагают, что это пояс Семена. Вероятно, он снимал фотоаппаратом «нужные объекты», а микропленки складывал в пояс. Поэтому пояс опустошили, глаза выкололи, а фотоаппарат положили на убитого. Такой вот вызывающий знак.
По спине Александры прошла дрожь.
Все то время, что группа находилась в поселке «41-м», за ней наблюдали, а поведение молодых людей тщательно анализировали. Когда ребята ушли во «Второй Северный», «анализ» группы пошел «наверх». Была ли дана команда о ликвидации группы после того, как она покинула поселок «41 квартал», или решение было принято позже? Ясно одно: группа попала под серьезное подозрение со стороны негласных хозяев края. Среди «лесорубов» и других работающих в «41-м» поселке могли находиться военные преступники, те, кто воевал против Советской армии.
– После войны здесь было много людей… самых разных, – слова вылетали из Ясунта толчками, как твердые округлые камешки, которые с громким звуком падали на пол. – И те, у кого руки в крови были, и предатели. Бежали к нам, на Урал… – Возникла пауза. – Хотели переждать. Думали, здесь никто не найдет. Места у нас такие. Можно спрятаться, и никто не найдет. Трудно обнаружить человека.
Вячеслав похлопал одной ладонью о другую, словно у него замерзли руки и он пытался согреться.
– Можно предположить, что перед Золотаревым, кроме выявления незаконной добычи золота, было поставлено задание – обнаружить преступников или бандитов, скрывшихся в этих местах. А если он кого-то вычислил? Поэтому и поступила команда: группу ликвидировать.
– Бизнес! – громко сказал Ясунт.
Вячеслав кивнул.
– Да, угроза, нависшая над хорошо налаженным бизнесом, – веская причина для расправы над ребятами.
– Но какая… ужасная смерть, – медленно сказала Александра.
Голос Вячеслава она услышала как будто бы издали:
– Ребят убивали спецы, хорошо подготовленные люди, которые делали это не в первый раз. Только такие люди и могли справиться с физически крепкими молодыми ребятами и девушками из группы Дятлова.
Люде Дубининой вырвали язык, Золотареву выкололи глаза. Зловещие символы. Золотарев что-то увидел, обнаружил, и ему символично выкололи глаза. Этот «знак» явно предназначался тем, кто его «отправил». А Людмила что-то сболтнула, и за это ее «наказали». Не взяли ни еду, ни спирт, ни деньги, но все переворошили – значит, что-то искали. Некоторые дневники ребят так и не были обнаружены. Вероятно, их взяли убийцы…
Говорят, что ребят убивали не в этом месте, ищут несостыковки в следствии – но это уже вторично. Важно, что их убили люди, а не летающие шары. И убили за угрозу своему криминальному бизнесу. Все остальное – увод от правды и заметание следов.
– Люди… – И здесь Ясунт сделал взмах руками, как будто бы изображал полет птицы. – Исчезли, пропали… нет их, и все… Были – и нет. Кто найдет правду?
– Ну да, ну да, – кивнул Вячеслав. – И «лесорубы», и «дедушка Слава» после этой трагедии из поля зрения исчезли. «Дедушка Слава» уволился. А сам поселок «41-й квартал» закрывается.
Возникла пауза.
Александра представила, как поселок постепенно приходит в запустение, как сквозь толстые бревна прорастает трава, как они темнеют, из них уходит крепкость, сила, окна становятся пустыми, только кое-где блестят старые замызганные стекла. Летом паук ткет свою паутину по углам, и редкие лучи солнца забираются в дом ненадолго, а потом снова наступает темнота… Лес все ближе и ближе подступает к домам, и постепенно отвоевывает у поселка землю, когда-то деревья поглотят его, а бревна будут уходить в землю… Как люди…
Александра с трудом очнулась от своих мыслей.
– Ты что? – спросил Вячеслав, с тревогой всматриваясь в ее лицо. – С тобой все в порядке?
– Да… Я просто задумалась.
– И все это было для местных властей ЧП вселенского масштаба. Поэтому для прикрытия и возникла версия о «стихийной силе»… А что оставалось делать? Убийство студентов, которые, кстати, на минуточку, свой поход посвятили предстоящему съезду КПСС, – это не шутки. Здесь может быть разнос по всем статьям. Куда проще приплести «стихийную силу», чем подтвердить эту трагедию.
Вячеслав замолчал и посмотрел на Александру.
– И заметь, что все крутится вокруг золота!
Ясунт тяжело вздохнул, от вздоха хозяина Тыйпа насторожилась. Уши беспокойно задвигались. Она посмотрела сначала на Ясунта, потом – на Александру. «Что такое? Что случилось?» – казалось, вопрошал ее взгляд.
– Но вернемся к твоим родителям. На карту, которая была в папке, нанесено новое месторождение. И обозначены места, где есть или может быть золото. Это подробнейшая карта этого региона. Она хранилась у тебя дома?
– Да. Вместе с остальными записями в папке, – тихо сказала Александра, вцепляясь в шерсть Тыйпы онемевшими руками.
– За эту карту многие бы отдали целое состояние.
В голове у Александры шумело, и, чтобы сохранить равновесие, она еще крепче вцепилась в собаку.
– И знаешь, чем еще ценна эта карта? Здесь обозначены все условно тайные места: поселки, которые не фигурировали на остальных картах или обозначались заброшенными шахтами, старые рудники… И еще в записях родителей мелькает одна фамилия – Шурманов или Шумаков. Как я понял, этот человек из бывших зэков, который хорошо знал эти места… То ли это его карта, то ли он помог им составить ее… Он рассказал о давней заначке золота, которую оставили заключенные. Это место обведено красным кружком.
Внезапно во рту у Александры стало сухо.
Вячеслав встал и почему-то повернулся спиной к Александре, смотря на огонь.
– Возможно, когда они погибли – искали то место.
Тыйпа непонятно почему встрепенулась и глухо заворчала.
А шаман что-то кратко выкрикнул на непонятном языке.
– Что он говорит? – спросила Александра.
– Зло стало творить свои дела…
Шаман взял бубен и ударил в него, протяжный звук завибрировал, а потом стих. Снова – удар в бубен, другой… Шаман говорил на непонятном языке, речитативом… звуки вибрировали, сплетались, отзывались в позвоночнике. Он говорил, запрокинув голову. Как будто бы над ним была не крыша, а звездное небо и мигающие огоньки пролетавших мимо самолетов. Вячеслав подсел к Александре и взял ее за плечи.
– Это молитва шамана. Молитва, чтобы окончательно прогнать зло из этих мест. Здесь все когда-то было наполнено болью и страданиями, зло ищет своих жертв, но оно должно исчезнуть…
Александра медленно погрузилась в транс. Она потеряла ощущение времени. Сколько длилась молитва старого шамана? Несколько минут? Полчаса? Час?
Наконец последнее эхо растаяло в воздухе…
– Александра! – позвал ее Вячеслав. – Ты как?
Вместо ответа она прижалась к нему. Шаман вытянул руку в сторону Александры и что-то сказал, показывая на нее.
– Это обо мне?
– Да.
– И что Ясунт сказал?
Ей показалось, что Вячеслав запнулся.
– Что ты – светлый человек.
Шаман вновь что-то сказал Вячеславу.