"Перевал Дятлова". Компиляция. Книги 1-9 (СИ)
Палки взлетели вверх в победном жесте, и она, не удержавшись, плюхнулась на пятую точку. И рассмеялась. Теперь падение было не обидным, оно было как кураж, как последний мазок, поставленный на полотне гениальным художником. Совсем близко были деревья, она поискала взглядом Вячеслава. Но его нигде не было, очевидно, он остался по ту сторону склона. Она взяла правее, а он оставался в другой стороне. Солнце выкатилось из-за туч в полную силу: лучи жгли снег, и Александра почувствовала внутреннее торжество. Снег вокруг нее шел вспенившимися волнами. Под деревьями росли маленькие елки, они были почти полностью заметены снегом, и черные треугольники торчали в белых волнах. Она ударила палкой по снегу, оставляя на нем свой автограф. Она уже собиралась позвать Вячеслава, когда увидела под елками что-то темное, почти занесенное снегом. Она сделала несколько шагов ближе и чуть не закричала, зажав себе рот. Это был Николай, его глаза смотрели в небо, уже ничего не видя, а руки почти сливались с белым саваном…
Она побежала наверх, карабкаясь по горе.
– Слава! – пискнула она, голос сел, она прокашлялась, но все равно говорить и кричать не могла.
– Слава! Слава! – твердила она как заведенная, переставляя лыжи… пару раз она чуть не упала. Она поднялась на склону и увидела Вячеслава, который взмахнул рукой.
– Во! – поднял он большой палец, сложил руки рупором и крикнул: – Молодец!
– Слава, Слава… я… – бормотала она, задыхаясь.
По ее лицу он понял, что случилось что-то ужасное.
– Саня! Подожди, я сейчас.
Он оказался около нее и крепко прижал к себе.
Она уткнулась в его грудь и заплакала.
– Теперь говори, – сказал он. – Что ты увидела?
– Там… там… – Она посмотрела на него, а потом выдохнула.
– Николай, наш инструктор…
– Понятно. – Он отстранился от нее и потер подбородок. – Поехали быстро! Только не думай об этом, прошу тебя. Просто не отставай от меня. И все!
Они подъехали к лагерю. Около палатки сидел один Дмитрий.
– Остальные не подходили?
– Нет. А вы… – Он смотрел то на Александру, то на Вячеслава.
– Мы нашли Николая. Он мертв.
– А… – Дмитрий открыл рот и закрыл его. – Слушайте, но это же ужасно. – Он потер рукой нос, который и без того был уже красным. – И что теперь, а? – по-детски восклицал он.
– Ничего, – бросил Вячеслав. – Нужно оповестить остальных. Сейчас запустим петарду, чтобы все поспешили сюда.
Кирилл, Иннокентий и Петр Васильевич вместе с Александрой поехали на место, где она увидела Николая. Они перенесли инструктора и положили в палатку.
– Мертв, – констатировал Петр Васильевич, снимая с головы шапку.
– Но что случилось?
– Похоже, оступился и ушибся головой. Но точное заключение может дать только судмедэксперт. Главное: зачем он вышел ночью? Кто-нибудь слышал, как он уходил?
В ответ было молчание.
– Надо найти Игоря, – упрямо сказала Татьяна. Ее глаза были красными, было видно, что она плакала.
– Это мы знаем, – ответил за всех Иннокентий.
– А то скоро стемнеет.
– Да, тогда искать будет затруднительно.
– Все равно будем искать, даже в темноте, – упрямо сказала Татьяна. – С фонариками. А рядом… – Она запнулась. – Игоря не было? Вы хорошо смотрели? Надо было остаться там и еще раз все осмотреть.
– Его там нет. – Вячеслав посмотрел на Александру. А она на него.
Он сердито тряхнул головой и отвернулся.
– Тогда нужно пойти в противоположную сторону, – настаивала Татьяна. – Это преступно, он нуждается в нашей помощи. А мы бездействуем.
– Девушка, не гоните на нас волну. Все, что можно, – делаем! – возвысил голос Иннокентий.
– Плохо делаете. – И здесь Татьяна зарыдала, уткнувшись лицом в ладони. – Господи! Ну, сделайте же хоть что-нибудь!
«А ты, журналистка, не такая циничная и жесткая, как твои собратья, – подумала Александра. – И уже, видимо, привыкла к Игорю, раз так убиваешься по нему… А может быть, тебя просто охватили страх и ужас – ты поняла, что писать репортажи, сидя дома в тепле и за компьютером, это одно, а столкнуться со смертью лицом к лицу – другое… Да еще так близко…»
– Он умер своей смертью? – задала вопрос Александра.
Все головы немедленно повернулись к ней.
– Мы не судмедэксперты. Видимых признаков насильственной смерти нет. – Петр Васильевич хотел по привычке притронуться к усам, но передумал, и рука застыла в воздухе.
– Точно?
Петр Васильевич молчал. Словно обдумывал ее слова.
– Своей, – наконец выдохнул он. – Оступился и упал, ударился виском о камень.
– Опытный проводник… и так умер, – выразила она сомнения.
– Ты что хочешь сказать? – накинулась на нее Лилька. – Что кто-то его убил? Да? – В голосе зазвучали истеричные нотки. – Кто-то караулит нас и убивает по одиночке? Сначала – Николай. Потом – Игорь…
– За-аткнись! – прорычала Татьяна. – Игорь жив! Не хорони его!
– Я не хороню, я просто высказываю свои мысли.
– Засунь свои мысли знаешь куда!
– Дамы, дамы… – поднял руки Иннокентий – Прошу…
– Молчать! – рявкнул Петр Васильевич. – Паника на корабле в трудную минуту, когда он дал пробоину, – последнее дело.
– У нас тут не корабль, – заметила Лилька.
– Не корабль, но паника все равно не нужна, – добродушно сказал Петр Васильевич. – Насмотрелся всякого. И на суше, и в море. Поэтому – без паники, сейчас мы отправляемся на поиски Игоря. Далеко он уйти не мог. Если только… его не унесли, – тихо сказал он, и, похоже, услышала его только Александра. – Прочесываем местность. На месте остается Кирилл.
– Я с ним, – сказала Лиля.
– Хорошо, оставайтесь вдвоем.
Игоря нашли в полукилометре от лагеря. Обнаружил его Вячеслав.
– Только без паники, – устало сказал Вячеслав. – Случилось ЧП. Игорь находится вон там, – махнул он рукой, – сразу за поворотом. Его уже замело слегка. Я наткнулся на него чисто случайно. – Он снял рукавицы и похлопал ладонями друг о друга. – Но он жив! Жив! Хотя в тяжелом состоянии. Нужно принести его сюда как можно скорее.
Вчетвером: Вячеслав, Кирилл, Иннокентий и Дмитрий – они пошли за Игорем. Предварительно они соорудили нечто вроде носилок. Взяли две толстые ветки, связали их веревкой крест-накрест примерно на расстоянии пятьдесят сантиметров одна от другой. Получилось нечто вроде гамака из веревок между двумя палками.
Они принесли Игоря: тот слабо стонал, на лбу был багровый шрам, левая скула рассечена.
– Похоже, он наткнулся на камни-останцы, – крякнул Петр Васильевич. – И нам нужно уходить отсюда как можно скорее.
– А что такое останцы? – спросила Лиля, широко распахнув глаза.
– Опасная вещь, девушка, – кратко бросил Петр Васильевич. – Не дай бог на них наткнуться. Камни-останцы зимой стоят как в ледяных чашах. И когда налетает сильный ветер, и камни, и чаши издают страшные звуки, похожие на стон и плач. Бывает, что камни «воют». Жуть берет, когда слышишь это. Останцы могли стать причиной гибели туристов-дятловцев. Когда они неслись по склону горы, то «влетели» в эти ледяные чаши и получили травмы.
– Значит, мы неподалеку от этих мест?
– Получается, что так. И в этом нет ничего хорошего.
– Как же мы на них наткнулись? Они что, на карте не обозначены?
– Карта! – это слово повисло в воздухе. – А у кого карта? – спросил Петр Васильевич, обращаясь ко всем.
– У инструктора была, знамо дело, – откликнулся Кирилл. – Он же вел нас. У него же рация, наши мобильники здесь связь не ловят. Тогда что получается? – нахмурился он. – Мы остались без связи и без ориентиров. Куда нам теперь идти, в какую сторону и как связываться с внешним миром?
– Похоже, что так.
– И что теперь? – Дмитрий вертел головой и чуть не плакал. – Все? Поход закончился? Мы останемся здесь, и нас никто и никогда не найдет.
– Не надо скиметь!
– Чего?
– Ныть, значит. Будем думать.
– Думать, а нас пока тут волки съедят.