"Перевал Дятлова". Компиляция. Книги 1-9 (СИ)
Зачастую людей тянет приключаться, когда дома у них не все ладно и личная жизнь не сложилась. Но нет, с этим у Данила все в полном порядке: две почти взрослых дочери, жена-красавица Гюзель… Просто такой уж человек, — возможно, опоздавший родиться на три-четыре столетия: все новые континенты уже открыты, все неведомые страны исследованы.
Илл. 1. Данил, без которого наше путешествие не состоялось бы. Снимок сделан в кафе города Ивдель.
В Екатеринбург Данил добирался с Волги не по воздуху. По земле, но не на поезде — на «Тойоте»-внедорожнике. Машина эта более известна под народным прозвищем «крузак», так и буду ее впредь называть. А за рулем сидел Юра, третий участник нашего похода. Что о нем могу сказать? Немногое. Познакомились мы в Екатеринбурге и длилось общение считанные дни. В его ходе показалось, что главная черта Юры — непрошибаемое железобетонное спокойствие. Для нашей маленькой компании — очень полезное качество, мы-то с Данилом оба Близнецы по гороскопу: воздушная стихия, чересчур увлекающиеся натуры и всё такое прочее.
Илл. 2. Юра, величайшего спокойствия человек. Снимок сделан в Нягани, на борту вертолета.
Вот они-то, Данил с Юрой, ждали и встречали меня в Екатеринбурге, — но вместо меня прибыло сообщение в фб-мессенджер: так мол и так, не сложилось.
Итак, первое знакомство состоялось, и можно вернуться в Питер, где один любитель коньяка и нелюбитель перелетов тем временем пытался все-таки добраться по воздуху до Урала.
* * *По большому счету, замена утреннего рейса на вечерний особого влияния на планы экспедиции не оказала: в любом случае мы собирались стартовать из Ёбурга рано утром следующего дня. Всё, чего я лишился — это ночевка в местном отеле, вместо нее сразу попадал с корабля на бал. В смысле, с самолета в отъезжающую машину. Но теперь уж вылететь надо было непременно — любая задержка по любой причине пускала планы под откос.
Разумеется, при второй попытке я не выпил ни капли спиртного… Шутка. Принял ровно ту же дозу того же лекарства. Но теперь действовал с умом. Во-первых, завел будильник на телефоне, выставив максимальную громкость сигнала. Во-вторых, сделал пару звонков, попросив собеседников перезвонить в точно назначенное время. И все прошло как по маслу: задремал, но был разбужен будильником, и два входящих звонка через несколько минут стали перестраховкой.
Дальнейшее тоже прошло без приключений: удобно расположился в самолетном кресле, прикрыл глаза, — и вот уже посадка. Но толком опять не поспал, ночь куда-то подевалась из-за разности часовых поясов: вылетел в районе полуночи, приземлился на рассвете, хотя между городами два с чем-то часа полетного времени.
И вскоре мы обнялись с Данилом, и накатили за встречу, и «крузак» устремился на север. Путь предстоял не близкий: почти тысяча километров по дорогам Свердловской области и Ханты-Мансийского автономного округа.
Глава 2. Золотые самородки Урала, или Паническая атака им. Юрия Юдина
В начале нулевых Коля Кузвесов — уральский золотоискатель, и кладоискатель, и просто авантюрного склада человек — рассказал мне любопытную историю, которую можно озаглавить так: «Почему на Урале плохие дороги».
По словам Коли, в 30-х годах двадцатого века технология добычи уральского золота отличалась от нынешней. Технических подробностей я не помню, но суть такая: оборудование приисков позволяло успешно добывать шлиховое золото в виде «крупки» или совсем невесомых «блесток», а крупные самородки (попадавшиеся очень редко) в большинстве своем уходили в отвалы. Когда этот факт осознали, разработали новые методы извлечения золота. Но внедрили их далеко не сразу, а до той поры государство строжайше запрещало вольным золотоискателям работать на старых отвалах, на т. н. «хвостохранилищах» рудников. Ибо старатель-одиночка работает вручную и самородок в своем промывочном лотке никак не пропустит.
Закончилось тем, что все старые отвалы отработали по новой, извлекли из них пропущенное поначалу золото. Вернее, не совсем все… В 30-х, во времена индустриализации, на Урале бурно строились дороги — и автомобильные, и железнодорожные. Щебень для отсыпки брали в том числе из отвалов золотых рудников, считая его пустой и никому не интересной породой.
Разумеется, позже никто не стал вскрывать сотни километров дорожного полотна и заменять отсыпку. Стоимость найденного золота не окупила бы убытки от транспортного коллапса, неизбежного при реализации такой идеи.
Самородки так и лежали кое-где вдоль дорог до тех пор, пока на рубеже тысячелетий населению не стали доступны металлоискатели. Кто первым вспомнил о золотоносном щебне, неизвестно, но вскоре в узких кругах профессиональных кладоискателей поползли упорные слухи: можно очень неплохо заработать.
И началось… Расковыривали асфальт бригадами по два-три человека — нагло, среди бела дня, облачившись в оранжевые спецовки дорожных рабочих.
В подавляющем числе случаев металлоискатели срабатывали не на золото. Но пока не продолбишься к отсыпке сквозь слой асфальта, этого не понять… А заделыванием получившихся дыр в асфальте, конечно же, по завершении работ лжерабочие не занимались.
«Вот потому-то на Урале такие хреновые дороги», — закончил Коля и разлил еще по одной.
* * *Сколько правды в Колиной истории, а сколько выдумки, — не понять. Однако за качество дорог мы в любом случае опасались, особенно в северной части маршрута, вдали от центров цивилизации. Самосвалы разбивают асфальт с не меньшим успехом, чем авантюристы-кладоискатели.
Забегая вперед, скажу: опасались зря. Дороги на всем протяжении оказались вполне приличные. Никакого сравнения с теми, по каким мне доводилось ездить в предгорьях Урала тридцать лет назад. Да и в наши дни даже в самом центре страны можно напороться на такое… Помню, в 2014 году решил я где-то между Серпуховым и Тулой перебраться с федеральной трассы М2 на М4 по «перемычке» — впечатлений хватило надолго, к тому же пришлось совершить вынужденный визит в ближайший авторемонт. По словам Данила и Юры, им на пути от Волги к Ёбургу попадались такие в хлам разбитые участки трассы, что после них дороги Северного Урала показались чуть ли не автобанами.
Девятьсот с лишним километров в автомобиле — путь не близкий. И пассажиров изматывает даже сильнее, чем водителя. Но в тот раз долгий путь проскочил как-то незаметно. Сначала был долгий интересный разговор под коньяк об истории, и о военной истории, и о криптоистории (Данил неплохо разбирается в этих темах), а потом я уснул, сказались две почти бессонные ночи. Проснулся уже в славном городе Ивдель, где со мной случилось очередное приключение и стали гораздо яснее мотивы Юрия Юдина, вовремя сошедшего с маршрута.
Илл. 3. Если у зданий есть память, то Ивдельский вокзал, построенный в 1940 году, помнит группу Дятлова. Здесь, в зале ожидания, они ночевали на расстеленной в углу палатке, а Люда Дубинина торопливо дошивала чехлы для ботинок.
* * *Не помню, что снилось в дороге — может, пригрезившееся как-то связано с дальнейшим, может, нет. Но в любом случае вскоре после пробуждения в Ивделе со мной приключилась паническая атака. Термин это устоявшийся, но на деле паники и в помине не было: я просто понял с полной четкостью и ясностью, что дальше ехать не стоит. Нельзя мне на перевал Дятлова. Не вернусь. Там и останусь.
Как понял? Отчего? На чем основывалась шарахнувшая по голове мысль?
Поди знай…
Лишь задним числом можно предположить: слишком много читал и думал о дятловцах, о Юрии Юдине в том числе.
