Остерегайтесь апокалипсисов. Книга 4 (СИ)

— Передайте своему вождю…! — зловеще зашипела она, но договорить я ей так и не дал. Быстро схватив лисицу за подбородок, я почти до упора поднял его и холодно ответил:
— А он не мой вождь, и пришел я сюда не добровольно. Меня отправили с припасами для вас, а также задачей вылечить деревню или умереть.
Судя по всему, моя интонация возымела эффект. Когда ты говорил с настолько вспыльчивым человеком холодно и четко, он невольно терял половину своей гневной энергии. Так и эта девушка, услышав мои слова, удивленно выпустила меня и отступила.
— Была бы моя воля, — продолжал я, — держался бы от этого места подальше. Как и любой нормальный зверочеловек, который хочет жить.
Внезапно на горизонте показалась еще одна фигура, вывалившаяся из толпы. Мужчина-зверочеловек, издали замахав рукой заговорил:
— Я прошу прощения, но я староста деревни. — Он выглядел намного моложе, чем я думал. На вид я не мог дать этому человеку даже больше тридцати. Возможно, от этого и его голос звучал достаточно четко даже издали. — Я слышал, что вас отправили помочь нам. Это правда?
— Правда, — громко отвечал я. — Но сначала мне нужно оценить обстановку и понять, что случилось в деревни с самого момента вашего заточения.
— Я могу к вам подойти?
— А почему нет?
— Так ведь мы все здесь можем быть больны.
Я осмотрел лица всех этих людей. У каждого была своя реакция на происходящее. Кто-то с надеждой поглядывал на нас, кто-то с разочарованием, а кто-то даже со злостью. Но как только староста сказал про заражение, все люди в деревне невольно почувствовали отчаяние, и это можно было сказать по их опустившимся к земле взглядам.
«Ракх говорил, что он уже отправлял сюда лучших своих лекарей и те умерли. Это значит, что хоть какие-то меры по предупреждению болезни они уже принимали. И учитывая то, что они все носят платки, думаю, что я прав».
Задумчиво взглянув на старосту, я спросил:
— А вы как сами? Симптомы чувствуете?
— Пока нет, — мужчина даже как-то растерянно почесал щетину.
— Тогда подходите. Будем верить, что пронесет.
Я улыбался, а вот медведь, все еще стоявший рядом со мной, нет. Кажется, мой подход к делу его даже пугал.
Когда староста подошел, я смог рассмотреть его получше. Это был молодой мужчина со светлой бледной кожей, широкими плечами и высоким ростом. Первые секунды смотря на него, я все пытался понять к какому типу зверей он мог относиться. Этот пушистый темно-коричневый хвост, опущенные уши… Подумав еще мгновение, я так и не смог догадаться кем он был. Возможно, собакой?
— Вы собираетесь остаться у нас в деревне? — спросил староста.
— Да, — с усмешкой отвечал я. — Теперь нас точно не выпустят.
— Тогда нам нужно подобрать вам место для жизни. — Снова приложив руку к подбородку, мужчина задумчиво почесал его. — У нас остался один неиспользуемый дом. Он небольшой, но просто для сна вам хватит.
— Там кто-то умер?
— Нет, нет! — Староста, вздрогнув от неожиданности, быстро закачал головой. — Я бы никогда не поселил в такой дом представителей вождя. Все дома, где кто-то умер, помечены на двери желтой краской. В них запрещено проживать.
— А что с телами делаете?
— Приходится сжигать в дальней части деревни. Ближе к реке.
— Вы возле реки тела сжигаете?
Мое удивление тяжело было передать словами. Во времена жизни на Севере мы тоже сжигали тела погибших внутри города, но для этого было отведено специальное место — вдали от жилых домов и всего того, что могло попасть человеку в рот.
— Ну, как минимум у них есть река. — Вслух протянул Гарнар. — Поэтому-то они так долго протянули.
Продолжая недоверчиво поглядывать на старосту, я спрашивал:
— А вождь вам доступ к реке не перекрывал, значит?
— Зачем?
Все вопросы разом отпали. Если местные жители не видели ничего опасного в сжигании трупов рядом с рекой, тогда и много других мелочей они могли просто не замечать. В таких обстоятельствах мне казалось даже удивительным то, что лекари до меня заметили, что болезнь может передаваться воздушным путем.
 
— Так, понятно. — Неосознанно подняв руку, я вновь почесал затылок и зашипел. — В первую очередь мне нужно понять обстановку. Вы же уже отделили больных от здоровых?
— Да, все тяжело больные сейчас находятся в конюшнях. — Староста быстро развернулся и указал куда-то вдаль огороженной деревни. — Мы попытались создать им нормальные условия.
— Значит, мне нужно сначала обойти деревню, потом осмотреть здоровых жителей и убедиться в том, что они здоровы.
— А осмотр больных? — напряженно спросил Гарнар.
— Сразу после этого. Оставим это развлечение на потом.
Я сделал шаг в сторону, уже собираясь обойти старосту, но неожиданно мне навстречу снова вышла лисица. Беловолосая девушка, подойдя ко мне почти вплотную, твердо произнесла:
— Я тоже буду осматривать все.
— Для чего? — напряженно спросил я. — Хочешь как можно быстрее спровадить нас?
— Нет же! — Девушка возмущенно сжала ладони в кулаки, но затем, будто опустив все свое недовольство, отвела взгляд и расслабила руки. — Я тоже, между прочим, хочу всем помочь.
Лисица виновато опустила голову. Выглядела она так, будто уже сожалела о том, каким образом встретила нас, но вслух сказать это, конечно же, она не могла.
«Судя по всему, главную героиню Макси писала по своему образу и подобию. — Я тяжело вздохнул. — Еще одна вспыльчивая лисица в моей жизни — это слишком».
Неожиданно в разговор вмешался сам староста. Мужчина, натянуто улыбнувшись, заговорил:
— Не могли бы вы позволить и ей присутствовать? Понимаете, она обладает связью с духом природы, и поэтому может хотя бы немного помогать заболевшим. Все это время она поддерживала нас, так что…
— Хорошо, — перебил я. — Но надеюсь, что кое-кто не будет мешать мне работать.
— Не будет, — бодро и даже как-то радостно ответила лисица.
Я лишь улыбнулся. Теперь можно было сказать, что первый кризис нам все же удалось миновать.
— Тогда ведите, где мы будем жить?
* * *
Когда нас с Гарнаром привели в нужный дом и временно оставили наедине друг с другом, я действительно смог убедиться в том, что до нас здесь уже давно никто не жил. Мебели практически не было: одна кровать, стол и стулья, какие-то старые вещи, торчавшие из шкафа, и самое главное — все было покрыто таким слоем пыли, будто здесь годами никто не появлялся.
— Да… — вслух протянул я. — Не густо.
— Но отношение к нам здесь совсем другое.
Гарнар, пройдя за обеденный стол, устало выдвинул стул и сел на него.
— Эти люди отрезаны от внешнего мира, — спокойно отвечал я. — Они даже сами не понимают, что мы из себя представляем.
— Люди? — переспросил медведь. — Ты хотел сказать зверолюди?
Я повернулся к нему лицом.
— Разве не проще говорить просто люди? Короче получается.
— Но люди — это же мифические существа.
— А… — на губах всплыла ироничная улыбка. — Да-да, ты прав.
Эта фраза Гарнара прозвучала для меня, словно какая-то шутка, но в голове я прекрасно себе осознавал, что в этом мире настоящих людей не было. Поэтому и люди как таковые для них были истинным мифом.
Между тем, пока я был погружен в свои мысли, Гарнар, следивший за мной, снова заговорил:
— Ты правда знаешь, как вылечить болезнь?
— То, что я знаю, не гарантирует нам победу на все сто процентов. — Я подошел к шкафу, отворил его створки и взглянул на кучу грязной потрепанной одежды. — Мы можем предпринять кое-какие меры, чтобы справиться, но этого может оказаться недостаточно.
— А что насчет лисицы? Она имеет дар духа природы. Ее сила поможет нам справиться с болезнью?
— Судя по тому, как лисица реагировала на нас, она сама находится в тупике. Возможно, что ее сила не способна справиться с болезнью.