Остерегайтесь апокалипсисов. Книга 4 (СИ)

Плавно развернувшись, вместе с Макси на руках я сел на кровать и тяжело вздохнул. Мне не за что было ее винить — в этом мире она уже провела так много времени, что это добивало ее. Теперь любая ситуация, которая выходила из запланированного круга, воспринималась ей как возможность очередной гибели. А умирать никому не хотелось.
Я поглаживал Макси по голове и задумчиво прислушивался к ее успокаивающемуся сердцебиению. Она вела себя совсем не так, как раньше. Будь она прежней Макси, то вела бы себя бойко и резко, но сейчас для нее все было иначе.
В какой-то момент перехватив мою руку, Макси опустила ее и с укором посмотрела мне в глаза.
— Я не ребенок, — холодно шикнула она.
— Успокоилась?
— Да.
— Я виноват.
— Верно.
— И мне жаль, что так получилось.
Макси замолчала. Посмотрев мне в глаза, с искренним интересом она спросила:
— Но ты бы все равно сделал это, даже если бы история повторилась?
— Да.
Макси тяжело вздохнула. Ей определенно не нравился мой ответ, но она воспринимала его намного проще, чем раньше.
— Ты не изменим, — бормотала она. — В этом твоя прелесть и самая большая слабость. Только из-за желания помогать окружающим ты когда-то помог мне получить оберег, который теперь затянул тебя в мой мир. Фактически, то, что ты мне помог, привело тебя к возможной гибели.
— Значит, нам не остается ничего, кроме как это исправить.
— Не будь столь самонадеянным. Исправлятор.
Внезапно прозвучал тихий скрип. Дверь в комнату отворилась, и из небольшой щели показалось сразу же три головы: Ава, Карсен и Тати поджидали нас за порогом. И, стоило реву и крикам прекратиться, как они сразу же решили разведать обстановку.
Взглянув на нас, они разом кивнули и расступились. Дверь открылась шире, а уже следом за этим в комнату гордо вошла девочка с подносом в руках. Тати несла на подносе всего один предмет — высокий стакан, до краев наполненный молоком. Стараясь не шататься, шаг за шагом, она медленно подступала к нам, и, когда остановилась рядом, сразу взглянула на Макси.
Наступила тишина. Лицо Тати было все красным и опухшим от слез, но и Макси выглядела не лучше. Сейчас из-за пухлых щек и красных глаз они даже чем-то походили друг на друга.
Макси, устало выдохнув, протянула руку и взяла стакан с подноса. Ничего не говоря, она сделала первый глоток и от этого Тати радостно запрыгала на месте. Ава и Карсен на пороге счастливо улыбались, Тати рассмеялась от счастья, Макси смущенно отводила взгляд, и лишь я не понимал, почему все были в таком неописуемом восторге.
Заметив мою растерянность, Макси приподнялась к моему уху и тихо прошептала:
— Среди зверолюдей принести горячее молоко — значит попросить прощение и призвать к перемирию.
Мое лицо удивленно вытянулось. Лишь теперь, понимая истинный посыл этого жеста, я осознавал, что сейчас происходило.
«Если Макси приняла молоко от Тати, это значит, что она решила с ней примириться?»
Я даже не знал, что удивляло меня больше: то, что такой легкий жест имел настолько важное значение, или же то, что Тати и Макси переступили через себя, чтобы помириться и идти дальше. Невольно переложив эту ситуацию на себя, я вспомнил случай с Алгаром. Был ли он на меня зол? Безусловно. Узнать, что человек, которому ты доверял, является также богом, который пытался разрушить твой мир… Не самое приятное открытие, с какой стороны не посмотри.
«Если даже Макси и Тати переступили через себя, чтобы помириться, есть ли шанс на то, что, когда я вернусь в Межмирье, Аргон тоже согласится пойти на примирение?»
Внезапно вновь прозвучал скрип входной двери. Мы все разом вздрогнули и обернулись. Тот, кого мы увидели на пороге, даже в дверной проем не помещался. Мужчине-медведю пришлось наклониться, чтобы хотя бы взглянуть на нас, и когда мы увидели его лицо, то сразу вспомнили.
— Гарнар! — радостно воскликнул Карсан, сразу выбегая навстречу гостю.
 
Когда мальчишка подбежал, мужчина поднял его на руки и удобно усадил.
Даже я, не зная этого человека достаточно хорошо, сумел узнать его, ведь он был одним из жителей нашей деревни. Именно он помогал мне во время побега поднять панику и начать пожар.
Насторожившись, я посмотрел на мужчину и спросил:
— Где остальные из твоей группы?
— Поймали, — Гарнар холодно и даже как-то напряженно посмотрел на меня. — Нужно уходить отсюда, срочно. Группа вождя уже рядом.
— Надо собрать вещи! — спешно сказала Ава.
Девушка попыталась выйти в коридор и броситься в сторону своей спальни, но Гарнар легко положил руку на ее плечо и строго сказал:
— Времени нет. Уходим.
Его эмоции подсказывали, что ситуация действительно была опасной. Ава не смогла даже ответить ему, ведь при одном только взгляде на него она вздрогнула. В тот момент я тоже чувствовал себя как-то странно. Что-то явно было не так.
Взглянув на Макси, я заметил, как она коротко кивнула мне и поднялась. Я поднялся с кровати следом за ней, и тогда же ответил:
— Хорошо. Уходим немедленно.
Мы все разом двинулись к выходу. Тати я подхватил на руки, Гарнар понес на себе Карсана. Однако, искоса поглядывая в сторону Макси, я все продолжал думать о том, чтобы прямо сейчас остановиться на месте. Заметив на ее лице ту же тень неуверенности, я спросил:
— Что-то не так?
— Уже не знаю, — прошептала лисица. — События сюжета настолько изменились…
— Этого не должно было произойти, да?
— Да.
Я выдохнул. Мы все стремительно спускались по лестнице, а тем временем шум из таверны и громкие голоса гостей заглушали даже наши шаги. Воспользовавшись этим, я склонился к Макси и тихо шепнул:
— Если что-то случится, просто убегай.
— Нет.
— Макс…
Девушка намеренно ускорилась. Соскочив с последней ступени на пол, она подошла к Гардару, оглянулась и уверенно заявила:
— Я что-нибудь придумаю.
Предчувствие было уже недобрым. Когда Гардар подошел к двери, мое желание просто закричать и остановить его возросло многократно, но мысленно я также понимал, что, если нас и поджидала ловушка, внутри таверны от нее мы бы не спаслись.
Дверь отворилась, и мы все друг за другом вышли на улицу. Я прошел самым последним, и в тот же миг услышал за своей спиной резкий хлопок. Некто, поджидавший нас на улице, сразу захлопнул дверь. Со спины на меня кто-то накинулся, и я невольно повалился на землю. Стараясь хотя бы не выронить Тати, я широко расставил ноги и одной рукой резко опустил ее на землю. Нападавшие не унимались. С двух сторон они напрыгнули на меня и своим весом все-таки поставили на колени.
Лишь тогда я и оглянулся, чтобы посмотреть, что происходило с остальными. Аву повалили на землю точно также, как и меня. Карсен остался в руках Гардара, на которого, никто даже кидаться не стал. А вот Макси, находившаяся в стороне, все еще была свободна. При виде ее растерянного выражения лица я громко закричал:
— Убегай!
Макси растерялась. Ситуация явно складывалась не в нашу пользу. Противники быстро окружили нас целой стеной. Даже я со своей силой не смог бы одолеть их всех, что уж было говорить о ней. Все это происходило слишком быстро. Макси, испуганная и ничего не понимавшая, успела лишь развернуться, и в тот же миг ей навстречу выскочил незнакомец.
— Вам нет прощенья! — громко закричал он, вынимая из ножен меч. При виде этого я встрепенулся и попытался встать, но меня снова ударили по голове и сильнее придавили к земле. Прямо на моих глазах меч пронзил грудь Макси, а та, инстинктивно ухватившись за него голыми руками, замерла.
В этот момент все как будто остановилось. Кровь, стекавшая с ее рук, тёмно-красное пятно, быстро распространявшееся на ее одежде, и тихий болезненный стон, который она издала перед тем, как потерять сознание — именно это и стало последним, что я увидел. После все сразу померкло.