Остерегайтесь апокалипсисов. Книга 4 (СИ)

— Я это понимаю, и поэтому не собираюсь осуждать. — Я глубоко вдохнул, пытаясь не выдавать волнения. — Но и присоединяться к вам не стану. Уж простите.
Окружающие удивленно переглянулись, а я, гордо прошествовав мимо Ракха двинулся в сторону глубокого леса. Между тем, запах в округе становился все более невыносимым. Гарь вызывала слезы, кашель и головную боль — из-за этого лицо приходилось прикрывать рукой.
Накрыв ладонью лицо, я задержал дыхание и уверенно двинулся вперед. Ракх даже не пытался меня остановить, но, когда я подошел ближе к нему, он с усмешкой сказал:
— Что-то мне подсказывает, что в будущем мы еще встретимся.
— Возможно, — с улыбкой отвечал я, — и, надеюсь, тогда Вы все еще будете благосклонны ко мне.
Я прошел мимо. Быстро, уверенно, без сожалений. Но, сказать честно, несмотря на то, что со стороны я выглядел уверенно, сердце в груди билось все быстрее. Мне казалось, что он мог вот-вот меня остановить и заставить пожалеть о сказанных в прошлом словах, но пока я удалялся, ни вождь, ни его помощники ничего так и не сказали. Значит, о том, что случилось в нашей деревне, они и не знали.
«Учитывая, что они оказались в этом городе проездом, — размышлял я, постепенно ускоряя шаг, — наверняка они направляются в сторону нашей деревни. Когда Ракх узнает, как выглядит главный виновник восстания и получит мое послание… Ух, даже представить сложно, какого он будет мнения обо мне».
* * *
Дорога до места встречи с остальными была долгой. Мы должны были пересечься в деревне на севере континента, но почему-то мне даже не хотелось торопиться туда. Я знал, что Макси могла и сама постоять за себя, так что все, что мне оставалось, это просто добраться до нужного места в установленные сроки.
Идти одному было намного скучнее. Никто не увлекал меня разговорами, ни сопел у меня на плече, и не заставлял нести сумки. Теперь был только я, и сумка у меня была всего одна. После заварушки в городе у меня были с собой кое-какие вещи, но не в достаточном количестве. У меня была одежда, но совсем не было припасов — все они остались в сумках остальных. Поэтому, стараясь до последнего откладывать неизбежный момент лова добычи, я просто продолжал пробираться через густой лес под тихое урчание живота.
В какой-то момент, внезапно уловив подозрительный шелест листвы, я замер. Не редко в этих лесах мне навстречу выходили дикие животные. Сейчас, когда я уже был практически в состоянии отчаяния, я даже подумывал над тем, что буду делать, если встречу съедобную животинку. Поймать ли ее? Приготовить ли себе на ужин? Как же все-таки просто было жить, когда рядом была профессиональная лисица-охотник.
Снова услышав прежний шорох, я развернулся и плавно двинулся ему навстречу. Мне с моими размерами приходилось быть очень осторожным, чтобы не издавать посторонних звуков. И еще сложнее в этой ситуации было то, что мое тело казалось мне непривычным. Я чувствовал себя, как человек, надевший костюм волка, нежели настоящий человеко-волк.
Украдкой высунувшись из своего укрытия за листвой, я заметил лежавший на земле клубок шерсти. Сначала мне даже не было понятно, кто или что это было. Маленькое создание с красным полосатым хвостом лежало на земле, прикрываясь своей пушистой шерсткой. Но затем, когда это существо вновь поморщилось и перевернулось, я понял, что это был необычный зверь. Это был зверочеловек.
Ребенок на вид десяти лет свернувшись в клубок, лежал у корней дерева и тихо сопел. Еще издалека я понял, что это была обычная заблудившаяся малышка, но стоило мне подойти к ней ближе, как стали заметны и новые факты. Она была одета в какую-то грязную тряпку — явно не в нормальную человеческую одежду. Пушистые красные волосы и два округлых ушка на макушке подсказывали, что она относилась к виду небольших мохнатых зверьков. Возможно, к малым красным пандам.
От усталости ребенок не мог даже проснуться, когда я подошел к нему. Лишь когда я приподнял ее на руки, она устало приоткрыла глаза, посмотрела на меня и снова погрузилась в сон. Тогда же я и понял, что она была истощена. Впалые щеки, потухший взгляд, мертвенно-бледная кожа. Ее появление на моем пути настолько шокировало меня, что еще несколько минут я просто сидел на корточках, прижимал ее к груди и судорожно обдумывал происходящее.
 
«Что мне теперь с этим делать? Она холодная и даже не может шевелиться. Нужно ее согреть и накормить».
Последние мысли окончательно убедили меня в том, что я должен был поохотиться. Развернувшись к моей сумке, я вытащил из нее все тряпки, которые только у меня были, и завернул в них девочку. Не знаю, насколько это могло помочь ей согреться, но прямо сейчас — это единственное, что у меня было.
Руки дрожали. Волнение, словно ком подкатывало к горлу. Поднявшись на ноги, я быстро развернулся и вместе с ребенком на руках пошел вглубь леса. Оглядываясь по сторонам, вслушиваясь во множество разных звуков, всматриваясь в тени, я старался найти хотя бы что-то, что можно было бы съесть.
Но в таком тревожном состоянии я вряд ли мог кого-то поймать. Нужно было успокоиться, но как можно успокоиться, когда на твоих руках лежит беззащитное живое существо?
Постепенно до слуха стало доноситься журчание воды. Где вода, там и рыба, верно? Стоило мне только подумать о возможности поймать рыбу, как ноги сразу же понесли меня в нужную сторону. Перед глазами всплыл образ Макси — впервые именно рыбой она накормила всех нас, и тогда даже ослабший Карсан был готов хотя бы немного поесть ее.
Постепенно мой шаг ускорялся. Бежать сломя голову я не мог — это могло только навредить беззащитному существу в моих руках. По сравнению с Карсом эта малышка была еще более маленькой и вялой, а в сравнении со мной она и вовсе походила на один маленький комок шерсти.
Постепенно деревья начали расступаться, а журчание воды усиливаться. Когда я все же вышел на открытую местность, покрытую множеством мелких камней, на глаза бросилась неглубокая река. Решение было принято мгновенно. Подойдя чуть ближе к реке, я сбросил со своего плеча сумку, положил на нее ребенка, плотно укутанного в тряпки, убедился в том, что она была в порядке и сразу пошел к воде. Старые изодранные ботинки пришлось бросить на берегу.
Я так уверенно вошел в воду и замер в исходной позиции, будто знал, что нужно делать. Но при этом только теперь осознал, что у меня совершенно не было плана. Как я вообще собирался поймать рыбу? Голыми руками?
Смотря на свои длинные звериные когти, я понимал, что в теории это было возможно, но человеческая натура во мне говорила, что это было глупой затеей. Продолжая вот так стоять, в сгорбленном состоянии с опущенными руками, я просто глядел в воду и думал, что же теперь мне нужно было делать.
Внезапно перед глазами что-то промелькнуло. Буквально почувствовав, что ко мне что-то приближается, я устремил свой взгляд на воду и резко опустил руки вниз. Ладонями я смог ощутить гладкую чешуйчатую поверхность, но рыба настолько быстро вывернулась из моих рук, что я так и не смог ее поймать.
«Ничего, — размышлял я, сосредоточенно продолжая следить за водой, — попробуем снова».
Мгновенно где-то в воде подо мной промелькнула еще одна рыба. На этот раз я даже не успел ухватиться за нее, а она, будто специально, просто проскочила между моих ног.
Ощутив подступавший к голове азарт, я наклонился еще ниже, улыбнулся во все зубы и затаился. Теперь оставалось только ждать.
«Что делать с ребенком после того, как я ее накормлю? Неплохо было бы узнать кто она и откуда взялась здесь. Бросать ее одну нельзя, таскаться с ней дальше — тяжко. Идеальный вариант найти ее дом и отвести обратно».
Вновь перед глазами промелькнуло нечто быстрое, извилистое. Резко опустив руки в воду, я буквально впился в свою добычу когтями. Рыба начала вертеться, словно на углях, а я, сразу подняв ее на сушу, с разворота швырнул ее на берег.