Профиль мозга (СИ)
А позже Миа узнала, что Илья способен помочь находившемуся на Дзетте Денису в ментальном поле... и, вместо того, чтобы отговорить парнишку от этого опасного занятия, фактически настропалила его проникнуть в канал гиперсвязи... Да, она тогда так безумно волновалась за Дениса, что была не в себе, но разве это может быть оправданием?! Нет, не может... Ведь она - взрослая женщина, а он - семнадцатилетний мальчик!
Где? Где, чёрт возьми, были её мозги, когда она брала с Ильи слово послать ей сигнал, когда он по собственной странной терминологии "полезет в портал"? Дура! Проклятая дура! Она, конечно, тоже получила своё, но разве это можно сравнить с тем, что случилось с Ильёй?
"Миа, Миа, портал открывается! - завопил Илья в юнифон. - Я вхожу".
Любая дополнительная опция юнифона усиливала врождённую непереносимость сети, лекарства хоть и притупляли её, но не убирали, и потому Илья всегда обходился самым минимумом. Вызывая Миа, парнишка включил только звук, лишив её возможности видеть, что с ним происходит.
"Илья!" - Миа хотела ему что-то сказать, сейчас она уже и не помнила что конкретно, но он не ответил.
Он уже делал что-то своё, что-то ей неизвестное, "входил в портал", спасал там её любимого человека, а юнифон в это время продолжал работать, Илья не прервал соединение и Миа тоже, она осталась на связи и ждала, чем закончится его проникновение через канал гиперсвязи в ментальное поле к Денису...
А спустя минут семь из юнифона раздался ни на что не похожий звук: ей показалось, что это воздух взорвался изнутри, хлестнув по ушам чем-то гибким, гладким, чуть ли ни резиновым, как будто лопнул огромный надутый пузырь и, оглушив до звона в голове, бросил вперёд. Миа, наверняка, упала бы головой оземь, если бы, к своему счастью, не сидела в этот момент за столом. Стукнувшись лбом о пластик, она услышала грохот - это Илья, потеряв сознание, рухнул на пол.
Когда звон в голове Миа прошёл, она стала кричать в юнифон, звать парня, но ответа не было, а перед глазами, стоило только хоть на секунду прикрыть веки, сразу же появлялся тонкий, уходящий в жемчужно-серую субстанцию провод, который - она откуда-то сразу об этом знала - связывал её с Ильёй...
Но тогда ещё Миа о проводе не думала, она вызвала скорую и помчалась к парнишке домой, где столкнулась с его матерью Марией и... о-о-о! Миа тогда здорово досталось... ну, Мария имела право, конечно... но боже, как же она орала!..
Миа затрясла головой, прогоняя воспоминания о воплях матери Ильи. Заткнутые уши уже не спасали от идиотских рекламных песен, в голове всё гремело, хрустело и перекатывалось, распирая уши изнутри. Казалось, ещё пять минут, и котёл взорвётся. Миа открыла глаза и активировала юнифон.
Визитка, визитка, - бормотала она, роясь в сетевой обменке. Ага, вот!.. Вот она! Визитка того типа, что тёрся возле клиники, цепким взглядом окидывая посетителей и выбирая тех, кому можно втихаря предложить услуги...
- Два-пять... три... восемь, - с трудом разбирая плывущие, будто в тумане, цифры, обратилась Миа к киберводу. - Я меняю маршрут... она перебросила адрес с визитки.
- Принято, - ответил кивод.
- Сколько времени ехать?
- Пятнадцать минут, если загруженность коридора не изменится.
"Не изменится, Господи, пусть не изменится! - прошептала Миа, вызывая забитый в визитку номер. - Лишь бы тип этот был на месте, денег должно хватить... лишь бы у него был олкодин... Иначе я не смогу с Денисом даже разговаривать... Да что там разговаривать, без олкодина я просто умру!"
* * *
- Как прошли выходные? - Петя Малинкин пытался сделать вид, что это всего лишь дежурный вопрос, но лукавое веселье в глазах выдавало его с головой.
Славный парень Петюня был геноптиком-инженером, и у него, в отличие от Трухакова, с проявлением способностей всё оказалось в порядке, поэтому он спокойно жил и получал от жизни удовольствие. А заодно приносил пользу Игорю. Его приложение для запуска кодированного актиматрицей воздействия оказалось великолепным! Вот что значит нормальная генопта в действии! Несмотря на то, что парень понятия не имел, какие воздействия будут применяться, он сумел правильно использовать "железки" юнифона Игоря, чтобы аппарат можно было переключить в режим работы с актиматрицей. Трухаков сказал, что это нужно ему для новых лечебных процедур, которые он ещё только разрабатывает и потому держит в секрете - Малинкин понимающе кивнул и выполнил работу, ничего больше не спрашивая. Молодец, Петюня, держи пирожок! И жди главного выхода - он ещё впереди.
- Спасибо, Петя, - негромко произнёс Игорь, смущённо улыбаясь в экран, где Малинкин уже ёрзал от нетерпения. - Мне... - он сглотнул и сам удивился, как, несмотря на синтетический заменитель связок, натурально дрогнул у него голос. - Ты знаешь, я хоть и не люблю дни рождения, ну, потому что...
- Я знаю! - с готовностью откликнулся Петюня, и, дьявол раздери, Игорь мог поклясться, что глаза парня увлажнились. - Я, конечно, понимаю, но...
- Но мне понравилось! - поспешил уверить его Трухаков. - Было очень приятно, ведь я уже и забыл, как это здорово - праздничный торт в день рождения!
- Вкусный? - с детским любопытством спросил Малинкин.
- Да, да, он такой... шоколадный! и крем и вишни... - Игорь облизнулся, наблюдая, как лицо Пети озаряет счастливая улыбка. - Ну, в общем...
От дальнейшего лицедейства Трухакова спасла заглянувшая в кабинет медсестра.
- Игорь Кириллович! Там, в приёмной...
- Петь, прости, у меня тут работа срочная! Ещё раз спасибо тебе, созвонимся, пока! - Игорь с облегчением завершил вызов и повернулся к медсестре.
- В приёмной Хрептович, спрашивает, можно ли зайти? - её взгляд, угодив в чёрный провал на месте правой глазницы Трухакова, мгновенно переместился на пол.
Игорь приблизил изображение медсестры: камера, установленная вместо отказавшего органа зрения, позволяла рассмотреть каждую морщинку, но их не было - молоденькая совсем девушка, новенькая, не привыкла ещё.
- Хрептович? - с удивлением переспросил он. - Зачем? Я же его ещё вчера выписал.
- Говорит, по личному делу.
- Ладно, зови! - ободряюще улыбнувшись безгубым ртом, велел Трухаков.
Медсестра быстро скрылась за дверью, уступив место высокому, тощему мужчине с большим носом.
- Здравствуйте, Игорь Кириллович!
- Доброе утро, Борис Геннадьевич! В чём дело? Неужели снова кошмары? - Трухаков недоверчиво нахмурился.
- Да нет, Игорь Кириллович, что вы! Наоборот! Сегодня первый раз после лечения дома ночевал... - Хрептович расплылся в улыбке.
- И?
- И ни разу не кричал! Жена всю ночь проспала спокойно!
- Чего ж пришли тогда? - изумился доктор.
- Вот! - Хрептович достал пластиковую карточку и протянул Трухакову. - Жена просила вам передать.
- Что это?
- Это сертификат на материалы для тришника, - стал торопливо пояснять Хрептович. - В благодарность за моё выздоровление. Доставят, когда пожелаете... у вас ведь три-дэ-принтер есть?.. ну, в случае чего, в клинике, - перехватив недоумённый взгляд Трухакова, поспешил добавить бывший пациент, - в клинике-то тришник обязательно должен быть...
- Есть, - успокоил его Игорь. - И дома, и в клинике.
- Ну вот! - обрадовался Хрептович. - Заправите в принтер, и вам хватит, чтобы сумку с туфлями, или даже куртку напечатать... это просто подарок... - Бывший пациент вспотел, торопясь завершить эту нелепую, навязанную благоверной миссию. - Жена очень просила, она, понимаете, работает в этой, - Хрептович постучал ногтем по карточке, - корпорации.
- Спасибо, - Трухаков наконец взял карточку и положил её в карман.
- Это вам спасибо, Игорь Кириллович! - Бывший пациент резко, кузнечиком, вскочил, на лице читалось явное облегчение. Он протянул руку.