Профиль мозга (СИ)
- Кто "он"? - уточнил полковник.
- ...Мужик, - чуть подумав, кивнул Коленкин.
- И как этого мужика звали? - поинтересовался Денис.
- А хрен его знает, - пожал плечами Пётр Родионович. - Он мне не говорил вроде... а сказал: поможешь с и-кодом, дам денег... А чего делать-то надо? Да ничего особенного, говорит, юнифон на себя оформишь и мне отдашь, а я тебе тогда денег до хрена на кэшку залью и бутылку эту отдам. Ну я и согласился... оформил на свой и-код скобку, он её забрал, с кэшки за номер оплатил и мне её отдал, дал "Кристальную", а потом... потом чего-то уже не помню...
- Понятно, - констатировал полковник. - Как он выглядел?
- Кто? - хлопнул глазами Коленкин.
- Мужик с "Кристальной"! - ответил Беркутов, как показалось Денису, с трудом удерживаясь, чтобы не обматерить допрашиваемого.
- Да обыкновенно выглядел... - нахмурился Пётр Родионович и ненадолго примолк, постукивая себя ложкой по лбу. - Мужик и мужик...
- Сюда посмотрите, - Денис развернул виртэк с объёмным портретом человека в маске из рекламного буклета.
- О! - удивился Коленкин. - Так вот же он!
- Вы уверены? - Беркутов посмотрел на Петра Родионовича с подозрением.
- Да, да, - подтверждая каждое слово ударом ложки по лбу. - Точно! Это он и есть!
- Спасибо, Коленкин, вы нам помогли. Может быть, нам понадобиться поговорить с вами ещё, постарайтесь не исчезать из города.
- Да я тут, - обрадовавшись, что от него скоро отвяжутся, Коленкин расплылся в улыбке, - я всегда в этом районе, тут ночлежка есть, у Второго Банного, знаете?
Полковник кивнул.
- Там сплю, если холодно.
- Хорошо, - к изумлению Дениса, Беркутов извлёк откуда-то из внутреннего кармана тонкий пластеновый прямоугольник, где на белом фоне были напечатаны чёрные цифры юнифонного номера. - Вот, держите, если что случится или что-то вспомните, звоните мне с любого юнифона - разговор оплатит Управление.
- Ага, - Коленкин отложил ложку, вытер об себя руки и только потом осторожно взял пластеновый прямоугольник и, внимательно рассмотрев, убрал куда-то глубоко под куртку.
- А я и не знал, что в природе ещё водятся такие визитки, - сказал Денис, - неэлектронные.
- Ещё как водятся, - уверил его полковник. - Одна беда, они, в отличие от электронных, быстро кончаются, когда приходится иметь дело с определённой категорией граждан. - До свидания, Коленкин.
- До свидания, - откликнулся Пётр Родионович. - А на чай немножко не дадите?
Посмотрев на полковника - тот неопределённо махнул рукой, мол, как хочешь, - Денис перевёл бродяге небольшую сумму:
- Купите себе бифштекс.
- Ага, спасибо, обязательно! - Коленкин вскочил. - Счастливо, до свидания, я пошёл! - И он пулей вылетел из синтро.
- Куда? - удивился Денис. - Вот же синтроматы.
- В них выпивки нет, - усмехнулся полковник. - Такой вот бифштекс... местного разлива.
- Ну и ладно! Дело хозяйское, - философски заключил Денис.
- Как ты думаешь, - спросил его Беркутов, - Кто-то ещё носит точно такую же маску или это именно тот друг моего спятившего информатора?
- Такую же маску? Нет! - покачал головой Денис. - Больно уж странное совпадение, нет, нет! Я уверен, что это именно тот друг, про которого говорил сосед Прутикова.
- Согласен, - раздумчиво кивнул полковник. - Выходит, эти два дела связаны. Но как ты об этом догадался, почему ты вдруг Прутикова вспомнил?
- Интуиция, - пожал плечами Денис. - Просто пришло в голову и всё.
- Вообще-то, если поразмыслить, - сказал Беркутов, когда они уже вышли из синтро и садились в служебный мобиль, - то ты прав: эти два дела имеют больше общего, чем кажется с первого взгляда.
- Это ты об экстрасенсорных способностях? - догадался Денис.
- Да, хотя Прутиков сильно отличается от Малышева и Вислоноговой. У них обоих - буферсон, травмы мозга, а у этого - что? Геноптик-танцор, буферсон был не зафиксирован.
- Не просто не зафиксирован, а его в принципе быть не могло! Нельзя стать геноптиком с буферсном, так мне Валера сказал, и это правда: можешь медицинскую литературу почитать, убедишься. Буферсон - абсолютное противопоказание для генопты.
- Но откуда же у него тогда вдруг возникли способности видеть ближайшее будущее? Генерал говорил, чтобы стать экстрасенсом, нужно быть буферсом.
- Нужно иметь определённый профиль мозга, - поправил его Денис. - Спецы называют его цепким. Да, буферсон сопровождается цепким профилем мозга, но не таким, как у экстрасенса, потому нужны травмы, чтобы усилить свойства профиля. То есть цепкий профиль мозга достаточной силы, а вовсе не буферсон, нужен для появления экстрасенсорных способностей, понимаешь разницу?
Слушавший Дениса крайне внимательно полковник уверенно кивнул.
- И хотя, официальная наука утверждает, что профиль мозга не может быть изменён извне, мы с Топольковым пришли к выводу, - продолжил Денис, - что у Прутикова именно так и произошло. Это единственное объяснение. Иначе он бы уже давно спятил! Ещё в тринадцать лет!
- Почему именно в тринадцать? - не понял полковник.
- Потому что профиль мозга формируется к этому возрасту, и если бы у Прутикова была генопта, то цепкий профиль мгновенно вступил бы с ней в конфликт!
- И он воткнул бы себе нож в глаз ещё тогда.
- Ну, что-то типа того.
- То есть, выходит, наш замаскированный друг изобрёл способ сделать из Прутикова экстрасенса, чтобы убить? Слишком уж оригинальный способ, ты не находишь?
- Да уж, - согласился Денис. - Человек, нашедший способ так изменить профиль, в мозгах разбирается, так что не мог не знать о конфликте.
- А Малышев с Вислоноговой зачем этому другу звонили? Им профили менять не надо, они у них и так... как там - цепкие?
- Ну да, цепкие. Да плюс травмы мозга - наверняка, оба обладают экстрасенсорными способностями. Не зря же Топольков отобрал их, чтобы в наш отдел пригласить...
- А я слышал, одного такого вы уже пригласили! - вспомнил полковник.
- Да, Баскаков Алексей.
- Ну и как он?
- Весьма перспективный сотрудник.
- Телепат?
- Нет, у него другое: он с мёртвыми разговаривает.
- Серьёзно? С любыми?
- Нет. В основном он с отцом говорит и ещё с теми, кого на кладбище завербовал.
- Что? - полковник расхохотался. - Завербовал на кладбище?
- Ну да, - улыбнулся Денис. - У него целая система и теория, могу рассказать.
- Нет, - сквозь новый взрыв смеха отказался Беркутов. - Не надо. Ещё только теорий о загробном мире мне не хватало. Я, знаешь ли, практик.
- Ну, на практике Баскаков ещё толком не успел себя показать. Хотя и сообщил, что у меня есть мёртвый друг майор, с которым у нас мозги были связаны. Вот откуда он мог это узнать?
- Ладно, - Беркутов перестал смеяться, но было видно, что к откровению про Борткова полковник отнёсся весьма скептически, полагая, что Денис или преувеличивает, или вообще выдаёт желаемое за действительное. - Дай знать, если вдруг твой Алексей Баскаков Прутикова завербует. Вдруг чего дельное расскажет? При жизни был информатором, так почему и после смерти не продолжить?
- Обязательно, - сделав вид, что не заметил подколки, ответил Денис. - Пока я Баскакова только спросил, нет ли среди мёртвых Малышева с Вислоноговой.
- А он может это определить? - в голосе полковника слышалось сомнение.
- Говорит, что стопроцентно определяет. По изображению. Я показал ему фото наших пропавших, и он сказал: Малышев мёртв, а Вислоногова жива.
Глава 3
Мария Вислоногова была сиротой, но жила не одна, а вместе с бывшей сокурсницей по универу, потому что пока не могла позволить себе обзавестись отдельным жильём. Платили молодым специалистам-технологам пищевых производств немного, так что роскошествовать не приходилось. Соседка Вислоноговой Ира отзывалась о ней, как о серьёзной, ответственной и целеустремлённой девушке, которая много работала, мечтая сделать карьеру, и просто так загулять, никому не сообщив, когда появится, не могла. Мария с Ирой не то чтобы дружили, - с подругами у Вислоноговой как-то никогда не складывалось, - но отношения у них сохранялись добрые, и соседка была искренне обеспокоена исчезновением Маши, стараясь, чем могла, помочь расследованию. Так она вспомнила, что несколько раз видела, как Вислоногова зависает на портале со странным названием "Другой", и теперь Денис тщательно изучал этот сетевой ресурс в надежде выудить оттуда информацию о пропавшей.