Капкан (ЛП)

Мои плечи напрягаются. Питер? Почему он хочет поговорить сейчас? Знает ли он о моем отчиме? Нет. Он ни за что не узнает. Вчера вечером я наблюдала, как Кэш красил тело грунтовкой.
«Так он не будет сильно вонять.» сказал он. «И я обещаю тебе, Ремеди. Мы в этом вместе.»
Я должна сохранять спокойствие. Беспокойство берет надо мной верх, и я не могу позволить этому контролировать себя.
Я выпрямляю пальцы, вытирая ладони о штаны. Почему Питер должен меня в чем-то подозревать?
— Да. — говорю я. — Я сейчас подойду.
В моем животе нарастает слабая, тупая боль. Я плачу за торт и забираю его домой, прежде чем отправиться в полицейский участок. Отдел находится в здании цвета лосося с узором из ромбов цвета морской пены по краям.
Я не была здесь много лет, с тех пор, как моя мама впервые рассказала им о моем отчиме. Но тогда они ничего не предприняли. Это не будет исключением.
Кэш пообещал мне, что мы справимся с этим вместе. Мы в безопасности.
Я медленно подхожу к стойке регистрации, мои ноги прилипают к земле с каждым шагом. Двигаться вперед трудно. Клерк поднимает взгляд от компьютера, улыбаясь мне.
— Мне сказали явиться на допрос. — бормочу я.
— А вы кто?
— Ремеди Бассет.
— Ах! Да. Следуйте за мной.
Она ведет меня в комнату боковой части здания. На одной стороне стене зеркало, а с другой окно, из которого виден главный вестибюль.
В углу жужжит кулер с водой, а металлический стол делит комнату пополам.
— Кофе? — спрашивает она.
Я качаю головой. Я слишком нервничаю, чтобы пить что-либо, даже воду. Несколько минут спустя Питер появляется в дверях, небрежно проводя рукой по своим рыжевато-светлым волосам. Он обнимает меня сбоку.
— Как дела, Ремми? — спрашивает он, садясь на стул передо мной. — Ты давно здесь?
— Вовсе нет. — отвечаю я. — Я слышала страшные истории о том, как долго они заставляют тебя ждать.
— Я не собираюсь играть с тобой в эти игры. Ты слишком умна для этого. — он наклоняет голову, одаривая меня быстрой улыбкой.
Затем его лицо меняется, с него исчезает игривость. Он готов перейти к делу.
— Ты сейчас работаешь на мистера Уинстона, да? — спрашивает он.
Я киваю.
— Ты его единственный личный ассистент?
— Да.
— У него есть еще кто-нибудь из прислуги?
Я пожимаю плечами.
— Он уволил их до того, как нанял Дженну.
— Хм. Почему он их уволил?
Мои щеки краснеют.
— Я думаю, он считал, что они были недостаточно компетентны.
— А почему Дженна ушла с работы?
Я опускаюсь на свой стул. Я уже сказала что-то, чего не должна была говорить?
— Тебе придется спросить Дженну. — говорю я.
— Или ты можешь избавить меня от хлопот.
Я опускаю голову. Я хочу защитить Дженну и Кэша. Как мне пройти через эту часть, не солгав?
Однако, Дженну не нужно защищать. Она не сделала ничего плохого.
Но Кэш и я? Мы убили моего отчима. Это тоже неправильно. Кэш ничего не сделал. Я сделала. Я здесь настоящий преступник.
Пока Дженна и Кэш не пойдут ко дну вместе со мной, все будет хорошо.
— Ремми? — спрашивает Питер. — Почему Дженна ушла из поместья Уинстонов?
— Они поссорились. — говорю я, дотрагиваясь до затылка.
— Такое случается. Знаешь что-нибудь о деталях? — я пожимаю плечами.
— Я просто знаю, что они не ладили.
— А как насчет тебя? — садится на свое место, наклоняясь вперед, как будто знает, что у меня есть что-то пикантное, что-то, что я скрываю. — Каково это — работать на него?
И что мне ответить? Я не хочу привлекать внимания к Кэшу, но я должна сказать что-то реалистичное.
— В каком смысле? — спрашиваю я. — Он подозреваемый?
— В таком маленьком городке, как этот? Подозреваемыми являются почти все. Даже ты! — смеется Питер.
У меня скручивает живот, но я заставляю себя улыбнуться. Ухмылка сползает с его лица, и он понижает голос.
— Не для протокола, мы опросили его подрядчиков, чтобы понять, на что это указывает. Мы знаем, что убийца связан с компанией Winstone. Пока не выяснили как, но у нас есть несколько зацепок.
Я киваю головой в знак согласия. В конце концов, в некотором смысле, он прав. Я убила кое-кого, и технически предполагается, что я личный ассистент Уинстона.
 
Питер знает, что я убийца?
— Можете ли вы описать, как выглядит Уинстон? — спрашивает Питер.
Я шмыгаю, и Питер приподнимает бровь, глядя на меня, его челюсть суровая и строгая.
Я прочищаю горло.
— Извини. Ты просил меня описать, как он выглядит? — спрашиваю я.
— Похоже, недавно он перенес какую-то пластическую операцию. Я хотел уточнить это у тебя.
— Извини. — говорю я.
Это правда.
— Он… — я делаю паузу, пытаясь собраться с мыслями.
Что Дженна сказала о его внешности?
— Он старше, понимаешь? У него такое лицо, как будто он может быть кем угодно. — говорю я, но знаю, что несу чушь.
Мне нужно сопоставить два образа, которые у меня есть — тот, который описала мне Дженна, и тот, который реально является Кэшом, чтобы я могла защитить его.
— Темные глаза. У него такие пятна на белках глаз. — я обхватываю себя руками. — Серьезно, в чем дело?
— У тебя есть доступ к его файлам, верно?
Я опускаюсь на свое место.
— Да и нет?
— Сколько ему лет? Ты бы сказала, что ему за пятьдесят или за шестьдесят?
Он выглядит намного моложе, но имеет ли это значение?
— Я не уверена. Что происходит?
— Что-то не сходится с Уинстоном, и мне это не нравится. Я встретил его на днях. — он качает головой. — Я беспокоюсь за тебя, Ремеди.
Он тянется через стол и берет меня за руку. Каждый волосок на моем теле встает дыбом от прикосновения, но я остаюсь неподвижной.
— Ты загоняешь себя в угол. Я могу помочь тебе вырваться из хватки Уинстона, но тебе придется поработать со мной.
Я отдергиваю руку, держа ее на коленях.
— Что ты имеешь в виду?
— Он влиятельный человек. Даже если он не совершает преступления сам, я уверен, что он может заставить кого-то другого сделать это за него.
Я стискиваю зубы. Почему это звучит так знакомо?
— Он не делал со мной ничего подобного. — говорю я.
— Хорошо.
Но это ложь. Он сделал что-то подобное. Кэш подарил мне моего отчима. И я убила его.
«Если ты этого не сделаешь, это сделаю я.». сказал он, но я ему не позволила.
Неужели он обманом заставил меня сделать это за него? Внутри меня гноится неприятное чувство, борющееся за то, чтобы взять верх.
Даже если убийство моего отчима каким-то образом оправдано, даже если я искренне рада, что мой отчим никогда больше не сможет причинить боль другой девушке, я не уверена, что мне следует делать, когда дело доходит до Кэша.
Если он способен похитить моего отчима из Тампы и привезти его ко мне, на что еще он способен? Если я знаю, что он совершает преступления, мой долг остановить его?
— Ремеди? — спрашивает Питер.
Я вздрагиваю, подскакивая на своем месте.
— Да?
— Ты хочешь, чтобы я отвез тебя обратно на работу? — спрашивает он. — Такого рода расспросы могут шокировать. Я полностью понимаю это. Я могу проводить тебя обратно в поместье и убедиться, что Уинстон ничего не предпримет.
Питер милый, и в некотором смысле я благодарна ему за предложение. Но никому нельзя доверять. Особенно такому, как он.
Тогда почему я доверяю Кэшу?
— Я в порядке. Но спасибо тебе. — говорю я. — Я просто хочу вернуться к работе.
Питер кивает.
— Пожалуйста, позвони мне, если что-нибудь вспомнишь.
Когда я выхожу из зала в переднюю часть участка, я пытаюсь мысленно отгородиться от шума. Жужжание копировальных аппаратов. Болтовня сотрудников. Телефонные звонки. Мне нужно мыслить трезво, и ничто из этого не помогает.
Мужчина в полицейской форме поднимает голову от своего стола и пристально смотрит на меня. Другой офицер таращит глаза, и кажется, что каждая пара глаз во всем здании смотрит на меня, но я не знаю почему.