Иной мир (СИ)
Шхуна сближалась с галерами на скорости в шесть узлов. Ветер дул со стороны Африки, в правый борт, так что нам, если что, придется маневрировать с учетом того, что вправо лучше не поворачивать. Но, подойдя на расстояние выстрела, именно этот маневр и предпринял наш бравый Михаэль. “Вепрь” развернулся в положение левентик. И в тот же момент весла галер пришли в движение. Пираты заходили с двух сторон, видимо, решив пойти на абордаж с обеих бортов.
— Левый борт, огонь! Рулевой, круто влево!
Залп пришелся мимо, хотя и рядом с одной из галер. Шхуна, сначала нехотя, а потом все быстрее, подала нос влево, снова разворачиваясь бушпритом в сторону пиратов.
— Так держать.
Расстояние сокращалось.
— Лево руля! Правый борт — огонь по готовности! Прямо руль.
Теперь заговорили орудия правого борта. Пара ядер ударили одну из галер в борт, ближе к корме. “Вепрь” снова пошел на сближение.
— Зарядить бомбы, бить наверняка!
Галеры, на расстоянии, примерно ста пятидесяти метров, тоже произвели залп. Скорее, больше для острастки. Свами, стоящий у штурвала, довернул влево, и наши орудия правого борта, с расстояния в сто метров, практически в упор, послали бомбы в одну из галер. Меня взрывы бомб прямо на палубе галеры не впечатлили, я думал, что это будет более красочное зрелище, а вот пиратам, похоже, это сильно не понравилось, там вспыхнул пожар, и галера, под аккомпанемент воплей и ругани, отвернула в сторону. А Свами, ухмыляясь, вернул Шхуну на курс, но не до конца, и теперь форштевень “Вепря” грозил врезаться под углом в борт второй галеры. Пиратский капитан сообразил, чем это ему грозит, галера попыталась отвернуть, и ей это почти удалось, но несколько кормовых весел, попав под корпус нашего корабля, сломались, как спички.
— Прорвались! — Радостно воскликнул Барт, но Микко заорал в ответ:
— Не спеши радоваться, они не отстанут!
Действительно, галеры пустились в погоню, подняв в помощь гребцам паруса. То, что у шхуны парусное вооружение было больше, пиратов нисколько не смущало: во первых, это компенсировалось гребцами, а во вторых, единственный парус на галере был большим по площади. И, не смотря на течение, и благоприятный для нас ветер, галеры постепенно сокращали расстояние. Мы пару раз стреляли по пиратам из кормовых орудий, но без особого успеха.
— В кормовые я бы зарядил цепные ядра. — Сказал Михаэлю Микко. Если получится изорвать парус хотя-бы одной из галер, нам будет проще.
— Их не так много… Думаешь, получится?
— Может и нет, но почему бы и не попробовать? — Микко пожал плечами.
— Ну, давай попробуем. — Согласился Михаэль. — Кормовые, зарядить цепными ядрами! Целить по такелажу!..
Глава 24
Виктор
Олаф, с перебинтованной головой, стоял, в компании двух офицеров, на капитанском мостике. Завидев Виктора, он заорал:
— Что, это и есть флот Его Величества Хосе, который он прислал нам в помощь? Целый ОДИН корабль?!..
— Ваше Величество, долго рассказывать, но надо как можно скорее выйти из боя, и вывести флот! Хосе не пришлет серьезные подкре…
БАХ! По корпусу корабля ударили ядра, каракку ощутимо качнуло. С противным скрежетом надломилась у основания, и завалилась на правый борт перебитая фок-мачта. Олаф что-то попытался ответить, но в это время канониры дали залп, палубу заволокло дымом, и Витька ничего не услышал.
— Да, твою… Твое Величество, отступай, к черту британцев, есть более важная вещь, чем взаимное сокращение ядрами кораблей!
— Где Серхи?! Какого черта ты мямлишь?!
На этот раз выстрелы англичан пришлись на шкафут, Витьку отбросило к фальшборту, кругом полетели осколки дерева. Рядом с ним грохнулся Олаф, который, помотав головой, как боксер, пропустивший прямой удар, шатаясь поднялся на ноги.
— Меня не слушаешь, так сядь в шлюпку, и послушай, что скажет Эльза! Дело пяти минут! — Витька плюнул на приличия, на все эти “величества”, и орал на Олафа, как на обычного человека.
— Не видишь, идет бой! — Олаф, впрочем, не обращал никакого внимания на отсутствие должного почтения его особе. — Лучше вернись на корабль, и вставайте в линию, нам каждая пушка сейчас дорога!
— Да твою мать! — Витька вышел из себя. — Ты пушки наводишь? Ты за штурвалом стоишь?! Пошли в шлюпку, тут хрен от тебя толку добьешься! Там хоть потише будет, на “Призраке”, и за пять минут нихрена с твоим чертовым флотом не случится!!!
Олаф, с внезапным интересом посмотрел на Витьку, и, неожиданно расхохотавшись, сказал:
— А пошли. Ну, ты даешь, парень. Орать на короля, как на какого-нибудь рыбака в зачуханной лодке! Да уж, ты точно из-за таких манер отправишься в переход раньше времени!
На бриг Олаф смотрел с интересом, и, пока они переправлялись, спросил:
— Испанский?
— Был. Угнали мы его, чтобы тебя успеть остановить.
— Ну, не успели. Бывает.
Виктор, когда они поднялись на борт, потащил Олафа в капитанскую каюту. Туда-же спустились и Эльза с Катей.
— В общем, Ваше Величество, скоро Высшие открывают весь Мир. Хосе прислал бы тебе, в лучшем случае, половину флота. Остальные направились бы к новым берегам. По словам дона Серхио этого будет мало для победы над Англией. Мы украли с верфей этот корабль, и поспешили остановить тебя. Но бой уже идет. Дон Серхио ушел в переход, у нас была стычка с пиратами и англичанами. Если продолжать сражаться, то Швеция не примет участия в открытии новых земель, в то время, как испанцы, французы, португальцы…
— Понял, понял. — Прервал его Олаф. — Эльза, что у тебя на корабле с сигналами?
— Нет ни черта. Бриг даже не достроен толком.
— Ладно. Дон Витторио, прикажите доставить меня на “Ярость Швеции”, я подам сигнал.
В тот момент, когда они вышли на палубу, каракка, получив, видимо, попадание в борт бомбами, вспыхнула в нескольких местах.
— Черт! Иной тебе в глотку! — Закричала Эльза. — Право руля, паруса поднять, матросам со шлюпки — на борт!
“Кровавый призрак” отвернул от полыхающей каракки, чтобы пламя не перекинулось и на него. Шведы, ломая строй, отводили подальше свои корабли, впрочем, не забывая, при случае, вести огонь в сторону англичан. На фоне пожаров были видны люди, прыгающие с борта “Ярости Швеции” в воду.
— Марселя убрать, грот убрать, Идем на кливерах, грота-гаф-триселе, и фоке! Канониры, левый борт к бою, зарядить ядра!..
Олаф, сжимая кулаки, смотрел на погибающую каракку. Гордость шведского флота догорала в одиночестве. Шведские корабли постепенно восстанавливали линию, обходя полыхающий корабль. Эльза подвела бриг в строй, и канониры включились в перестрелку.
— У вас есть на борту Шам? — Олаф повернулся к Виктору.
— Да, конечно. — Витька сбегал за Шамом, и тот, спокойный и невозмутимый, вышел на палубу, и подошел к королю.
— Шам. — Обратился к нему Олаф. — Ты можешь связаться со своим собратом на “Карателе”? Нам надо уводить флот, а возможности отдать приказ нет.
— Могу, почему нет? — Шам развернулся, и скрылся в своем закутке.
Спустя несколько минут на “Карателе”, по штагам, поползли вверх несколько сигнальных флагов. Постепенно корабли начали выходить из зоны боевого контакта. Англичане, получившие не меньше повреждений, тоже начали отход.
— В общем, с кораблями у меня теперь некоторая проблема. — Олаф сидел в капитанской каюте, в окружении Эльзы, Кати, Виктора, и Шама с Алом, на чьем присутствии он настоял. Если Высшие все-таки решат разрешить исследовать Мир дальше, то мне, в общем-то, просто будет некого послать. Восстановить флот в одно мгновение я не могу. Да, есть с десяток каравелл, есть шлюпы, но это — курам на смех. Месяц пути, и на каравелле не останется ни еды, ни воды. “Ярость Швеции” погибла, “Каратель” нуждается в ремонте. На каракке, если выйти в море с забитыми под завязку трюмами, и сокращенным экипажем, можно, в принципе, тянуть месяца полтора — два. Но кто его знает, как будут обстоять дела с ветром? Будет попутный — хорошо. А если придется лавировать против ветра? Каракка тогда поползет, как черепаха. Шам! Скажи, Высшие, и правда, собираются на днях открыть весь Мир?