Бесчувственная (СИ)

Первая боль и правда начала тихо отступать, сменяясь необычным ощущением наполненности, приносящим слабые, едва ли уловимые приятные ощущения, но стоило Рэну начать снова скользить внутри, меня пронзило острым удовольствием. Я откинула голову, подставляя шею под новые, яростные поцелуи, и Палач решил, что можно больше не сдерживаться. Вонзился резко, выбивая из меня вскрик, а потом ещё раз и ещё, работая бёдрами, и это было что-то дикое, необузданное — как зверь, которого нельзя контролировать — можно лишь отпустить на свободу. И Рэн отпустил.
Вколачивался в меня, как обезумевший, вцепившись пальцами в мои ягодицы так, что наверняка останутся синяки, но в моменте мне было совершенно всё равно. Все мысли из головы вышибало с новыми толчками, и стоило нам встретиться взглядами, я буквально утопала в этом ласкающем рыжем пламени.
─ Смотри на меня, Наяр-ра, ─ приказал он, когда я начала неистово сжиматься вокруг его огромного члена, задыхаясь от невозможности хоть как-то продлить, оттянуть этот момент, и тогда Рэн вдруг укусил меня. Сомкнул свои зубы, вонзив их в бьющуюся жилку, а я была настолько поглощена нарастающей эйфорией, что это меня даже не удивило.
Но стоило острым клыкам впиться в меня, я почувствовала будто Палач заглянул в мои мысли, а мне зачем-то открыл свои, и в них билось одно единственное слово, повторяясь навязчивой мелодией.
«Моя! Моя! Моя!»
И с этим оглушительным признанием, он наконец заставил меня содрогнуться, толкая за грань, а сам излился мне на живот, выжигая на мне своё клеймо.
─ Мне мало одного раза, ─ сказал он, ещё не восстановив дыхание, но я не уверена, что вообще расслышала.
Рэн перевернул меня на бок, нашёл пульсирующую горошину и, пару раз скользнув по ней пальцами, снова оказался внутри. Я прошипела, но боль оказалась короткой в сравнении с теми вспышками, рождающимися от каждого нового движения, и очень быстро меня снова унесло. Он был неумолим, и у меня даже проскочила мысль, что я просто не выдержу такого напора, однако мне быстро доказали обратное, доведя до полного исступления ещё раз, а потом снова…
Позже мы оба лежали на том камне и приходил в себя — я так точно. Сколько прошло времени, я даже не пыталась понять. Что между нами, спрашивать тоже не рискнула — просто хотела насладиться этим мгновением в надёжных объятиях под согревающими лучами, не портя его бессмысленными сейчас вопросами. Да и сам Палач явно не был настроен на разговоры. Лишь спустя некоторое время он первым нарушил эту благословенную тишину, потревоженную плеском волн и криками пролетающих птиц.
─ Надо возвращаться. Ты сможешь? ─ взглянул на меня хитро, и я опять покраснела, отыскивая взглядом свои вещи.
─ Я постараюсь, ─ слабо улыбнулась ему, поморщившись от дискомфорта в некоторых местах, но больше всего почему-то болел именно место укус. ─ Зачем ты это сделал?
─ Скоро узнаешь, ─ загадочно протянул мужчина, нежно касаясь своей отметины. ─ Больно?
─ Терпимо, ─ отмахнулась я, и Рэн поднялся, демонстрируя ямочки на ягодицах.
Я смотрела, как он собирал наш одежду и давила в себе неясную тревогу, стараясь не думать о том, кем он меня считает. Потому что стоило лишь одной такой мысли просочиться в голову, всё то, что между нами недавно произошло, обрастало колючими шипами и тленом.
─ Перестань, ─ посоветовал он, коснувшись губ своими. ─ Тебе не идёт так хмурится.
Я кивнула, приняв из его рук своё потрёпанное платье — бельё пришлось оставить, как дань острову за то, что видели эти скалы. А затем я вновь очутилась в руках Палача, расправившего крылья, и он легко взлетел, стремительно унося нас обратно…
─ Можешь поспать, ─ чувствуя, что я на самом деле утомилась, предложил он, и как бы я ни боролась со сном, веки всё равно потяжелели, а глаза в итоге закрылись, чтобы распахнуться, когда мы вернулись в библиотеку тем же путём.
Меня осторожно опустили на пол, удержав, стоило мне слегка пошатнуться, и наградили лёгкой улыбкой. Я впервые видела, как глаза этого мужчины светятся теплом по отношению ко мне, и это рождало во мне странную надежду, что всё ещё может наладиться.
 
─ Я… ─ хотела спросить, но заметила, как его лицо исказилось, едва мы услышали чьи-то шаги, и вскоре на пороге появился Райден.
─ Вы куда пропали? Вас все обыскались… ─ он вдруг застыл, пристально разглядывая моё плечо, которое ныло всё сильнее, а дальше я престала понимать происходящее. ─ Что ты наделала, идиотка?! Ты хоть понимаешь, что теперь принадлежишь ему по нашим законам?
Он попытался ко мне приблизиться, но в последний миг будто натолкнулся на невидимую преграду, а я стояла, словно громом поражённая.
─ Что?
─ Не разговаривай с ней! ─ вступился Рэн.
─ А что ты мне сделаешь? ─ хмыкнул блондин, глядя на меня с затаённой болью, словно я его предала. ─ Доволен собой? Заполучил её себе и рад? А что насчёт неё?
Я перевела полный непонимания взгляд с одного Высшего на другого, и полная торжества улыбка, нарисовавшаяся на лице Палача, выбила меня из равновесия. Ноги подкосились, и я не упала лишь чудом, смотря на мужчину, как на незнакомца, и не желая верить, что меня просто обманули.
─ Это… правда? ─ Даже собственный голос еле расслышала. ─ Ты просто захотел присвоить меня себе, как вещь?
─ Прости, Ная. Но Высшие всегда добиваются того, чего хотят любыми способами, ─ пожал плечами он. ─ Теперь ты точно никуда не денешься, и к отцу не вернёшься. Разве не этого ты хотела? Тогда какая разница, каким способом это произошло?
Циничность в его голосе поражала, глаза полные равнодушия, ранили, а у меня будто бы руки похолодели, хотя я не могла этого знать.
─ Как же тебе, наверное, было трудно иметь меня и не ухмыляться своему гению, ─ улыбнулась я, пытаясь отыскать в его взгляде хоть отголосок человечности, но на меня смотрело бездушное чудовище. ─ Понравилось уничтожать меня?
─ Не драматизируй — тебе тоже было хорошо. И прикрой свой грязный ротик, а то в следующий раз будет больно, ─ пообещал он, и я отшатнулась, как от пощёчины. ─ Тебе теперь придётся жить по новым правилам, а я не приемлю неповиновения. Приведи себя в порядок — моя игрушка не может выглядеть, как пугало.
Я не могла даже слова произнести, а грудь болезненно сжималась от нехватки воздуха.
─ Ну ты и мразь! ─ взъярился Райден, бросаясь на друга, ощерив клыки, но тот легко, даже скучающе ушёл в сторону, и блондин снёс одну из полок, откуда посыпались книги.
На шум примчалась Ника, ворвавшись настоящим торнадо, и один взгляд на неё причинил мне больше боли, чем слова Рэна.
─ Что здесь происхо… ─ она замерла, как Высший до этого, сразу же найдя причину драки, но только лишь взглянула на мою шею, её глаза озарились пониманием.
─ Ах ты грязная шлюха! ─ завизжала девчонка, кидаясь на меня бешеной фурией.
И я впервые в жизни пожалела, что ещё жива.
  
22
 
Наверное, я даже хотела подраться с Никой. Выплеснуть всю обиду, которая бурлила внутри, скручиваясь в воронку. Хотела, чтобы мы сцепились, как дворовые коты, но она так и не сумела приблизиться — невидимый барьер вокруг меня оттолкнул её обратно, и девушка неверяще уставилась на свои покрасневшие руки.
─ Значит, эта тварь — твоя официальная потаскушка? ─ потеряв всякий контроль завопила она, глядя на Палача рыжими глазами, но тот был памятником спокойствию. ─ Я сразу поняла, что с ней что-то не так!
─ Прекрати истерить. Бесишь, ─ отозвался он, заставив девчонку потерять дар речи — видно, никогда прежде будущий жених не позволял так себе с ней общаться.
Меня всегда учили, что те, кто остаются равнодушными к самым громким провокациям, очень опасны, но я даже вообразить не могла, сколько усилий сейчас прикладывал Высший, чтобы сдержаться.
На меня он даже не смотрел, и это почти обессиливало, а вот Райден взирал на друга с яростью, правда, поделать ничего не мог — его словно к месту пригвоздило, и как бы тот ни пытался вырваться, не получалось даже двинуться.