Водный Феникс. Книга третья (СИ)

Что же касается ректора, который нам с другом здорово удружил… Сделал он это далеко не просто так. Мы оба с Диего становились как бы обязанными Фиону Аристарховичу, что, не сомневаюсь, он в своем решении определенно учитывал. Но это только цветочки. Недаром нашего ректора считают тем еще чудиком! Не прошло и десяти минут после ухода чиновников, как он тут же предложил Диего должность временного преподавателя…
Потенциальный преступник под домашним арестом? Отличный кандидат! Дайте два! Но если подумать об этом с другой стороны, откинув весь скептицизм, то Диего уже задал жару преподавателям и даже самому ректору при их первой встрече у ворот академии, что явно говорит о весьма незаурядных способностях парня. Тем более Фион Аристархович не планировал делать никаких отдельных занятий, отведенных целиком под личную ответственность гостя. Предложение касалось только его регулярного участия в тренировках нашумевшего клуба Огневой Анны (если, конечно, девушка примет такую помощь. Диего же свое согласие дал не раздумывая). А также в присоединении в качестве помощника к Виктору Гранину на уроках по боевой магии.
Второе будет просто нечто… Помимо «интересных» характеров участников этого «дуэта» преподавателей, грозящего обернуться забавными, но, возможно, довольно разрушительными последствиями, они определенно могли не на шутку увлечь ребят, устроив интересные занятия с самыми разными соревнованиями.
Те же магические игры имели довольно приличный размах, но если убрать из них всю помпезность, а также сократить численность участников, то их вполне можно сопоставить с некоторыми занятиями Гранина… И Диего может их дополнить чем-то новым. Лишь бы только этот «дуэт» не начал драться между собой, чтобы показать студентам пример настоящей боевой магии!
Впрочем, Гранин уже показал, что он неплохо ладит со свободолюбивым нравом моего друга. Так что, возможно, я зря переживаю. Однако отделаться от странного ощущения неправильности никак не удавалось: ну как это так, буквально только что выслушав предъявляемые Диего обвинения, с него берут и снимают цинтиевые браслеты… Даже закралась мысль, а может ректор тоже Теона недолюбливает? Да так, что давший ему по морде Диего лишь поднялся в глазах Фиона Аристарховича?
Как бы там ни было, а для меня все складывалось хорошо. Друг пока легко отделался, так что у нас появилось время на подготовку плана «Б», если дело все же дойдет до официального разбирательства. А самое забавное — ректор рассчитывал на мою благодарность, что в его глазах равнялось оказанию множества услуг по начертанию в ближайшее время. А поскольку все они будут весьма достойно оплачены, то я и сам был не против. Так и планировал ведь — подзаработать во время своих повторных визитов.
Смущал только один вопрос: если бюджет у академии на подобные услуги есть, то почему же раньше не обратились к другим начертателям? Мне льстит мысль о том, что я на этом поприще выгляжу более достойным кандидатом, однако разум не дает обмануться — что-то тут не чисто. И считать меня более умелым специалистом, чем известные мастера, чей один лишь опыт начертательства превосходит мой возраст в три, а то и четыре раза…
Ясность внес простой и понятный намек ректора, когда мы покинули комнату моего друга и остались наедине: ему бы хотелось сохранить только между нами информацию о некоторых из моих услуг по начертанию… Вот так вот просто. И в этом я действительно превосходил именитых коллег: свалившийся на голову южанин, который в скором времени собирается покинуть здешний континент, а там никому и дела не будет до какой-то там академии и ее ректора, когда кругом еще и война на пороге…
Вместо того, чтобы вызвать беспокойство, меня предложение ректора только порадовало. Если нам обоим такое сотрудничество взаимовыгодно, то это однозначно наилучший вариант. И никто не останется в долгу, что тоже приятно. Куда труднее принимать чью-либо помощь, если не знаешь когда и что у тебя могут потребовать взамен.
На время пребывания в академии мне выделили ту же комнату, что и в первый раз, в которой я сразу же разместил сигнальные печати, как уже делал это раньше. После этого наконец вернулся сознанием к подруге, но как оказалось, у нее все было под контролем.
 
Тренировка шла полным ходом, и все ребята активно работали над собой, разделившись на четыре большие группы, которые курировали Аня с подругами и Наталья Николаевна. В глаза мне сразу бросилось то, что количество студентов на тренировке заметно возросло.
Под присмотром преподавательницы студенты отрабатывали модификацию своих магических щитов, еще две группы сосредоточились на чистых магических и стихийных стрелах. Таня помогала новичкам освоить заклинание, а Соня с другой группой — развить умение до нового уровня.
Аня же приглядывала за последней толпой, которая, судя по тому, что я видел, занималась самостоятельно тем, что считала необходимым для своей тренировки. Но хотя бы они делали это под присмотром, к тому же запросто могли получить совет от товарищей, что повышало эффективность этих самостоятельных занятий. Мы давно обсуждали, что пора дать больше возможностей ребятам для собственных тренировок. Вот Аня и сделала этот шаг.
— Смотрю, я тут и не нужен… Отлично справляешься — ты молодец! 
— Спасибо. Но мне здорово помогли, — кивнула девушка в сторону остальных групп, которыми занимались ее подруги и преподавательница. — Извини, что, не посоветовавшись с тобой, решила ввести свободные тренировки… Но ты даже не представляешь, насколько всем захотелось как можно скорее перейти к изучению мгновенных печатей! Я уж не говорю о том, что количество людей почти что удвоилось! Сегодня мы даже не записывали всех новеньких, иначе тренировка бы так и не началась! 
— Не извиняйся, ты все сделала верно. В ближайшие дни мы вплотную займемся организацией полигона, и станет немного полегче. А насчет всех этих новых студентов — вполне ожидаемая реакция, учитывая наше выступление на стадионе! Кстати, а где Катя? 
— Она вернулась в академию. Мы решили, что так будет лучше. Она еще не восстановилась после того, как исцелила мою маму, а тут на нее все новенькие накинулись с расспросами… Пусть пока отдохнет. 
— Хорошо. 
Я уже думал вернуться в тело клона, когда к Ане подошла маленькая Тина, а сразу после нее — Максим, но с тем же самым вопросом: не знает ли случаем подруга, где Оля Громова?
Первокурсницу пришлось огорчить, после чего она сразу вернулась к тренировкам, а вот Баев задержался подольше.
— Как думаешь — это он?
— Надеюсь, что нет… В любом случае, ты сделал все, что только мог. Не кори себя, тем более когда ничего не известно наверняка. Может, она простудилась или слишком перенапряглась на играх. Нужно немного подождать…
Хоть я и попросил Аню ответить именно так, когда она замешкалась после вопроса парня, сам я эту точку зрения не разделял. Внутри вновь поднялось смутное беспокойство. Не верю я, что Громова пропустила занятия из-за насморка, слабости или боли в мышцах. И реакция Хвостова… Что-то здесь нечисто. И незнание меня совсем не радует.
Дальнейший разговор с Максимом не задался, и парень ретировался, огорошив нас напоследок тем, что комната Оли была заперта, когда он проверял днем. И в больничных палатах ее тоже нет, если верить Светлане Владимировне. Странная получалась ситуация.
Как только парень ушел, я подвергся допросу от подруги. Где я пропадал? Что там с Диего? И почему меня так волнует отсутствие Громовой?
Полностью проигнорировав вопрос об Оле, чтобы не встревать сейчас ни в какие споры, я более чем подробно ответил на остальное — просто показал Ане в виде воспоминания все, что происходило в комнате Диего. Только делился воспоминанием по частям, чтобы подруга не зависала посреди тренировки, глядя в пустоту.
— Ты что, правда адвокат?
— Ага, просто забыл упомянуть мимоходом, а ты и не спрашивала… Да нет, конечно! Я просто был раздражен, вот и ляпнул недолго думая, лишь бы из комнаты не выгнали. Если за дело все же возьмутся серьезно, то я могу оказаться даже в худшем положении, чем Диего. Он пусть и без документов приперся, но хотя бы его действительно отправляли с более-менее официальной миссией через Барьер, и этому можно будет найти подтверждение… А вот я пересек границу нелегально, что, как ты знаешь, запрещено законом на всех континентах.