Измена. Неравный брак (СИ)
— То другое. Почему-то когда наоборот… — пыхтит недовольно. — Это становится предметом для тупых шуточек.
— Значит, пора сменить окружение, и шуточек не станет.
— Ради бабы всех друзей бросить, что ли? — качает головой.
— Ради любимой, — поправила я. — И что это за друзья, которые не уважают ваш выбор?
— Те, которые говорят, что у них на уме и не лгут? — как-то чересчур напористо интересуется Эрнест.
Что за напор и яркие, полыхающие взгляды?!
— Вы со мной сейчас поспорить хотите? Или что?!
Какой сложный мужик, с ним же невозможно даже поговорить, неудивительно, что они с женой ссорились, как кошка с собакой!
— Нет. Но…
— Со мной спорить не стоит. С друзьями спорьте, если вы такой любитель споров! Я же считаю, что любое мнение можно донести корректно, не обижая при этом дорогих тебе людей, будь это любимые, друзья или родственники. Не стоит поднимать копья и ломать их, доказывая собственную правоту. Ведь все люди разные. Кому чай, кому кофе…
— Так-то, да… — немного расслабляется мужлан, посмотрев на меня.
В глазах мелькнул интерес и капля уважения.
— Ладно, сорри. День нервный. Срываюсь по пустякам… Но платье я тебе возмещу и подкину, куда следует…
***
Эрнест не поморщился, отстегнул кругленькую сумму за испорченное платье и сумочку. Уже на выходе из бутика мне вручили комплимент — небольшой букет цветов, оформленный в симпатичную корзинку, и карту постоянного покупателя.
Эрнест довез меня до дома, больше мы не спорили, вообще почти не говорили.
— Сиди, я открою, — отозвался он, притормозив возле дома.
Стоило мне выбраться из машины, как я почувствовала, что на меня кто-то смотрит.
Обернулась: возле подъезда, подбоченившись, стояла свекровь…
Глава 6
Ждана
— Вот только этого мне сейчас не хватало, — произношу я.
Возможно, стоит отвести в сторону руку, которую я вот-вот опущу на протянутую мужскую ладонь.
Но Эрнест просто предложил мне помочь выбраться из его высокого внедорожника. Убирать руку в самый последний момент — глупо и невежливо.
Все-таки мужлан извинился.
У всех бывают вспышки гнева и дурного настроения, когда под руку может нечаянно попасть кто-то другой….
Поэтому я обреченно опускаю пальцы на большую, горячую мужскую ладонь.
Одновременно с этим свекровь поправляет свое каре. Она красит волосы в цвет воронова крыла. Когда она откидывает волосы назад, этот жест смотрится так, будто кобра раздувает свой капюшон, привстав перед броском.
Эрнест, хоть и мужлан-мужланом, однако тоже заметил женщину, буркнув:
— Что за мерзкая бабка?
Лучше и не скажешь.
Я не могла не улыбнуться в ответ.
Вышло само собой…
Плюс еще один гвоздь в крышку гроба, который, очевидно, уже приготовила свекровь, ехидно сверкнув глазенками.
— Моя свекровь.
— Портит семье кровь, — замечает Эрнест.
— У вас тоже непростые отношения со свекровью? — интересуюсь я.
— Нет, самые замечательные, — делится он, качнув головой. — Тихая, спокойная… Цветы очень любит. Регулярно обновляем ей… клумбу и венки на кладбище.
Черный юмор — не то, что мне сейчас нужно.
Но, странным образом, именно это и придало мне уверенности в себе.
— Спасибо, что подвезли, Эрнест.
Краем глаза замечаю, как свекровь подбирается к нам. Бочком… Будто не настроена подслушать и все такое, но я уверена, что ее уши, как сверхчувствительные локаторы, направлены в нашу сторону.
— Да не за что. У меня будет только одна просьба…
— Какая?
— Оставь хороший отзыв о кафе жены, — он делает страдальческое выражение лица. — Иначе мне не доказать, что я извинился. Плюс она, скорее всего, поинтересуется лично. Позвонит, все дела…
— Ага. Прикрыть вас перед женой? — спрашиваю я.
— Да уж, будь так добра. Взамен… — призадумался. — Честно говоря, я даже не знаю, интересуешься ли ты загородным отдыхом… Но если вдруг, то с меня самые лучшие условия. Есть отдельные домики, есть глэмпинг для любителей уединения в лесу. Много всего. Спа-комплекс и сауна… Любой каприз.
Он протягивает мне свою визитку.
Клянусь, на этом все.
Больше ничего…
Просто общение двух едва знакомых людей, но…
— Всегда знала, что ты — шалава! — шипит в мою сторону свекровь, едва внедорожник Эрнеста отъехал. — Я этого так не оставлю…
— И вам добрый вечер, Наталья Васильевна. Что вы здесь забыли?
— Что я здесь забыла? Не собираешься же ты указывать мне, когда навестить единственного и любимого сына?! — возмущается она. — Или боишься, что я расскажу о твоих шашнях с хахалями? В сауну она собралась! Дешевка… Как только мой Миша такую подобрал… Как только… — начала причитать она.
Я не знаю, сколько еще она могла бы причитать, если бы в этот момент из подъезда не показался сам Миша.
Что неожиданно, с черным мусорным пакетом в руках.
Неожиданно, потому что Миша мусор, отродясь, не выносил, бытом занималась я…
— Ждана?
Муж смотрит на меня, приоткрыв рот и… роняет пакет.
Взгляд супруга удивленно, шокированно скользит по мне вверх-вниз и обратно, задерживается на волосах с обновленной прической, на платье, которое хорошо сидит на фигуре и подчеркивает ноги…
— У меня нет слов. Выглядишь потрясающе… Такой сюрприз стоило подождать!
Он делает шаг вперед.
— Я… Снова влюбился, — говорит он и сходу предлагает. — Такая красота не должна пропадать зря. Сходим в ресторан?
Потом он обернулся.
— Только выкину мусор и переоденусь. Идет?
— Ужин в ресторане? А как же готовка… У плиты постоять.
— Никакой плиты, — отрезает он. — Грех такую красоту… портить.
Свекровь стоит так, словно неожиданно откусила свой язык и проглотила его. Она смотрит на меня с досадой. Потом неразборчиво пискнула что-то вслед Мише, умчавшемуся в сторону баков с мусорным пакетом.
Надо же…
Миша даже не заметил свою мамочку, вот это для нее полнейший шок!
— Я этого… Этого…. Так не оставлю… — просипела свекровь и снова встряхнула волосами, заметив, как возвращается Миша.
Однако на сей раз налетел ветер и ее жест вышел не таким эффектным, более того, часть волос залетела ей в рот и налипла на губы, обильно накрашенные влажным блеском. Ей пришлось отплевываться с снимать волосинки со рта.
— Мама, добрый вечер, — наконец, Миша заметил ее. — Извините, сегодня у нас со Жданой планы. Позднее созвонимся!
— Постой, Миша. Я тебе кое-что хотела сказать…
— Мама, потом обсудим. Я уже сказал, что подумаю насчет вашего предложения, — хмурится муж и уводит меня, трепетно приобняв за талию.
Даже за цветы ничего не сказал и… кажется, понимаю, почему: на корзинке лейбл фирменного магазина, где я купила платье…
Мужчины в чем-то более проницательнее женщин. Очевидно, он сразу понял, что это комплимент от магазина.
Сцены ревности не получилось.
Не то, чтобы я надеялась, все вышло спонтанно, но…
Было бы неплохо, наверное.
Хочу пройтись катком по его сердцу так же, как он растоптал мое собственное…
— О чем хотела поговорить твоя мама?
— Бизнес, — отмахивается Миша и прижимает меня к себе ближе, теснее. — Не бери в голову.
Мы зашли в подъезд, муж явно хочет меня поцеловать, но я отвожу лицо в сторону и задерживая его ладонями.
— В чем дело, сладкая? — задает он вопрос с рыком. — Я соскучился.
— Ты считаешь, что я недостойна обсуждения семейных вопросов? Считаешь меня глупой?
Миша хмурится, явно не ожидал такого поворота.
Все еще пытается меня поцеловать.
О да, он привык затыкать мне рот поцелуями и минетами, чаще всего, сексом заставляя замолчать…
Но только не сегодня.
Я обнимаю его ладонью за шею и прижимаюсь щекой к щеке, слышу, как у него участился пульс.
— Глупости, малышка. Просто я считаю, что есть занятия для мужчин, и точка, а девочкам… Девочкам лучше заняться платьицами. Сегодня у тебя такое… бомбезное… Секс… Просто секс! Почему я раньше на тебе таких платьев не видел?!