Измена. Неравный брак (СИ)
Я искал всюду. И, к сожалению, пришел к одному-единственному выводу — взять ее могла лишь Ждана.
Больше некому.
Поэтому слова Людмилы заставляют меня остановиться, развернуться и снова посмотреть на нее более внимательно.
— Говори.
Глава 15
Михаил
Людмила назвала место, где, по ее словам, Ждана отдыхала в компании Эрнеста. Я не стал откладывать дело в долгий ящик, выехали сразу же….
В дороге мы немного пообщались, обменялись сведениями о себе.
Наши семьи, наши браки — мой и Жданы, ее и Эрнеста — полярные, как день и ночь.
У нас я — старше, у Людмилы — наоборот.
Я бизнесмен, Ждана — домохозяйка. В семье Людмилы было почти так же, но сейчас она… «подающая большие надежды, успешная и амбициозная бизнес-вумен». Так она презентовала саму себя.
Как стало ясно из этой словесной презентации, Людмила не страдала от излишней скромности. И до чего же назойливая мозгоклюйка… Только стоило немного поинтересоваться насчет ее бизнеса. Просто вежливость, формальность — не более того, как она залилась соловьем, ее было не остановить. Если бы я не попросил ее помолчать, сославшись на важный телефонный звонок, она бы без умолку трындела о себе до самого приезда. Не женщина, а ходячая рекламная компания.
У меня от нее заболела голова, вот честное слово.
Я находился в ее компании не так долго по времени, но уже устал от нее и… не завидовал ее мужу. Как он уживался с этой трещоткой?
Толку, что красивая, выглядит породисто, когда не кидается злобной сукой…
Такую только трахнуть и забыть, не более того!
Слава богу, приехали!
***
— Слышал про этот комплекс, даже планировал здесь отдохнуть, — качаю головой, рассматривая симпатичные строения.
Мы с Людмилой приехали в зону отдыха, загородный комплекс для отдыха.
Какая ирония судьбы, я планировал наш совместный отдых с женой, рассматривал несколько вариантов для загородного отпуска. Этот был в числе прочих.
— Отзывы о нем хорошие, — делюсь мыслями вслух.
— Да, здесь все сделано на совесть, — скупо говорит Людмила, словно признание заслуг мужа дается ей с большим трудом.
Неудивительно! От такой эгоистки похвалы хрен дождешься.
Невольно мое сердце пронзает острой тоской, глубокой грустью — скучаю по жене. Злюсь на нее, конечно, но и скучаю безумно…
Всего несколько дней в разлуке. По ощущениям — целая вечность.
Как мне не хватает ее мягкости, отзывчивости, запаха…
— Ты идешь?
Дверь хлопнула. Людмила выбралась первой.
Что ж…
Совсем скоро увижусь с женой, но…
Нас ждал облом.
Ни Жданы, ни Эрнеста.
Персонал сообщил, что Ждана уехала, о том, где находится Эрнест, сотрудники не стали распространяться. Людмила с претензией требовала ответа, едва ли не стуча кулаком по стойке администрации.
Еще и скандалистка, с неудовольствием подумал я, желая как можно скорее покинуть общество этой высокомерной дамочки!
Ушли ни с чем.
Уже поздно…
Обратно ехать не вариант, сняли номера.
Выпали соседние.
— Не унывай, у меня тут кругом свои люди… — небрежно заявляет Людмила. — Завтра на смену выйдет одна девочка, она в курсе всего. А еще…
— Еще?
Я с трудом на ногах держался: последние дни сумасшедшие, напряженные.
Еще это исчезновение Жданы! Ссора… Это меня подкосило конкретно, выпило немало душевных сил и эмоций.
Признаться, до расставания со Жданой, я и не догадывался, как много для меня значит эта девочка.
Да, я раньше считал ее удобной, необходимой, славной девчушкой, но… Сейчас как будто я дышал, и мне не хватало кислорода в воздухе.
Даже здесь..
Вдалеке от большого города.
Где воздух буквально звенел от чистоты и пах недавно прошедшим дождем.
Не хватает ее, и от этого чувства так просто не избавиться.
— Да. Еще, — не унимается Людмила. — Еще здесь отдыхает моя сестра. Она была должна мне, я попросила ее об ответной услуге! Именно она и сняла любовников… — скрипит зубами. — Давай так… Встречаемся через час, внизу, в холле. Я немного умоюсь с дороги, позову сестру. Спросим, что у нее нового… Она должна быть в курсе.
В отличии от Людмилы, я жажду лишь одного — быть в курсе, где моя жена!
***
Встречаемся, как и договаривались. Сестра Людмилы смахивает на нее, но помладше, плюс она темно-русая, но общие черты угадываются.
— Они уехали, — сообщает сестра Людмилы и показывает фото.
Оно сделано издалека…
От вида парочки у меня едва не раскрошились зубы.
В порошок.
— Господи… — закатывает глаза Людмила. — Этому… только дай… Поиграть мускулами на публику. А твоя… свистулька… Тоже хороша… Как прильнула!
Я никак не прокомментировал эту реплику.
В глазах — красный песок.
Ярость валит из ушей паром…
Резко поднявшись, отправляюсь в свой номер.
Долго пытаюсь дозвониться до Жданы.
Подняла ли она? Ответила ли на вызов?!
Хрена с два она это сделала!
Маюсь неизвестностью, ревность сжигает дотла…
Даже проблемы с флешкой отходят на второй план.
Мне нужна жена — и точка!
В первую очередь… Утолить жажду, наказать, встряхнуть.
Ооо, как бы я ее наказал!
И только потом, насытившись той, что оказалась нужна мне, как воздух, я бы смог спокойно заняться другими делами…
Кто-то стучит в дверь.
Поздний визит.
Слишком поздний!
Открываю дверь, в мой номер проскальзывает Людмила. В халате, на голове — тюрбан из полотенца.
— Что случилось?
— Есть кое-что важное, — заявляет она.
Я прикрываю за ней дверь, она делает несколько шагов вглубь номера.
Эффектным жестом она сбрасывает халат.
Моя челюсть падает до самого пола.
Под халатиком Людмила… оказалась голой.
Развернулась в мою сторону и взлохматила копну волос.
— Ты что?!
— Тебе изменила жена… Изменила с моим мужем! — заявляет она. — Парочка мерзких, гнусных… предателей. Предлагаю их наказать хорошенько…
Жена Эрнеста подходит ко мне, почти прижавшись грудью к моей.
— Давай отомстим им… — запрокидывает голову, сложив губы как для поцелуя. — Вместе. Прямо сейчас!
Глава 16
Ждана
— Как сейчас ваше самочувствие? — заботливо интересуется медсестра, поправив подо мной подушку. — Утренние процедуры. Давайте-ка, милая, мы с вами кое-что сделаем…
Вчера я была так слаба, что совсем ничего не запомнила.
События рассыпались фрагментами, осколками.
Все обрывочное.
Меня сильно мутило.
Только сейчас прихожу в себя и позволяю за собой ухаживать. Потому что не уверена, что у меня хватит сил на то, чтобы встать и самой добрести до туалета, чтобы справить нужду.
— Вот и отлично, славно! — радуется отходам жизнедеятельности медсестра.
Хочется попросить ее замолчать.
Заткнуться….
Исчезнуть!
Но… мне так плохо, ужасно…
И голова как большой, гудящий котелок, до нее не притронуться, ее не повернуть в сторону.
Когда я хочу посмотреть, я сначала скашиваю глаза, потом медленно веду головой набок. И это стоит мне огромных усилий.
Так что с попытками встать придется повременить. Как и с попытками воспользоваться телефоном, чтобы куда-то позвонить, кому-то…
Все плывет.
Буковки такие маленькие, их словно размывает мутной водой.
Нет, не в состоянии.
Слишком плохо.
Снова проваливаюсь в забытье, сон…
И так, кажется, несколько дней подряд.
Пока я не окрепла настолько, чтобы самой сесть на постели, без посторонней помощи, и даже походить по палате, не боясь упасть.
Еще и унитаз осилила и сорочку вверх дернула, удерживая, не запачкав, пока присела.
Вот, какая я молодец!
— Да вы скоро тут по коридорам бегать будете! — восхищается медсестра.